Журнал 64
Шрифт:
Роза приблизилась к ней вплотную.
– Вот, – она протянула женщине нелепое украшение с бантами. – Все-таки Рождество, вот я и подумала, что это подойдет.
Старушка улыбнулась, согнулась в три погибели и положила его на камень.
– Да, простите, вы ведь спросили, знала ли я Нэте. Я Марианна Ханстхольм, учительница Нэте. Она была очень дорога моему сердцу, поэтому я и пришла сюда. Я узнала обо всем из газет. Обо всех этих жутких людях, которых арестовали, о человеке, стоявшем во главе этой шайки и несшем ответственность за все несчастья Нэте… Мне лишь жаль, что я так с нею и не связалась, мы словно исчезли друг для друга. – Она растопырила в стороны тощие руки. – Такова уж жизнь… А вы кто?
Она кивнула им с добрыми глазами и приятной улыбкой.
– Мы те, кто обнаружил ее, – ответила Роза.
– Простите, пожалуйста, но что такое вы чуть ранее поставили на памятник? – поинтересовался Ассад, подходя к могиле.
– А-а, это короткая фраза, которая, как мне кажется, всегда должна ей сопутствовать.
Старушка с трудом наклонилась и взяла в руки небольшую дощечку, больше всего напоминавшую разделочную доску. Повернув лицевой стороной, она подняла ее вверх.
«Я нормальная!» – гласила надпись.
Карл согласился про себя.
Да, наверняка Нэте была нормальной.
Когда-то.