Бодитек
Шрифт:
– Можешь не стараться! Я не буду тебя рекламировать!
– Наталья Васильевна, что вы ей кололи? Откуда такие фортели?
– Все строго по листу, Алексей Михайлович.
– И никакой самодеятельности?
– Обижаете, Алексей Михайлович. Что ж я, не понимаю…
– А девочки?
– Глаз не спускала!
– Не сработал ваш гипноз, да? Можете разбирать меня обратно! Ненавижу «Бодитек»!
– Татьяна Даниловна! Мы – не убийцы, мы – врачи, и нам необходимо ваше сотрудничество для положительного результата. Постарайтесь…
– Не дождетесь! Никакого сотрудничества с «Бодитеком»! Это принципиально!
– Томография у вас шикарная, Татьяна Даниловна, сотрясения нету. Головкой вы не ударились. Но лучше б это было сотрясение, потому что глупость даже я вылечить не в силах. Тут все разработки «Бодитека» бесполезны. Хотя странно, статейки вы писали борзые и неглупые. Почему же сейчас тупите?
– Ничего у тебя не выйдет, Леша Лебедев! Сколько бы ты крылышками не махал! Ха-ха! Погоди! Придет Красная Армия – покажет тебе!
– Вот оно в чем дело! Теперь понятны все наши сложности. Упорствуете, Татьяна Даниловна? Это вы зря.
Откуда-то из-за головы донесся грубый мужской голос:
– Алексей Михайлович, взрыв под Махачкалой. Трое «тяжелых». Местные врачи их не удержат. У нас три борта готовы к вылету. «Внуково», «Домодедово», «Шереметьево». Поможете?
Невнятные шумы. Писк.
Кто-то поднес Лебедеву рацию. Ответил коротко:
– Уже в пути. «Внуково».
Глянул на меня жалостливо.
– Придется немного потерпеть, Татьяна Даниловна. Я не могу заниматься только вами. Будет больно. Но вы упертая, вы справитесь. Продолжим, когда вернусь.
Отошел мне за голову.
– Наталья Васильевна, убирайте обезболивающие. За два дня выходите в ноль. Как бы совсем не отупела. Колите по кубику, если будет кричать. Коктейльчик обязательно: двигаться она не должна. Оставьте ей только глаза и речь. Сейчас пусть поспит. Если что – зовите Кашина. Связь в экстренном случае. Все, полетел.
– До свидания, Алексей Михайлович! Не волнуйтесь, все сделаю. Удачи!
Мрак.
Тело напомнило о себе адской болью, и мозг перестал соображать. Только успела порадоваться собственной комплектации: раз болит, значит, что-то там, ниже шеи, еще осталось, как боль перестала заигрывать и обрушилась на голову разрушительным цунами, сметая все мысли на своем пути.
Стоны, вой, крики. Это не я, это мое тело.
Медсестры надо мной не издевались – наоборот, всячески помогали: обещанный кубик обезболивающего кололи, не дожидаясь воя; пот и слезы с лица вытирали, не давая высохнуть; компрессы на лоб ставили! Даже нашептывали что-то сочувственно-жалостливое. А толку?
Через два дня я сломалась. За кубик обезболивающего готова была ползать в ногах, целуя ступни сразу и Ане и Кате. Импланты не приживаются, вот меня и корчит всю. Наверняка уже заражение началось. Я же генетически ненавижу все эти высокотехнологические протезы! Как тут прижиться? Сотню раз проклинала себя за глупость и борзый язык. Если б не нахамила, не было бы и боли! Уууу, как закладывает! Подумаешь, рекламой по ушам ездили! Святые люди! Господи, ну зачем я их так разозлила?! Больше никогда! Болью-то оно быстрее мозги на место ставятся, факт! Может, все-таки было сотрясение? Может Лебедев что-то напутал с томографией? Предлагали же взаимовыгодное сотрудничество! Всего-то требовалось – отрекламировать медицинские девайсы! Жалко, что ли? Тем более, современные и продвинутые! Тут уж не до жиру! На все согласна! Хоть наниты пятого поколения, хоть самые простенькие протезики, лишь бы человека немножко напоминать, и ладно. А то ведь совсем жуть. Да уж, не получилась из меня разведчица. Попала бы в плен – сразу бы всех сдала и все выложила. Ну… про других-то, наверное, не сразу и не все, еще бы помучилась, а про себя бы точно утаивать ничего не стала и мешкать – тоже. Стыдно-то как! Сломалась на ровном месте. Даже не пытал никто. Все, не придет теперь за мной Красная Армия, не станет спасать. И десантников не пришлют, и морпехи дверь не высадят. Облажалась! Разве что МЧС? Не, тоже вряд ли. Сама бы за такой размазней никого не послала. Зло останется безнаказанным! Обсмотрелась, дура, сериалов! Уууу!
Конец ознакомительного фрагмента.