Чтение онлайн

— Хорошо, если бы не слабость, то, можно сказать, даже отлично. Только все мной командуют, — тут же наябедничал я.

— Это же хорошо и даже замечательно! — почему-то обрадовался он и продолжил. — Отдыхайте, я загляну к вам ближе к вечеру.

И этот туда же. Подумаешь, кровь носом пошла, а они тут устроили театр для одного зрителя… С помощью медсестры я сменил окровавленную пижаму на новую и улегся на кровать.

Однако буквально через десять минут мне стало скучно. Для приличия я провел самооценку. Если судить по тому, что сплевывать нечего, то я снова здоров, хотя в носу и пощипывает еще чуть-чуть. Спать не хочу, есть тоже. Даже в туалет не тянет. Репродуктор в углу молчит. Скучно!

— Да что это такое! Больной, немедленно вернитесь в палату! — стоило мне появиться в коридоре, как тут же ко мне кинулась медсестра.

— Не могу, — я привалился плечом к косяку. Надо же, слабость опять откуда-то взялась — там скучно, читать нечего и даже поговорить не с кем.

— Что за шум? — из двери соседней палаты выглянул мужик в такой же, как у меня пижаме.

— Извините, пожалуйста, — прижав руку к сердцу, я повинился перед соседом и повернулся к медсестре. — Ну, можно хоть у Любовь Борисовны журналов «Радио» набрать почитать? А то вас потом заругают, если больной помрет от скуки.

— Как? Тут есть библиотека? — заинтересовался сосед и подошел к нам.

— Конечно, и большая! Ведь это самая правильная больница среди всех больниц! — с непонятной гордостью сообщил я

— Лев! — он протянул мне руку

— Вячеслав! — в ответ я протянул запястье левой. — Извините, правая вон не работает.…

— Так давайте я схожу и принесу, а то что-то меня скука тоже стала одолевать, — тут же продолжил он. — Только вы мне дорогу расскажите…

— Лев Наумович! — медсестра стала похожа на взъерошенного воробушка. — И вы туда же?

— А что в этом такого? — мужик кажется даже немного обиделся. — Неужели я не смогу найти библиотеку?

— Да не положено же! Вы больной!

— Ну, так не умирающий же! — повысил голос явно засидевшийся в четырех стенах мужик.

— Что тут происходит? — внезапно от дверей в отделение раздался голос Ирины Евгеньевны.

— Тотальное неприятие больными скуки и появившееся желание размять конечности! — отрапортовал я ей.

— Ага, шутишь уже. Это хорошо, — она повернулась к медсестре. — Так что произошло?

— Вячеслав Владимирович нарушает режим, и Лев Наумович за ним следом. Хотели в библиотеку идти, за журналами, — тут же сдала нас медсестра.

— Так, товарищи, пожалуйста, вернитесь в свои палаты, я сейчас решу этот вопрос!

— Может, лучше нам вон на кушетку, под присмотр? — подал я идею. — В дурака сыграем… У вас есть карты?

— Нет, но их можно нарисовать, — кажется, Лев тоже был рад хоть какому-то изменению в своей жизни.

— Мужчи-и-ны… — каким-то непонятным тоном протянула главсестра. — Хорошо, давайте на кушетку… — она выдвинула верхний ящик в столе, — а карты вот, только не растеряйте!

— Ну вот, жизнь-то налаживается, — усевшись, я начал тасовать колоду. — В обычного или переводного?

— Да все равно, — сдвигая, ответил Лев. — Но давай для начала в обычного.

— Так, товарищи! — к нам подошла медсестра. — Ирина Евгеньевна отправила меня в библиотеку. Что спросить?

— Последние пару номеров журнала «Радио» или «Техника-молодежи», если не будет, то что-нибудь почитать, Хавкина знает мои предпочтения, — тут же ответил я.

— А мне, если тут есть, будьте добры, «Вестник академии наук». А если нет, то тоже что-нибудь почитать, желательно из приключений или фантастики.

Медсестра записала наши хотелки на листочек и, кивнув головой, пошла по коридору.

— А если не секрет, почему «Радио»? Интересуешься радиолюбительством? — поинтересовался Лев, разворачивая выданные карты веером.

— Да нет, — я занялся тем же самым, — в смысле и радиолюбительство тоже интересно, но недавно были статьи про полупроводники и кристаллические триоды, вдруг что новое написали, интересно же.

— Признаюсь, немного отстал в этой области… Что в них такого?… В отбой! — мой соперник подозрительно легко прямо в самом начале начал выкидывать козыря.

— Ну как, меньшее тепловыделение по сравнению с лампами, большее быстродействие… А что вы, уважаемый, скажете на это? — моя козырная десятка завершила разгром атаки из трех королей.

— Да, тепловыделение — это хорошо… Нам тут для машины недавно экстренно потолок пришлось разбирать, не подумали как-то, что шесть тысяч ламп столько тепла дадут, — он задумчиво переводил глаз со своих карт на кушетку и обратно.

— Зачем же машине столько ламп? — я затаил дыхание. Неужели компьютерщик?

— Это не та машина, о которой ты подумал, — он еще раз смерил взглядом расклад и, вздохнув, продолжил. — Беру!

— Вычислительная, что ли? — я небрежно положил две десятки рядком.

— Она самая… Да что же такое… Беру!

— Сколько разрядов? — внутри меня все пело, и я готов был обнять своего коллегу из прошлого.

— Семнадцать… Стоп! — он поднял на меня взгляд. — Команда Базилевского?

— Даже не знаю, кто это, — ответил я чистую правду.

— Откуда тогда знаете про вычислительную машину и разряды? — он перешел на «вы» и очень подозрительно смотрел на меня.

— Ну ты даешь! В «Радио» же писали, что еще в 48 году авторское свидетельство получено. И дальше там еще статья про двоичную логику была, мне понравилось, — тут же я попытался отмести все подозрения

— И каково твое мнение? — он по-прежнему подозрительно смотрел на меня.

— Я весь и целиком согласный, что за вычислительной техникой будущее. Быстрый счет откроет множество новых направлений, и некоторые из них мы сейчас даже не можем представить, — немного послезнания, облеченного в самые туманные формы, не повредит.