Чтение онлайн

– Все правильно. Но тебе же не вводили сыворотку перед инфекцией?

– Нет.

– У тебя вся кровь кишит чумными палочками, ты в минуту выдыхаешь в воздух миллионы бактерий.

– Значит мы заражались в санатории через воздух?

– Не только, но и контактным путем.

– Сколько же они меня еще будут исследовать?

– Я не знаю. Сегодня я первый день и очень устала, ложись спать, мы с тобой в следующее дежурство поболтаем и никому ни слова, о том что мы говорили.

Жду с нетерпением, когда придет на дежурство Варя. В полночь, мы с ней встречаемся у стеклянной стенки.

– Какие новости?
– спрашиваю я ее.

– Никаких. По прежнему тебя будут исследовать.

– О... черт.

– Хочешь помогу?

– Как?

– Я помогу тебе... бежать.

– Бежать? Но я же больной.

– Я стащу у доктора Розенберга сыворотку. Ты ее примешь и мы уйдем от сюда.

– Постой, постой, а почему ты... мне помогаешь?

– Меня сюда послали, выкрасть тебя.

– Кто?

– Разве тебе обязательно говорить. Те кто послал, те дают тебе свободу.

– Но ведь так просто ничего не делается. Ради простого больного, так не рискуют.

– А кто тебе сказал, что ты простой больной? Ты один из нескольких тысяч, кто выжил.

– Куда же я потом, после побега?

– Хорошо, я скажу. В Америку. Сядешь на пароход и поплывешь. А там попадешь в клинику известного профессора Майера.

– Опять в клетку?

– Нет. Сдашь ему часть своей крови и выходишь на свободу.

– Что за бред. Здесь сывороткой Розенберга я убью свои микробы и приеду в Америку сдавать свою кровь с трупами этих микробов.

– Такой крови как у тебя, ни у кого еще на свете нет.

Теперь я насторожился. Я упираю на чуму, а они все мозги пудрят про кровь.

– Что уже и профессор, как его... Майер обо мне уже знает.

– Весь мир знает, что у нас в России, в южных областях, появилась чума, причем такая, что практически неизлечима. Но в этот раз, бациллоноситель попался один, только ты. Не знаю как об этом узнали американцы, но кто то тиснул статейку в их научных журналах и началось... Наших просили дать штамп с микробами, но...

– Не лучше бы выкрасть этот штамп и отвезти туда, чем устраивать грандиозный побег больного.

– Ты ничего не понял, всех интересует твоя кровь.

– Что же черт возьми, они нашли в ней?

Честно говоря, три года тому назад врачи нашли у меня малокровие и все попытки попасть в спортивные лагеря, пресекались ими. Сжалился надо мной главный тренер по волейболу Максим Георгиевич. Он взял меня как "балласт" в команду.

В этот год в спортивном лагере я и познакомился с Витькой, Наташей и Аней. Витька красавец, симпатичная мордашка и прекрасный болтун, сразу сразил девчонок и те стали липнуть к нему. Я- хлюпик, худой, тощий как глиста, но жилистый и цепкий, сначала не имел у них успеха. Но если не везет, так не везет. В первые дни в лесу, нарвался толи на гадюку, толи на другую ядовитую змею. Она меня цапнула за икру ноги и до лагеря я добирался целый час, свалился в палатке с уже вздувшейся ногой и высокой температурой. Меня свезли в местную больницу, где врач и местные бабки не дали умереть. Тогда девчонки проявили ко мне весьма дружеские чувства, они помогали мне, ухаживали и я за это был им весьма благодарен. Когда вернулся в институт, то заметил, что стал лучше себя чувствовать, прекратилось головокружение и головные боли. Весь год крутили в любовь с девчонками. Я с Наташкой, а Витька с Анькой. В этом году в спортлагерь медицинская комиссия пропустила меня без возражений, малокровия у меня не нашли, а вот оказалось, что какая то еще пакость осталась...

Варя появилась как всегда ночью.

– Сережа, так что решил?

– Бежим.

– Тогда, через неделю. И прежде всего не проговорись. Если побег тихо не удастся, эту больницу нашим ребятам придется брать штурмом и не хотелось бы море крови.

– Не забудь вакцину Розенберга...

– Это в первую очередь.

Странно все. Этот авантюрный побег, но что не сделаешь ради свободы.

В день побега, Варя открыто без скафандра вошла ко мне в камеру и сделала укол.

– Это вакцина?

– Да. Мне удалось ее стащить. В час ночи я тебя открою.

– Тебе не страшно, так без скафандра, войти сюда?

– Нет. Мне сделали прививку. Так что все в порядке.

Варя открывает дверь и манит пальцем.

– Пошли. Переоденься, вот одежда.

Она передает мне брюки, рубашку, пиджак, плащ и туфли. Я быстро переодеваюсь.

– Теперь иди за мной и молчи.

Варя ключами открывает мне многочисленные решетки-двери, разбросанные по этажу и выводит меня на свежий воздух. Мы идем по двору к проходной. У двери Варя нажимает кнопку звонка.

– Кто там?
– слышен голос.

– Это я, Скворцова.

– Чего так поздно?

Дверь открывается и мы входим в коридор.

– А это кто?
– человек неуверенно тычет в меня пальцем.

– Это со мной.

И вдруг я слышу шлепок. Охранник подламывается и падает на пол. Теперь я замечаю в Вариных руках пистолет с глушителем.

– Что ты сделала?

– Молчи. Пошли быстрее нас ждут.

Она выдергивает ключи из рук мертвеца и открывает ими выходную дверь. Недалеко от проходной милицейский газик. Варя помогает мне залезть в арестантское отделение, сама садиться к шоферу. Я замечаю, что шофер с респиратором.

Мы ехали всю ночь. Под утро заправились на заправочной станции бензином и Варя поменялась с шофером, села за руль. Только к полудню выскочили на полевой аэродром, где нас ждал маленький АНТ. Варя выводит меня из машины и заталкивает в небольшой отсек, в задней части самолета. Здесь мне дали поесть и самолетик взмыл в небо.

Мы летим уже шесть часов. Наконец, прибыли на какой то военный аэродром. К нашему самолету, подъехал УАЗик. Теперь мы с Варей сели вместе в закрытый кузов.

– Сережа, слушай, мы сейчас приедем в порт. Вот возьми паспорт, посадочные билеты, деньги.

Я разглядываю заграничный паспорт и с удивлением вижу на нем свою фотографию.

– Ничего себе. Вы здорово подготовились.

– Слушай меня дальше. Как зайдем на судно, сразу запрешься в каюте и до самого отхода, нос не высовывай.

– А как ты? Тоже со мной поедешь?

– Кто же тебя до клиники доктора Майера доведет? Конечно я. Я буду в каюте рядом. Вот здесь в чемодане твой багаж. С таможней договорено, тебя пропустят без осмотра. Если пограничники или кто то другой будут о чем либо спрашивать, скажи что плывешь по служебным делам.