Звезда
Шрифт:
Наверное, хватит. Кровь, впитываясь в землю, будет поддерживать заклинание. Азерран поднял над хищным лезвием кубок. Сквозь желтизну камня таинственно замерцала в свете свечей живая кровь заклинания. Сейчас последний компонент чудовищного заклятия встанет на свое место, и он обретет - пусть всего на миг - неслыханную силу. Он уже видел свою смерть, она была близка, она дышала в затылок. Но до встречи с ней он успеет сказать Звезде: "Остановись!" И она не посмеет ослушаться...
Удар! Хищно шипя, брызги крови погасили едва ли не треть свечей. Ни капли не попало по назначению - на ритуальное лезвие. Маг изумленно обернулся.
Девчонка стояла на коленях, тяжело опираясь на неповрежденную руку. В глазах ее горела отчаянная решимость. Выплеснув остатки крови на нож - едва ли ее хватило бы теперь - Азерран выхватил тяжелый кинжал с широким лезвием, им полагалось вспарывать жертве горло.
Девчонка с трудом поднималась на дрожащие ноги, но маг не обольщался: он чувствовал, как коченеют его собственные пальцы и трясутся колени. В этой битве они были равны. Вложив все силы в один удар, он взмахнул кинжалом; если сейчас направить струю под правильным углом, все еще можно исправить.
Она успела перехватить его кисть, вцепившись в нее с яростью обреченной. Второй рукой - липкой от крови - она схватила кинжал. Маг пытался высвободиться, дыхание пресеклось, одна мысль: "Успеть!" - еще билась в опустошенном мозгу. Ни один из измученных противников не мог взять верх, как вдруг, дико сверкнув глазами, девчонка отпрыгнула от Азеррана. И, не давая пошатнувшемуся от неожиданности магу обрести опору, из последних сил толкнула его в грудь.
Он не почувствовал боли, когда лезвие ножа, все еще ждущее жертвы, вонзилось ему в спину, и кровь оросила зеленый хрусталь. Но он сразу понял, что это конец. Не ему - всему человечеству. Ибо Звезда падет, и Зло завладеет миром. И некому уже будет остановить его.
Лицо девчонки застыло неподвижной маской в неровном свете. Рана ее вновь открылась, и кровь - бесценная жизненная сила - бесполезно утекала в землю. Азерран почувствовал, как теплая струйка плеснула из горла, свет медленно уходил в дымку несбывшихся надежд.
– Что ты наделала, - прохрипел он.- Ничто не спасет...
Когда глаза мага остановились, она, как могла, перетянула кровоточащую руку и медленно направилась к выходу.
– Вы проверили?
– Да, магиар Раель. Полностью разрушенный замок, везде следы самой сильной и запретной магии. Он пытался остановить комету, которая, как известно, не нанесла бы миру никакого вреда.
Магиар стихийного ордена Раель печально взглянул на длинный свиток, где многие - слишком многие - имена были зачеркнуты им собственноручно. Имена тех, кто сражался против Зла Вековечного, кто победил его, уничтожил навсегда. Все расчеты ордена говорили о полной победе: Зло мертво и уже не способно возродиться.
Вот только большинство магов - тех, кто сражался в последней битве - погибло не от старости. Все они продолжали искать несуществующее Зло и погибали в неравной схватке с собственными химерами.
Он медленно окунул в чернильницу перо. Провел черту на пергаменте, ту, что отделяла живых от погибших.
– Простите, магиар...
Ученик. Молодой, пытливый. Знающий о Зле лишь по рассказам и летописям.
– Магистр Азерран был опытным магом. Почему он пытался остановить безобидную комету?
Раель долго смотрел в узкое окно, где за облачным покровом в бескрайней черноте мироздания плыл огненный лик кометы, отнявшей у них еще одного мага. Ледяная рука тревоги сжала сердце. И слова его были столь тихими, что вряд ли ученик услышал магиара:
– Меня пугают последние проведенные расчеты. Если бы Азеррану удалось остановить комету, наш мир очутился бы на грани гибели.
– А девушка?
– остановил Раель направившегося к выходу ученика.
– Кто она?
– Эфирные следы говорят, что она появилась из ниоткуда и исчезла за мгновение до магического взрыва. Больше о ней ничего не известно...