Чтение онлайн

– С Бланделла глаз не спускайте, Питер, но масонских тем не касайтесь. У него четвертая степень. Попробуйте задеть его, он вас мигом раскусит.

– Я ваших книженций начитался и запомнил все знаки вплоть до шестой степени.

Полковник Купер удивленно фыркнул.

– Не обольщайтесь, Питер. То, что вы прочитали, – сплошные выдумки, меня вам дурачить удалось бы минут пять, не больше. Слова вы знаете, а вот музыку

– увы. Главное – дать Бланделлу понять, что вы состоите в братстве, – продолжал наставлять Смита полковник. – Смотрите не переиграйте. Для вас важнее всего, чтобы он разговорился насчет всей этой суеты с путешествиями во времени.

«Путешествия во времени! А в следующий раз меня отправят на Лох-Несс охотиться за бедняжкой Несси!»

– Судя по досье, единственный ирландец, занятый в работе над проектом, – это ничем не выдающийся «рыжий». Так при чем тут «двадцать второй»?

Купер неловко хмыкнул.

– Ну, Раундхейвен думает, что…

– С этим можно и поспорить.

– Не смешно, Питер. Он, конечно, скотина порядочная, но при этом – замминистра обороны. Он относится ко всему, что грозит этому делу, серьезно, будь то звездные войны, или что бы то ни было еще. Считайте, майор, что у вас задание кабинетное, но вместе с тем на выезде.

Питер молчал. Если Купер обратился к нему по званию, значит, разговор окончен.

– А как насчет Селли Корвин, – поинтересовался Питер после небольшой паузы.

– Лейбористка, не агитаторша.

– Разве она как-то раз не ссудила деньгами Шин фейн ?

Купер пожал плечами:

– Ну и что? Я, к примеру, как-то раз кое-что давал коммунистам. Она англичанка, училась в престижной школе, богатая.

– Вы были членом коммунистической партии?

– Как-нибудь покажу вам свой старый членский билет. Ей было семнадцать,

Питер. Но, наверное, до сих пор покупает альбом «U2» и Шинед О'Коннор и под душем распевает песенки из «Игр патриотов».

– Думаете, она до сих пор симпатизирует националистам?

– Ну… Питер, старина, мы вам платим неплохие денежки, вот и выясните это. Все, кроме Бланделла, типичные ученые. Ничем себя не запятнали, в противном случае их не снабжали бы из фондов министерства.

– А дворецкий?

– Нанят через гильдию прислуги.

– Наверняка в прошлом революционер?

– А как же. Учился в университете, изучал политическую теорию марксизма.

– Стало быть, на нижнем этаже – очаг напряженности.

– Это нас не касается.

– Значит, мне нужно будет…

– Вести себя официально, всем поддакивать, волнения не создавать, ходить застегнутым на все пуговицы и вести себя как королевский гвардеец, а не майор стратегических воздушных войск. Пусть они разок выскажутся на предмет своих республиканских симпатий, напишите отчет, а они пусть себе играют в Герберта Уэллса.

– Но почему сюда послали меня, человека военного? Почему не настоящего сыщика, кого-нибудь из полиции, или из Скотленд-Ярда, если тут задействованы фонды министерства?

Полковник Купер развернулся к Питеру и посмотрел ему прямо в глаза:

– Потому что вы под рукой и стоите дешево, Смит. Не будем об этом. Пусть останется между нами. Не сомневаюсь, у всех, кого вы перечислили, дел по горло. С них хватает лондонских шиитов и колумбийских нарко-баронов.

– Да, сэр, – отозвался Смит. Полковник открыл дверцу машины и вышел. Пар из его рта вырывался, словно у огнедышащего дракона. Купер смотрел себе под ноги, не вынимая рук из карманов просторного пальто, под которым прятался автоматический пистолет системы «Инграм Мак-10». Полковник изо всех сил старался выглядеть цивильно, но это у него никак не получалось. Он едва заметно кивнул Питеру.

Питер вздохнул и вышел из машины с той же стороны.

Он поежился от холода, прошагал по жухлой промерзшей траве к парадному входу и позвонил. После второго звонка наконец появился угрюмый дворецкий и вцепился в пальто Смита хваткой мертвой крысы. Как только дворецкий закрыл массивную дубовую дверь, оба автомобиля СВС отъехали, с шумом чиркая шинами по гравию.

К Питеру с протянутой рукой шел тощий мужчина с ясными глазами, коротко стриженными рыжими волосами и приплюснутым лицом, похожим на тыкву, угодившую под дверной молоток.

«Марк Бланделл, собственной персоной», – подумал Питер.

– Смит, королевский морской флот, – представился Питер и протянул мужчине руку, которую тот вяло пожал. Бланделл близоруко прищурился, глядя сквозь очки, стекла которых напоминали толщиной бутылочное стекло, отпустил руку Питера и потянулся за конвертом, зажатым у Питера под мышкой. Питер отдал доктору Бланделлу конверт. Физик распечатал его и быстро пробежал глазами бумаги.

«Интересно, сам-то он знает, какого черта ищет? – гадал Питер. – Я с таким же успехом мог всучить ему мирное соглашение по Фолклендским островам, и он бы не заметил разницы». Питер заморозил на губах улыбку, покуда Бланделл просматривал бумаги. Наконец он вслух признал их подлинными.

Прихожая размерами превосходила всю квартиру Питера, а холодно здесь было так же, как на улице. Форму прихожая имела восьмиугольную. Два узких окна по обе стороны от двери. В плане обороны – лучше не придумаешь. Парочка снайперов, устроившись на деревьях в пятидесяти ярдах от дома, могла тут всех уложить перекрестным огнем.

– Простите? – переспросил Питер, так как, задумавшись, не расслышал последних слов Бланделла.

– Я сказал, что ума не приложу, зачем понадобилось подсовывать нам вояку. Это же чисто исследовательский проект.

– Финансируемый?..

– Ну да, да. Не важно. Раз вы нам даете денег, значит, вы должны за нами, так сказать, шпионить. «Попал в самую точку», – подумал Питер.

– Это все Раундхейвен, так я думаю. Он помешан на безопасности. Ну а у нас дисциплина, сами понимаете. – Питер сделал большие глаза.

– Понимаю. В последнее время он нам ужасно надоедает. Сэм, по-моему, и кошку не заметит.., ну, я так понимаю, вы с ним знакомы.

Питер кивнул.

– Грузный, лысый, в жутком зеленом свитере. Надо бы ему перестать пользоваться этим ужасным одеколоном. Каждые несколько недель наведывается на аэродром и портит всем настроение. Ну, да вы же понимаете, замминистра так просто с насиженного местечка не сгонишь.