Алкоголи, Аполлинер Гийом

Алкоголи

на обложку

Аполлинер Гийом

Шрифт:

В бреду и бдении твой лик отводит гибельКак боль с тобой он неразлучен где б ты ни былВот ты на Средиземноморском побережьеВ тени цветущего лимона нежишьсяТебя катают в лодке парни с югаПриятель из Ментоны друг из Ниццы и из Ла Турби два другаТы на гигантских спрутов смотришь с дрожьюНа крабов на иконописных рыб и прочих тварей божьих Ты на террасе кабачка в предместье ПрагиТы счастлив роза пред тобой и лист бумагиИ ты следишь забыв продолжить строчку прозыКак дремлет пьяный шмель пробравшись в сердце розыТы умер от тоски но ожил вновь в камнях Святого Витта [9] Как Лазарь [10] ты ослеп от солнечного светаИ стрелки на часах еврейского кварталаВспять поползли и прошлое настало

…в камнях Святого Витта — речь идет о соборе Святого Витта в Праге, который Аполлинер посетил в 1902 г. Эпизод, когда в рисунке одного из драгоценных камней, украшающих стены часовни в этом соборе, он разглядел, как ему показалось, свое лицо, описан в его рассказе «Пражский прохожий».

Лазарь — по библейской легенде, Лазарь был воскрешен Иисусом через четыре дня после погребения (Иоан. 11, 34–44).

В свое былое ты забрел нечаянноПод вечер поднимаясь на ГрадчаныВ корчме поют по-чешски под сурдинкуВ Марселе средь арбузов ты идешь по рынкуТы в Кобленце в Отеле дю Жеан известном во всем миреТы под японской мушмулой сидишь в тенечке в РимеТы в Амстердаме от девицы без ума хотя она страшна как чертКакой-то лейденский студент с ней обручен За комнату почасовая таксаЯ так провел три дня и в Гауда смоталсяВ Париже ты под следствием одинСидишь в тюрьме как жалкий вор картинТы ездил видел свет успех и горе зналНо лжи не замечал и годы не считалКак в двадцать в тридцать лет ты от любви страдалЯ как безумец жил и время промоталС испугом взгляд от рук отводишь ты незрячеНад этим страхом над тобой любимая я плачу Ты на несчастных эмигрантов смотришь с грустьюМужчины молятся а матери младенцев кормят грудьюВо все углы вокзала Сен-Лазар впитался кислый духНо как волхвы вслед за своей звездой они идутМечтая в Аргентине отыскать златые горыИ наскоро разбогатев домой вернуться гордоНад красным тюфяком хлопочет все семействоВы так не бережете ваше сердце Не расстаются с бурою перинойКак со своей мечтой наивнойИные так и проживут свой век короткийЮтясь на Рю Декуф Рю де Розье в каморкахБродя по вечерам я их частенько вижуСтоящих на углах как пешки неподвижноВ убогих лавочках за приоткрытой дверьюСидят безмолвно в париках еврейкиТы в грязном баре перед стойкою немытойПьешь кофе за два су с каким-то горемыкой Ты в шумном ресторане поздней ночьюЗдесь женщины не злы их всех заботы точатИ каждая подзаработать хочет а та что всехстрашней любовника морочитЕе отец сержант на островочке ДжерсиА руки в цыпках длинные как жердиЖивот бедняжки искорежен шрамом грубымЯ содрогаюсь и ее целую в губыТы вновь один уже светло на площадиНа улицах гремят бидонами молочницы Ночь удаляется гулящей негритянкойФердиной шалой Леа оторванкойТы водку пьешь и жгуч как годы алкогольЖизнь залпом пьешь как спирт и жжет тебя огоньВ Отей шатаясь ты бредешь по городуУпасть уснуть среди своих божков топорныхТы собирал их долго год за годом божков Гвинеи или ОкеанииБогов чужих надежд и чаянийПрощай ПрощайтеСолнцу перерезали горло

Перевод Н. Стрижевской

МОСТ МИРАБО [11]

Мост Мирабо минуют волны СеныИ дни любвиНо помню я смиренноЧто радость горю шла всегда на сменуПусть бьют часы приходит ночьЯ остаюсь дни мчатся прочьЛицом к лицу постой еще со мноюМост наших рукПростерся над рекоюОт глаз людских не знающей покою

Подборка параллельных переводов этого знаменитого стихотворения Аполлинера впервые появилась в рубрике «Вглубь стихотворения» в журнале «Иностранная литература» (1998, № 4).

Пусть бьют часы приходит ночьЯ остаюсь дни мчатся прочьЛюбовь уходит как вода разливаЛюбовь уходитЖизнь неторопливаО как Надежда вдруг нетерпеливаПусть бьют часы приходит ночьЯ остаюсь дни мчатся прочьТак день за днем текут без переменыИх не вернутьПлывут как клочья пеныМост Мирабо минуют волны Сены

1 2 3 4 5 6 7 8-17