Агент Галактики
Шрифт:
Из вспомогательного пульта связи раздался сигнал:
— Сообщение с Антареса! — закричал Ананиас. — Говорите, я слушаю. Здесь Ананиас!
— Алло, генерал. Правительство Онариса сообщает, что принимает безоговорочную капитуляцию во избежание дальнейшего кровопролития. Разрушители прекратили огонь.
— Очень хорошо. Они просили о помощи?
— В самом начале атаки. Они пробовали применить подпространственные передатчики. Очевидно они рассчитывали на появление какого-нибудь случайного корабля в их системе.
— У тебя есть с ними связь?
— Нет. У нас есть инструкции запрещающие это.
— Им так никто и не ответил?
— Мы не перехватывали переговоров. Все время каналы связи оставались свободными.
— Продолжайте перехват на аварийных каналах связи. Если кто-нибудь заинтересуется их сигналами немедленно глушите переговоры. Пока Разрушители не добудут то, чет они хотят, они не уйдут с этой планеты.
Ананиас отключил связь и повернулся к Джесси.
— До сих пор все идет согласно плану. За исключением Брона, — он опустил глаза, наблюдая за главным экраном.
— Разрушители атаковали, Онарис сдался. Весь флот Службы в состоянии желтой тревоги, а самый лучший и тренированный агент за всю историю существования Отдела, храпит как какой-то занюханный соня.
— Тебя за это не похвалят, — засмеялась Джесси.
— Не волнуйся за меня. Ты хорошо знаешь, что я, в конце концов, всегда выигрываю. А если я вынужден немного переждать, то добыча от этого становится еще желаннее.
— Ты несчастный кретин, Ананиас. Кретин, без грамма совести.
Джесси отвернулась и все свое внимание сосредоточила на экранах, особенно на тех, которые информировали о биологических органах Брона. Ананиас подошел к креслу. Однако он воздержался от прикосновения, и Джесси, установив микрофон, в очередной раз старалась войти в контакт с агентом, который сейчас спал на планете Онарис, отдаленной от нее на пол галактики.
Может быть, в омерзительных потемках какой-нибудь не человеческой инквизиции…
3
Назойливый голос проникал в его сон.
«… не через пытки испытай слабость духа, но в муках ран…»
— Прекратите! Заткнитесь!
«Вставай, Брон. Мы зря позволили тебе спать целый день».
Он поднялся с мусора. Боль вгрызлась в каждую клеточку его тела. На горизонте появился первый розоватый проблеск света. У него страшно болела голова. Он потрогал висок и обнаружил засохшую кровь. Необходимо было собраться с мыслями.
— Эй, ты! В моей голове! Это не ты разговаривал со мной вчера?
«Боже! Ты был бы в самом центре счастья и забыл обо мне? — В голосе ощущалось недоверие. — Нет. Брон, это я, Джесси, — электронный трансмиттер не мог скрыть женский голос. — Док говорил, что тебе досталось. Ты что-нибудь помнишь?»
— Ничего, или почти ничего. Что это за история о умирающем боге, которую ты вгоняешь в мозг?
«К черту! Док был прав… ты в самом деле немного не в форме. Эти слова являются частью семантического кода, помещенного в твоем подсознании. В тот момент, когда уровень сознания у тебя поднимается до необходимого уровня, у тебя появляется возможность ответить на кодовые фразы. Это все связано с гипнотическим внушением личности, которая помещена у тебя в мозгу».
— Это уже становится смешным. Что за гипновнушение личности?
«В тебя вложена фальшивая личность при помощи ультраглубокого гипноза. Для того, чтобы ты мог войти в контакт с Разрушителями».
— Но я даже не помню, как меня зовут!
«Это говорит о том, что гипновнушение пока что себя не проявило. Ты будешь реагировать на любые раздражения, но не будешь иметь никакого понятия о своем предназначении. Твоя частичная амнезия является панацеей от шока, который бы ты испытал, придя в себя с двумя личностями в мозгу. Боже! Когда я подумаю, что ты снова станешь святым…»
Его разозлил сарказм, звучащий в этом голосе.
— А я должен стать святым?
«Ты сейчас что-то вроде Троянского коня, только электронного. Но, соберись. У нас много работы. Вокруг города приземлились три корабля Разрушителей, которые сразу же начнут устанавливать в городе свои законы. Полное запрещение передвижения и беспрекословное подчинение. Ты должен…»
— Зачем я нужен Разрушителям?
«Ты должен занять место человека, за которым они прилетели на Онарис. Постой, я объясню тебе более подробно. Но прежде запомни, ты должен будешь играть роль, которую мы будет тебе подсказывать. Доверяй гипновнушению. Не действуй по собственной инициативе, это будет означать для тебя смерть. И помни, что прежде чем тебя забросить на эти планету и поручить играть определенную роль, мы потеряли много людей».
— Куда мне идти?
Небо перечеркнулось серенькими полосками, знаменующими начало дня.
«Ты должен найти название улицы. Как только компьютер локализует твое местонахождение, получишь дальнейшие указания. Сейчас ты должен найти зеркало, чтобы я смогла посмотреть на тебя. Ты должен быть в своей роли, если мы хотим выиграть».
Брон пожал плечами, осматривая обвалившуюся стену, под которой провел ночь. В нескольких ярдах от него находился почти нетронутый разрушением дом, в который он вошел. Там никого не было. Жуткий беспорядок в комнатах и коридорах свидетельствовал о панике, сопутствующей эвакуации. Вскоре Брон наше застекленную дверь, которую повернул так, чтобы разглядеть свое отражение в царящем полумраке.
— Как я выгляжу?
«Ты даже не помнишь своего лица?»
— Я никогда не смогу его вспомнить. А как оно, ничего?
«Не совсем. Ты должен промыть эти раны на лбу. Не хватало еще, чтобы ты умер от инфекции».
— Попробую. Что еще?
«Ничего. Не считая того, что ты не можешь пока привыкнуть к своему новому виду. Проклятый ангел. Это результат гипнотического внушения личности».
— Что ты можешь еще мне посоветовать? — спросил он, раздраженный ее злорадным тоном.
"Прежде всего не уничтожай его. Исчезни сам. Я не верю, что может существовать такое сильное внушение, чтобы полностью уничтожить свое "Я"."
Он быстро нашел табличку с названием улицы, которое позволило бы Джесси точно определить его местонахождение в городе. Он также нашел цистерну с водой, промыл раны и смыл грязь и кровь с одежды. Потом вернулся к своему импровизированному зеркалу, чтобы оценить эффект проделанной работы.
Он не помнил, откуда у него эта одежда. Плащ был сшит из грубого материала, под которым была одежда спартанского стиля. На груди блестел золотой крест, красиво украшенный и подвешенный на тонкой золотой цепочке. В широком кармане плаща лежала Библия. Когда он присмотрелся к своему лицу, оно напомнило ему слова Джесси. Оно на самом деле походило на лицо ангела и одновременно в нем было что-то отталкивающее. Он долго присматривался к особенностям своего лица. Это пробудило в нем неясные воспоминания, но сейчас он не смог бы ответить, как выглядело его лицо до гипновнушения. Форма висков и лба говорила о сильном характере. Это пробуждало у него чувство спокойной гордости, но во взгляде было что-то дьявольское, что очаровывало и пленяло.