Битва за империю
Шрифт:
Между тем девушки подвели гостя к самому ложу. Две грации неслышно скользнули к светильникам, рванулось к потолку яркое зеленоватое пламя, и протокуратор наконец смог лучше рассмотреть лежавшую на ложе юную деву… какую-то угловатую, тощую…
– Господи! Да это же мальчик! – не выдержав, в ужасе воскликнул Алексей.
– Ты начнешь с него, господин… Таковы правила! А потом мы будем твоими все! Не бойся, мы поможем тебе…
Нежные девичьи руки скользнули к застежкам одежды. Протокуратор беспомощно оглянулся… И вдруг увидел, как злобно блеснули глаза изображенного на гобелене чудовища. Блеснули… и тут же исчезли! Нет-нет, не закрылись – исчезли. Вот только что были живые глаза, а теперь… теперь – черные дыры. Все ясно – за ними кто-то подсматривал.
Одна из красавиц, та самая, что подошла к Алексею первой, вдруг вскрикнула, увидев напряженное лицо молодого человека. Узнала? И вдруг, чуть приподняв вуаль, жарко поцеловала в губы!
Протокуратор тут же обнял ее за талию, прижал к себе:
– Я хочу остаться с тобою вдвоем.
– Я тоже… Эй, подружки, оставьте нас!
– Но ты нарушаешь…
– Я сказала – оставьте!
Ого! Какой голос – голос госпожи, повелительницы!
Девушки, пошептавшись, послушно ушли, скрылись за дверью. За ними, с ухмылкою, убежал и мальчик.
– Ты нарушаешь правила, сестра!
– Да, нарушаю! Потому что хочу их нарушить.
Плотно затворив двери, она быстро задула свечи, и в наступившей тьме молодой человек почувствовал горячее дыханье и обжигающий жар поцелуя.
– Я давно хотела тебя, – срывая с него одежду, шептала красавица.
Ну точно – узнала!
– Зачем ты покрасил волосы? И бородку зря сбрил – она тебе очень шла. Я тебя узнала случайно… вот только что, когда присмотрелась!
– Кто ты?
Нежные девичьи руки гладили Алексею грудь.
– Ха! Кто?! Не узнаешь сладенькую?
– Разве я тебя знаю?
– Ну ты даешь, господин сочинитель!
– Сочинитель?!
– Иди же сюда… иди…
Чьи-то быстрые шаги вдруг раздались в коридоре… Чьи-то крики. Вопль!
От удара ноги резко распахнулась дверь! Возникшая на пороге фигура высоко подняла горящую свечу:
– Опасность, Алексей! Мы раскрыты!
– Лука? – не обращая внимания на девушку, протокуратор быстро оделся. – Что случилось?
– Нас сейчас чуть не убили! Леонтий побежал за подмогой… Все ж таки не зря мы взяли с собой целый отряд. И как только их не заметили?
Снизу, с лестницы, донеслись шум и крики.
– Ты разрешишь мне уйти, Мелентин? – тихо спросила девушка.
– Мелентин? Гм… конечно.
– Тогда пусть он погасит свечу. На миг.
– Погаси, Лука.
Интересно, за кого все ж таки его приняла убегающая обнаженная фея?! Нет, он ее точно не знал…
Темнота. И снова крики. И топот множества ног. И вспыхнувший факел. Да уж – не получилось «поделикатнее».
– О, это уже наши! – Лука устало уселся на ложе и с улыбкой взглянул на вбежавшего в комнату Леонтия. – Ну, как там?
– Никак не можем найти хозяина… Кстати, знаешь, кто им оказался? Некий Франческо Чезини!
– Франческо Чезини? Мессир?
Значит, не показалось! Видать, туринец и впрямь опознал его. Алексей бросился к ковру…
Ввухх!!!
Вылетевшая из-за гобелена стрела со свистом впилась ему в грудь… Впилась бы… Короткая арбалетная стрела со стальным лезвием…
Но она отклонилась!
Странным образом отклонилась…
…угодив прямо в сердце Луке!
– Боже-е-е-е!!! – подхватывая упавшего…
Глава 4
Июнь 1453 г. Константинополь
«Слезы пророка»
Счастье, и ты изменилось
и только насмешки достойно…
…Закричал молодой человек. – Боже!
Он вскинул голову, отрывая взгляд от мерцающей воды, наполнявшей таз. Нет, не таз – окно в прошлое!
– Ведьма! Откуда ты знаешь все?! Эта стрела…
– Ее отклонили, – тихо пояснила старуха. – Должен быть убит ты, но стрела пронзила сердце другого.
– Лука… Лука, дружище…
Алексей горестно обхватил голову… но тут же пристально взглянул на старуху – не время сейчас было предаваться горю.
– Все это надо исправить, – твердо произнес молодой человек. – Я знаю, знаю, как… Кто отклонил стрелу?
Старуха с сожалением почмокала губами.
– Вот этого я не вижу. Не знаю, почему, но не вижу. Этот человек не нашего мира!
– Не нашего… – эхом повторил протокуратор.
Он уже догадался – чьего.
И теперь не время было сидеть, пора начинать действовать.
Вернуться, вернуться туда, откуда пришел! Вернуться, чтобы все изменить. Как только что сказала старуха – исправить.
Выйдя во двор, Алексей прислонился к стволу старого карагача и устало закрыл глаза. Алексей Пафлагон… Алексей Смирнов, вот уже более пятнадцати лет живущий в Константинополе, городе, который он уже давно считал своим. Рожденный в конце двадцатого века, он сейчас жил в середине пятнадцатого… И очень даже неплохо жил! Дело, которому отдавался без остатка, любимая жена, сын, друзья… А там, в двадцать первом веке, точно так же по-прежнему жил себе поживал Лешка Смирнов. И который из них был настоящим, этот или тот, похоже, знал один лишь Господь Бог.
Алексей знал, как вернуться в будущее. Через Черное болото, располагавшееся в окрестностях Мценска, несколько раз он уже возвращался, было дело, и – вот странно – чувствовал себя там чужим. Впрочем, чего уж в этом странного? Черное болото, бабка Федотиха – колдунья из того, будущего времени – не она ли отклонила стрелу? А зачем ей? А прямая выгода – если Алексея убьют, кто будет пересылать ей драгоценности через все то же болото? Ясно, что никто. Когда-то не так и давно протокуратор нашел выход, поручив выплачивать отступное для бабки Федотихи некой девчонке, теперь уже женщине. Просто время от времени класть монеты или драгоценности на старый пень, росший у самой трясины. Может, она уже и перестала это делать?