Чтение онлайн

– Использовал её для того, чтобы что-то началось?

– Да. Без нее нас вообще бы не было.

Недоуменный взгляд командора Эльрик выдержал с честью. Молча.

– Н-ну, знаешь, – пробормотал Йорик, – меня бы, конечно, не было. Но к твоему существованию она отношения не имеет. Я надеюсь.

"Для чего ты был рожден? – вспомнил он вдруг, нелепый вопрос мийстра Криды, – Тебя зачали и родили, специально для Змееборца, в этом нет никаких сомнений, но какова твоя задача?"

– Зато ты имеешь, – если Эльрик и заметил его замешательство, то комментировать все равно не стал, – Ты дрался за меня, и спас мне жизнь. Помнишь мороков на Острове? Тех, которые тебя… почти убили.

– Убили, – хмуро сказал Йорик, – помню.

– Если бы они не взялись за тебя, если бы ты не связал их боем, они бы сожрали и меня и Легенду. Это ты дал мне возможность… вспомнить…

Эльрик застыл, глядя сквозь табачный дым. Мертвые глаза, блестящие, как полированные рубины, потускнели, словно кто-то погасил тлеющий за ними огонь.

– Что там было, Йорик? – медленно заговорил де Фокс, – я не знаю, что там было. Я вспомнил себя, и убил их, но – как?

– А как уничтожил мертвецов на Острове, ты помнишь?

– Помню. Я… н-нет, не всё. Я чуть не убил Легенду.

– А как убивал людей Краджеса?

– При чем тут?… – Эльрик рыкнул, вздернув верхнюю губу, – это меч, – сказал он резко, – если достать его из ножен, он не успокаивается, пока не убьет… пока я не убью кого-нибудь. Меч! И на Острове тоже, те мертвецы, потом Легенда, ему просто было мало, он хотел живой крови, а не мертвой. Я уже знаю, заметил за столько навигаций. Каждый раз, когда приходится драться, я не могу потом вспомнить, как убивал. Червя помню. Он был неживой. Тех мертвецов тоже почти помню. А людей – забываю. Этот меч зачарован, или… не знаю, что там с ним, но все дело в нем.

– Очень страшное колдунство, – серьезно сказал Йорик.

Он почти ожидал, что де Фокс вобьет эти слова ему в глотку вместе с зубами. Но тот лишь улыбнулся. Светло-серое лицо стало белым, такого же цвета, как волосы.

– Ни хрена не сходится, да, командор? – прошелестел такой же выцветший голос. – Мороков на Острове я поубивал без меча, а не помню все равно. Нас ведь всех еще в детстве учили следить за этим. Если вы помните, что испугались, но не помните, что сделали потом… если вы помните, что разозлились, но не помните, что сделали потом… Если вы не помните, не помните… Зеш!

Он по-прежнему улыбался, и Йорику стало холодно от этой улыбки. Он не знал, что сказать, а ведь собирался же, были какие-то мысли. Что-то о том, как мягко, но сразу, не затягивая, сказать Эльрику о том, что он – керват. А потом, если понадобится, объяснить, что на этом жизнь не заканчивается. Йорик полагал, что эти объяснения не понадобятся. Все-таки, он уже достаточно хорошо знал Эльрика де Фокса, чтобы понимать: тот не впадет в панику, даже если узнает, что через десять минут случится Конец Света. Он призовет всех к порядку, проведет через катастрофу живыми и невредимыми и успеет придумать, как им жить дальше.

Хм-м… нет, последнее он, пожалуй, переложит на Йорика. А вот Конец Света организует сам. Так уж у них повелось.

– Ты знал? – спросил Эльрик.

– Давно, – Йорик кивнул, – мне еще Легенда рассказала. Она-то помнила всё. Те мертвецы перебили детишек, ты видел это, вот Зверь и вырвался. С мороками получилось примерно так же: ты увидел, как убили меня, и пошел вразнос. Но вот потом, уже здесь, я не знаю, Эльрик… говоришь, это случалось каждый раз, когда ты брался за меч?

– Чаще, чем тебе хотелось бы думать.

– Я наблюдал за тобой, – сказал Йорик, – за тем, как ты ведешь себя. Ты хочешь убивать, но это нормально для шефанго. Ты провоцируешь людей на то, чтобы они дали тебе повод для убийства. Это уже… симптом. Но в бою я тебя ни разу не видел.

– Твое счастье, командор. Я давно уже езжу либо один, либо – без оружия. Заметил, знаешь ли, что моя охрана поголовно гибнет в первой же стычке, где мне приходится вступать в бой, причем гибнет от моего меча. Такое трудно не заметить.

– А взять другое оружие ты не пробовал?

– Пистолеты, – Эльрик шевельнул плечом. – Несколько выстрелов, а потом все равно за меч берешься. Я должен это сказать, или сам догадаешься?

– Я понимаю. Меч давал тебе право убивать столько, сколько хочется. И ты даже не пытался бороться со Зверем, просто говорил себе, что ты ни при чем.

– А ты этого все время ждешь, так? С того дня, как мы встретились в Гиени, ждешь, что я убью тебя. И молчишь. И кто из нас сумасшедший?

– Чтобы влюбиться в шефанго, надо быть еще тем психом, – ответил Йорик. Забрал у де Фокса погасшую трубку, раскурил и отдал обратно. – Ты хоть знаешь, как его придавить?

– Зверя?

– Да.

– Теоретически, – Эльрик фыркнул. Хвала богам, уже веселее, чем до этого улыбался: – я же тебе говорю: нас всех учили. Нас учили, если что, немедленно рассказать обо всем отцу, или кому-нибудь из наставников, или тому шефанго, в доме которого мы живем.

Он замолчал. Затянулся, прикрыв глаза.

Сказал все, что считал нужным? Или все, что мог сказать?

Или ему сейчас мучительно не хватает того, кому можно «немедленно рассказать»… кого-то, кто знает, что делать, и подскажет, и научит.

И защитит.

От Зверя, притаившегося во тьме души.

Йорик подумал о Трессе, о том, как она воспримет – уже восприняла – правду о себе? О том, есть ли, все-таки, разница? О том, что говорил бы он сам, если бы сейчас рядом с ним сидела Тресса, а не Эльрик? И о том, изменилось ли что-нибудь?

– Ну, будем считать, что рассказал, – произнес он с неожиданной для самого себя мягкостью, – я кое-что знаю о керват, и о том, как держать Зверя на привязи. Так что и тебя научу. Хотя, мы раньше домой вернемся. И вот еще что, я не жду, что ты меня убьешь, – сказал он, только сейчас сообразив, что так оно и есть, – ты не убил Легенду, мне тем более нечего бояться.