Чтение онлайн

– Он убегает! За ним! – крикнул я, поставил лампу и метнулся в штольню.

– Возьми лампу! – крикнул мне вслед Колами.

Я остерегся это делать; я видел, что за поясом у Жута торчат пистолеты. Лампа в моей руке лишь помогла бы ему прицелиться. Стоило ему остановиться и направить в меня оружие, он непременно попал бы в меня. Поэтому я преследовал его в потемках.

Конечно, это было нелегко. Я вытянул руки, чтобы на ощупь держаться стен, и, задевая их, помчался как можно быстрее вперед. Время от времени я замирал на миг, чтобы прислушаться к его шагам. Все было напрасно. Колами со слугами помчался вдогонку за мной, и шум, производимый ими, заглушал шаги Жута.

Преследовать его было опасно даже без фонаря. Ему незачем было меня видеть. Он мог остановиться и держать наготове пистолет. Шум моих шагов выдал бы меня. На его месте я так бы и сделал. Два заряженных двойных пистолета, то есть четыре пули, да еще нож – этого бы хватило, чтобы расправиться со мной. Я рассчитывал лишь на его страх; кроме того, он, наверное, понимал, что, даже убив одного или двух из нас, не сумел бы спастись бегством.

Так, в крайней спешке, мы продвигались вперед. Однако я просчитался, полагая, что ужас будет неудержимо гнать его дальше. Нет, внезапно передо мной прогремел выстрел; в этом низком, тесном помещении звук его усилился раз в десять. По вспышке пороха я понял, что стрелок находился в каких-то двадцати шагах от меня. Пуля пролетела мимо. Я услышал, как она ударилась о стену, остановился, достал револьвер и трижды нажал на курок.

Я прислушался. Через несколько мгновений до меня донесся его издевательский смех. Он помчался дальше; я следовал за ним. Он выстрелил еще раз; при вспышке я увидел, что он стоит на мостике, перекинутом через пропасть. Я замедлил шаг и достиг края расщелины. Я убедился на ощупь, что цепи все еще были вдеты в кольца, и ступил на доску, ведущую через бездну.

Настал рискованный миг. Если бы он остановился и напал на меня еще до того, как я добежал до другого края расщелины, я бы погиб. Чтобы помешать ему, я встал посредине мостика и еще трижды выстрелил из револьвера. Вновь раздался хохот, убеждая меня, что я не попал. Однако я понял по звуку, что перс не остановился у края пропасти, а побежал дальше.

Конечно, я немедленно пустился вдогонку. Перебежав на ту сторону, я оглянулся. Я увидел мерцание лампы. Колами был неподалеку от меня. Я пыхтел от напряжения; на сырых, осклизлых досках я часто поскальзывался. И вновь передо мной грянул выстрел; я ответил выстрелами из другого заряженного револьвера. Опасаясь, что преступник остановится и, наконец, попадет в меня, я на ходу принялся палить во все стороны, расстреляв все шесть зарядов револьвера. Тогда я схватился за нож… нет, за пояс, ведь ножа там не было. То ли я выронил его, вытаскивая один из револьверов, то ли он выпал, когда я опустился на колени возле тюремной камеры, – этого я даже не знал.

На душе у меня было так, словно погоня длилась уже целый час. Впереди забрезжил свет – я достиг выхода из штольни.

Когда снаружи в яркий, солнечный день мы попали в штольню, нам показалось, что здесь царит кромешная тьма. Однако, проведя некоторое время впотьмах, наши глаза стали улавливать скудные лучи, проникавшие сквозь завесу растений, и научились различать хотя бы контуры предметов, находившихся в штольне. Я остановился.

Передо мной была лодка. Жут только что отвязал ее от колышка и прыгнул в нее. Он услышал, как я приблизился, и крикнул мне:

– Прощай, собака! Только ты знал об этом потайном ходе и никто другой. Никто вас здесь не найдет и не станет искать. Сожрите друг друга от голода!

В этот момент я даже не подумал о том, что в худшем случае можно было бы спастись вплавь; я верил его словам. Итак, лодка не должна отсюда уплыть. Я разбежался и прыгнул в нее.

Жут стоял выпрямившись и держась двумя руками за скалу; он выталкивал лодку на середину реки. После моего прыжка лодка качнулась. Я потерял равновесие, упал; он повалился на меня.

– Ты тут? – прошипел он мне в лицо. – Добро пожаловать! Ты мой!

Он схватил меня рукой за горло, а я вцепился ему в руки. Я почувствовал, как правой рукой он потянулся к поясу. Я быстро схватил его за запястье и сжал так, что он вскрикнул от боли и выпустил оружие – я не знаю, был ли это нож или пистолет. Потом я поднял колено и оттолкнул перса от себя. В следующий момент я выпрямился; он тоже. Мы стояли в шаге друг от друга. Словно в густом тумане, я видел, как он вытащил руки из-за пояса и направил их на меня; я оттолкнул его кулаками… Грянул выстрел. Или их было два? Я не знаю. Он прорычал:

– Ну ладно, тогда по-другому! Меня вы не получите!

Он прыгнул в воду – он увидел, что Колами с лампой в руках приближается к нам.

Этот человек и впрямь был безумно храбрым! Прыгнуть в такой быстрой поток – на это нужна была особая отвага.

Я попытался вытолкнуть лодку вперед, но поток бился о нее с такой силой, что прошло бы немало времени, прежде чем я пустился бы в погоню. За это время Жут будет далеко отсюда, он спасется или погибнет.

Раз он рискнул прыгнуть в воду, он был отличный пловец. Бурный поток быстро уносил его. Если он убежит, то настигнет семью Галингре, – а ведь мы хотели ее предупредить, – соединится с Хамдом эль-Амасатом и…

Я не раздумывал. Прошло не более двух секунд, как он прыгнул в воду; я скинул куртку и жилет, уселся на скамью, стянул с ног высокие, тяжелые сапоги и крикнул, обернувшись к штольне:

– Я поплыву. Быстро в лодку и вдогонку за мной!

– Ради Аллаха, нет! Это верная смерть! – ответил Колами.

Но я был уже в воде. Я не прыгнул, а тихо соскользнул вниз, ведь в таком бурном потоке важно было не оказаться под водой. Поток подхватил меня и прижал к скалам; какое-то время я изо всех сил старался удержаться на месте. Потом накатила волна, разбилась о скалы – настал подходящий момент; я энергично оттолкнулся и поплыл вниз по течению; я мчался вперед так быстро, что невольно зажмурился.

Когда я снова открыл глаза, я находился как раз между двумя потоками; впереди они сливались, образуя опасный водоворот на середине реки. Надо было уберечься от этого водоворота. Я тотчас повернулся; мне пришлось долго и отчаянно грести, пока я не пересек поток и не оказался в тихой, спокойной воде.

Теперь пора было поинтересоваться Жутом. Я выпрямился в воде и огляделся. И тут – прямо из того водоворота, который я так боязливо старался обогнуть, – он вынырнул вновь; он почти по пояс высунулся из воды, энергично прыгнул, словно дельфин, и преодолел поток. Невдалеке от меня он приблизился к берегу.