Чтение онлайн

За столом воцарилось гробовое молчание. Все взоры обратились к Шону в ожидании его реакции. Медленно, очень медленно лицо Шона разгладилось, и он улыбнулся.

– Сколько сахару? – осведомился он, подойдя к боковому столику и взяв кофейник из рук Исаака.

– Двух кусочков, пожалуй, хватит. – Гарри как ни в чем ни бывало вернулся к трапезе, и вдоль стола прошелестел отчетливо слышимый вздох облегчения. Все разом возобновили прерванную беседу.

Шон принес младшему брату его кофе, и Гарри небрежно кивнул.

– Спасибо, Шон. Присаживайся. – Он указал на место рядом с собой. – Нам надо кое-что обсудить.

Изабелле безумно хотелось подслушать их разговор, но обе немецкие девицы громко хихикали и без умолку щебетали, флиртуя напропалую и с Шасой, и с Отто. Она знала, что Гарри обсуждает с Шоном программу встреч, запланированных на ближайшие несколько дней. Имена гостей, прибывших в лагерь, и любые сведения о них могли оказаться полезными для нее и для Никки.

– Что представляет из себя эта итальянка? Ты ведь с ней уже работал. Что ты можешь о ней сказать? – услышала она вопрос Гарри. Шон пожал плечами.

– Эльза Пинателли? Итальянка, живет в Швейцарии. Хорошо стреляет, правда, когда удается ее уговорить выстрелить. Никогда не стреляет без тщательной подготовки, но уж если спускает курок, во что-то обязательно попадает. Ни разу не видел, чтобы она промахнулась.

Гарри на миг задумался, затем кивнул.

– Хорошо. Что еще?

– Зверская баба. Всегда все делает по-своему, главное, на редкость проницательна – у нее словно глаза на затылке. Я как-то попытался немного похимичить со счетом, так она с ходу меня раскусила.

Гарри снова кивнул.

– Ничего удивительного. Она одна из самых богатых женщин в Европе. Фармацевтика, химия. Тяжелое машиностроение, реактивные двигатели, оружие. Она руководит компанией уже семь лет, с тех пор как умер ее муж. У нее крутая репутация.

– В прошлом году, когда мы охотились в густом буше, на нас напал раненый джумбо. Она не двинулась с места и всадила ему пулю прямо в лоб с двадцати шагов. Потом устроила мне жуткий нагоняй. Заявила, что я не имел права стрелять в ее слона. Так что насчет крутости – это точно.

– Что-нибудь еще? Как насчет слабостей? Пьет? – спросил Гарри.

Шон покачал головой.

– Бокал шампанского каждый вечер. Причем каждый раз из новой бутылки. Представляешь, раскупоривает бутылку «Дом Периньона», выпивает один бокал, а все остальное велит унести. Между прочим, одна бутылка стоит пятьдесят долларов.

– И что, это все? – Гарри пристально посмотрел на него через толстые стекла очков; Шон усмехнулся.

– Да ладно тебе, Гарри. Она уже старушенция – ей уж, наверное, лет пятьдесят.

– На самом деле всего сорок два, – поправил его Гарри.

Шон вздохнул.

– О'кэй, если ты хочешь знать, играли ли мы с ней в прятки под одеялом… Послушай, я ей предлагал. Черт побери, я просто обязан был это сделать. Это входит в прейскурант. Она рассмеялась мне в лицо. Сказала, что у нее нет ни малейшего желания сесть в тюрьму за растление малолетних. – Он сокрушенно покачал головой. Шон очень не любил признавать свои неудачи в этой области.

– Жаль! Она нам нужна позарез, – заявил Гарри. – Мне могут понадобиться любые рычаги воздействия.

– Сегодня в пять я ее сюда доставлю, – пообещал Шон. – Тогда она будет в полном твоем распоряжении, и я от всего сердца желаю тебе удачи.

Провожать Отто и его медсестер к взлетно-посадочной полосе поехали все вместе. Настроение было приподнятым.

Немки не только простили Гарри свое ночное купание, но и, судя по всему, сильно его зауважали; столь категорический отказ от их услуг лишь возбудил интерес. Они устроили ему впечатляющую сцену прощания, целовали его, обнимали, гладили по голове, пока он наконец не покраснел, как вареный рак.

– В следующий раз мы опять пошутим, – пообещали они напоследок. Они все еще энергично махали ему через стекла кабины, когда «Бичкрафт» с ревом пронесся по полосе и стрелой взмыл в небо. Набрав высоту в двести футов и удалившись примерно на милю, Шон на предельной скорости круто развернул самолет и пролетел прямо над ними, в каких-нибудь двадцати футах от их макушек. Девушки на заднем сиденье все махали рукой.

– Ковбой хренов! – проворчал Гарри, садясь за руль «тойоты». – Ты едешь, Белла?

– Я поеду с отцом, – отозвалась она. Она прекрасно понимала, что расколоть отца ей будет гораздо проще, чем брата. Она подбежала ко второму грузовичку и вскочила на сиденье рядом с Шасой.

Они были на полпути к лагерю, когда она наконец улучила подходящий момент.

– Так кто такая эта Эльза Пинателли? – проворковала она. – И почему я раньше ничего о ней не слыхала?

Шаса аж вздрогнул от неожиданности.

– Как ты узнала о ней?

– Па, ты что, мне не доверяешь? Насколько я понимаю, я все-таки твой личный помощник. – Это был весьма искусный ход; она внушила ему чувство вины, и он тут же принялся оправдываться.

– Белла, не сердись. Дело вовсе не в том, что я тебе не доверяю. Просто все это очень секретно.

– Судя по всему, мы все здесь главным образом из-за нее, не так ли?

Шаса все еще пытался уйти от прямого ответа.

– Эльза Пинателли страстная охотница, вылитая Диана. Она уже три сезона подряд охотилась с Шоном. Она обожает охотиться на крупных кошек – львов и леопардов. Ты ведь знаешь, что Шон как раз славится своим умением выслеживать хищников.

– Но мы-то, я полагаю, приехали не для того, чтобы смотреть, как она убивает несчастных кошек, – не давала ему ускользнуть Изабелла, и Шаса наконец обреченно покачал головой и сдался.