Чтение онлайн

Энни сразу же начала лихорадочно подыскивать, кто бы мог подойти на эту роль, но не находила никого… пока взгляд ее не упал на Макгиливрея. Ну конечно же, он — златогривый лев Шотландии!

— Тебя, Джонни? — спросила она напрямик. — Они выбрали тебя?

Макгиливрей ответил не сразу. Подтянув ноги, он начал подниматься. Когда он выпрямился наконец в полный рост, голова его почти касалась потолка. Джон сделал шаг навстречу Энни, и голова его попала в луч света, отчего светлые волосы стали похожи на нимб, глаза же светились адским огнем.

— Спасибо за доверие, крошка, — произнес он, — но они все-таки сделали другой выбор.

— Кого же они выбрали? — чуть слышно прошептала она.

— Тебя, Энни, — спокойно ответил он.

Мы оставим на время наших героев и перенесемся снова туда, где узкая тропка разделяет хребты Гарбхал-Бег и Гарбхал-Мор.

…Едва приметив краем глаза какое-то движение, один из охранников Макгиливрея машинально вскинул свое ружье, но вовремя остановился, так как замеченный им поднял руку и просвистел условленный пароль. Сидевший в засаде невольно позавидовал приближавшемуся напарнику — тот был одет в сухое и провел два часа перед теплым камином, наслаждаясь горячим ужином, в то время как сам он уже почти закоченел, поджидая его на морозе, и борода покрылась инеем.

Дозорный опустил ружье и стряхнул с пледа снег, переступая замерзшими ногами, чтобы хоть немного согреть их. «Ну ничего, — думал он, — еще чуть-чуть — и я буду наконец в конюшне, а там — теплый ужин, крепкий эль… Слава Богу, моя смена прошла спокойно…» Впрочем, ни он, ни кто-либо из его товарищей и не ожидал в эту ночь никаких инцидентов.

Англичане не склонны покидать свой насиженный лагерь ночью без крайней нужды, тем более в такую мерзкую погоду. Дозорные обменялись несколькими фразами — в основном крепкими выражениями по поводу мороза, — и вновь прибывший сменил товарища на посту. Ни тот, ни другой так и не заметили еще двоих, все это время пристально наблюдавших за ними из-за елей.

В отличие от людей Макгиливрея эти двое в любую минуту ожидали какого-нибудь подвоха. Оба были тепло одеты, хотя каждый на свой манер. На горце был плед, обмотанный несколько раз вокруг пояса и перекинутый через плечо, и шлем, глубоко нахлобученный на лоб. Щеки его и подбородок заросли столь густой рыжей бородой, что видны были лишь глаза и длинный нос, напоминавший утиный клюв.

Англичанин же был облачен в красный офицерский мундир, надетый поверх теплой куртки. Несмотря на трескучий мороз, голова его была непокрыта, но, судя по всему, шапка офицеру и не была нужна — от его черной шевелюры, казалось, шел пар, во всяком случае, снег на его длинных волосах таял, оставляя струйки на вороте мундира. Гладко выбритое лицо оставалось сурово-неподвижным, если не считать время от времени вздрагивавших ноздрей.

— Сколько же здесь охранников? — недовольно спросил англичанин.

— Почем я знаю? — проворчал шотландец. — Может, два, может, двадцать… Макгиливрей хитер как змея! Удивляюсь, что нам удалось так близко к ним подобраться!

Офицер ругнулся себе под нос, до недавнего момента он даже не был уверен, действительно ли они находятся во владениях Макгиливрея. «Слава Богу, — подумал он, — что не нарвались на засаду в лесу!»

— А кто были те двое всадников, которых мы видели раньше? — спросил англичанин.

— Должно быть, кто-нибудь из заговорщиков, приехавших на встречу со старым идиотом.

— Ты уверен, что Ферчар Фаркарсон действительно в этом доме?

— Провалиться мне на месте! Ломах видел сегодня младшего Моналтри в Инвернессе и последовал за ним сюда. Он сейчас в доме, и братья его, и старик — все они там, как яблоки в корзине…

— А «корзина» принадлежит Макгиливрею!

— Боитесь его, ваша милость? — Горец пристально посмотрел на офицера. — Признайтесь — тут нечего стыдиться! Макгиливрея стоит бояться: он может остановить на лету пушечное ядро!

Англичанин покачал головой:

— Не сомневаюсь! Боюсь, что его люди сами забросают нас пушечными ядрами. Одному Богу известно, сколько их здесь прячется! Не удивлюсь, если за этой скалой притаилась сейчас добрая дюжина, а в доме и в амбаре еще столько же, и все головорезы один чище другого — Макгиливрей не станет держать у себя ни плохих стрелков, ни трусов. А у нас всего пятнадцать человек, и я не собираюсь ими рисковать — атака все равно бесполезна! — Он перевел взгляд на дом. — К тому же старик нужен мне живым, раз на него, словно мухи на мед, слетаются все эти бунтовщики. Посидим лучше здесь в засаде, посмотрим, кто еще пожалует к нему в гости.

Горец тяжело вздохнул, по опыту зная, что препираться с англичанами бесполезно, хотя у него чесались руки отомстить Макгиливрею за парочку старых обид. Приходится терпеть — англичане неплохо платят Хью Макдугалу за услуги проводника, хватает на хлеб и масло. Однако он и не таких денег стоит, нос у старины Хью неказист, но запах чует получше любой гончей. Род Макдугалов как-никак всегда славился своими охотниками — не меньше, чем род Маккриммонов игроками на волынке. Главное — вовремя успеть предложить свои услуги нужным людям. Хью и его брата Ломаха не звали. Уж кому, как не им, знать все тропинки в округе как свои пять пальцев!

Майор Роджер Уоршем впервые прибыл в эти места пару недель назад. В отличие от большинства английских офицеров, которые воспринимали назначение в далекую Шотландию как ссылку, а прибыв, в первую очередь знакомились с местным виски и шлюхами, Уоршем, любивший уединение, предпочитал держаться от всего этого в стороне. Он не был приписан ни к одному отряду и подчинялся непосредственно лорду Лудуну. Ходили слухи, что Уоршем на самом деле прислан в Инвернесс самим герцогом Камберлендом.

Отъехав немного назад, Уоршем спрятался за деревьями, и Хью, оглядевшись вокруг, последовал его примеру. Оба снова стали пристально вглядываться в даль, но на бескрайней равнине не происходило ничего, если не считать снегопада, усиливавшегося с каждой минутой, что, разумеется, не улучшало видимость. Тем не менее сквозь эту пелену Хью, хотя и смутно, различал красные пятна английских мундиров. Никто не двигался, ожидая приказа.

— Если не собираемся брать их, — проворчал Хью, — может, лучше вообще уйти? Как бы самим не попасться к ним в лапы!

Уоршему и самому порядком надоело ждать, к тому же он успел промерзнуть до костей.

— Знаешь что, Макдугал? — произнес он. — Я, пожалуй, поеду. Бери моих людей, сколько тебе надо. Главное — выследи гостей Фаркарсона, когда они будут возвращаться.

— С вашими людьми? Да их красные мундиры, поди, видны за версту!

— У тебя есть другое предложение?