Чтение онлайн

Лантхильда исчезла не своей волей. Конечно же, нет. Они не ссорились. У них были прекрасные отношения. Они собирались поехать на прогулку, полюбоваться ночным городом. Лантхильда любила ночной город. Она любила ночные прогулки.

Нет, они не ссорились. Что за глупости. Не о том думаешь, Морж.

Лантхильду схитила какая-то сила. Какая? Логично предположить — та самая, что забросила ее сюда. Точнее, в гараж.

Что, опять охтинский изверг? Чушь. Эта версия рухнула давным-давно под гнетом собственных внутренних противоречий.

Итак, что мы имеем?

Сигизмунд остановился посреди комнаты, невидящим взором уставился на люстру.

Мы имеем:

1. В конце 1996 года С.Б.Морж обнаруживает в своем гараже некий одушевленный объект в лице девки, сам себя именующий «Лантхильда». Объекту присущ ряд странностей:

а) полное невладение каким-либо из распространенных в Европе языком (язык объекта не идентифицирован);

б) полное отсутствие информации о национальной и гражданской принадлежности объекта;

в) вообще полное отсутствие какой-либо информации об объекте…

В принципе, шведский или, скажем, исландский язык в любом случае показались бы Сигизмунду незнакомыми. Так что Лантхильда действительно могла быть шведкой. С другой стороны, любой мало-мальски образованный швед хоть сколько-нибудь владеет английским…

Да, но есть еще необразованные хуторяне. Или рыбаки какие-нибудь из заброшенной деревушки.

Но что делала необразованная шведская (вариант: исладнская) хуторянка в сигизмундовом гараже?

Конечно, жизнь иной раз причудливо плетет…

Вернемся к фактам. Объект был дан в объективном ощущении, объект жил, ел, пил, спал… «Реми Мартен» выжрал вчистую… Блин! Сам ты объект, Морж.

Ладно, эмоции в сторону.

2. В начале 1997 года С.Б.Морж вознамерился жениться на объекте…

М-да…

Итак, она исчезла. Не по своей воле. Появилась она здесь тоже явно не по своей воле. Сигизмунд вспомнил, как растеряна и испугана была Лантхильда в первые дни.

Откуда она появилась?

Господи, да что я вообще о ней знаю? Она ОТКУДА-ТО взялась в гараже…

Лунница!

Сигизмунд бросился в «светелку», распахнул дверцу шкафа. Лунница была на месте. Поблескивала, как ни в чем не бывало жирным тускловатым блеском.

Сигизмунд взял ее в руки, поразглядывал. Повесил назад. Золото не вызывало у него сейчас никаких эмоций. Да и давно уже не вызывало. Привык, что ли.

Сигизмунд с силой захлопнул дверцу шкафа, и тотчас сверху с гулким стуком свалилась пустая коробка. Сигизмунд машинально подхватил ее.

На коробке под словами «POPCORN» и (почему-то) «SPORT» натужно висел на скале здоровенный хмырь в шортах. Нажрался, видать, попкорна и лезет. Душа в нем взыграла, должно быть.

Подпрыгнув, Сигизмунд заглянул на шкаф. Аж присвистнул. Сколько дерьма наскладировано! И так заботливо!.. Из мусорного ведра, небось, таскала — какие поярче. Как сорока. Запасливая.

И тут — ударило!

Нет сороки.

Нет запасливой.

Бессмысленно все… Сигизмунд еще раз посмотрел на жизнерадостного хмыря и бережно положил его обратно на шкаф.

В «светелке» густо застоялся причудливый девкин быт. Ее привычки, пристрастия, странности, предпочтения.

Сигизмунд вышел на середину комнаты, огляделся. По уму, прибрать бы здесь надо. Выкинуть весь тот хлам, который накопился и успел уже покрыться пылью. Но рука не поднималась.

Нет уж, пусть все остается как есть. Почему-то вдруг ему стало казаться — пока комната стоит в неприкосновенности, Лантхильда может еще вернуться… каким-то непостижимым образом…

В этот момент в дверь позвонили. Позвонили уверенно, три раза подряд.

Сигизмунд медленно вышел из «светелки», закрыл дверь. Он знал, что пришла не Лантхильда. Кто-то другой.

Позвонили в четвертый раз. Нет, не она. Неважно, кто, но не она.

Сигизмунд отворил дверь.

— Ты что, Морж, дрочишь тут?

Сигизмунд уставился на вошедших, плохо соображая. Его толкнули.

— Что встал, дай пройти.

До Сигизмунда медленно стало доходить. Аська. С сестрицей.

— А вы что пришли?.. — начал он.

— Не дозвониться до тебя, — сердито заговорила Аська. — Давай, ухаживай, что топчешься.

Сигизмунд машинально вынул из курток сперва Аську, потом ее сестрицу. Сестрица мельком глянула на молоток и ножницы, болтавшиеся над дверьми. Ничего не сказала. И даже виду никакого не сделала.

— Что у тебя занято все время? — ворчала Аська. — С кем ты треплешься часами? А что, девчонка твоя еще не вернулась? В общем, так, Морж, гони десятку назад. Нам жрать нечего. Пешком к тебе, говнюку, шли. Как ходоки к Максиму Горькому.

— К Ленину, — глупо поправил Сигизмунд.

Пошел к себе в комнату, переступая через книги, валявшиеся на полу. Достал из ящика полтинник. Заодно проверил телефон. Трубку набекрень положил. Совсем ума лишился.

Следом в комнату всунулась Аська.

— Ну и срач у тебя, Морж… А что, вы дрались? Или ты уже опустился? С десятки-то… Ты, Морж, не смей с моей десятки опускаться.

— «Киса, ваш дворник большой пошляк. Так напиться на рубль!..» — вяло схохмил Сигизмунд.

Аська нахмурилась. Лавируя среди куч и павшего стеллажа, пробралась к Сигизмунду. Тревожно посмотрела ему в лицо.

— Что, так плохо, Морж?

Он молча кивнул.

— А мы тебе пожрать принесли, — сообщила Аська. — Борща. Сестрица наварила. Я просыпаюсь — а у нас борщ! И говнюки какие-то сидят. Филологи. Жрать горазды — жуть берет. Сидят и рубают этот борщ, сидят и рубают!.. И словами мудреными сыплют. И водку пьют. Успели сбегать. Я говорю: ша, ублюдки, там у нас человек погибает, надо ему борща оставить! И отлила тебе в литровую банку — во, под завязку. В кастрюлю выльешь, разогреешь. А то у тебя от стресса будет язва желудка. Тебе надо жидкое есть. — Тут Аська захохотала.