Жнец

Чтобы я еще хоть раз согласился иметь дело с оборотнями! Мерзкие, лживые твари! Еще и блохастые! Ненавижу!

Я выматерился так громко, что парочка спешащих прохожих прибавили шагу, решив, что ору я на них. Присевшая перевести дух на фонарном столбе гарпия, с укоризной повернула уродливое лицо в мою сторону. Вымоталась, небось, за весь день на доставке. И здоровенная крыса, размером с бульдога, рывшаяся в мусорном баке, навострила усы и тоненьким голосом сообщила.

— Хам!

— Да пошла ты! — рявкнул я в ответ.

Да, глупо. И совершенно не нужно. Но в этот момент я был настолько полон злости, что мне просто необходимо было выплеснуть ее на кого-нибудь, иначе она разъела бы мне грудь. Ну, и не подумал о последствиях.

— Я — самец! — крысюк тут же поднялся на задние лапы, превращаясь из животного в карикатурного маленького человечка. — За слова свои ответишь, гнида!

Он то ли свистнул, то ли пискнул, и мусорный контейнер вдруг зажегся, как новогодняя гирлянда. Только вместо лампочек, на меня смотрели красные бусины десятков глаз.

Вот идиот! Настолько психанул, что забыл — крысы только стаями передвигаются!

— За базар ответить придется. — голосом пониже, чем у первого, но все равно тонким, пропищал другой крысюк с оторванным ухом и не раз располосованной мордой. Этот, в отличие от более мелких грызунов, был с добермана, и носил что-то вроде жилетки.

Вожак. Альфа. Хреново-то как…

— Прошу прощения. — искренне извинился я. — В сердцах брякнул.

В создавшейся ситуации у меня было только два варианта действий: переть буром дальше или попытаться съехать с темы. Я выбрал второй — только глупец будет задирать стаю крыс поздним вечером в районе Гидростроя. И лишь полный дебил не попытается решить с дело миром, если до драки еще не дошло.

Тут вопрос не в силе стаи — даже сейчас я был способен справиться с десятком тварей. Просто эти мелкие твари очень быстро умеют вызывать подмогу.

— Две тысячи за моральный вред плати, и вали. — сообщил вожак-крысюк. Он тоже был настроен на мирное решение конфликта.

В другое время, я бы так и поступил. Это было правильно, логично и не капельки не унизительно — сам начал, так-то. Ну а если кто-то считает, что это трусость — попытаться избежать конфликта с разумными грызунами, то этому кому-то следует вспомнить, что пара стай крыс способна сожрать человека за час. А потом растащить кости по норам, в результате чего убийство легким движением руки превратиться в пропажу. Его тоже будут расследовать, конечно. Но даже самый тупой коп, даже в таком депрессивном районе, как этот, будет прекрасно понимать, что на руках у него висяк. А висяки никто не любит.

К счастью, крысы (некоторые называли их крысолюды, но я к числу этих толерантных людей никогда не принадлежал) в наших широтах жили сыто и безо всяких пожираний прохожих. К тому же, они боялись санэпиднадзора, у которого были весьма действенные яды, а также полное отсутствие моральных норм, мешающих применять оные. Стоило только количеству пропавших без вести людей перевалить через некое пороговое число, как мастера отрав и ловушек начинали тотальный геноцид хвостатого народца. И плевать им было, причастна хвостатая братия к росту негативной статистики или нет.

Шаткое равновесие, как и в любой устойчивой системе. Крысы не жрали прохожих — без повода, а санитары не рассыпали яды по мусорным контейнерам. Профит. Все живут, здравствуют и процветают в нашем самом прекрасном и толерантном к видовому разнообразию городу!

А такие, как я — платят. Если уж настолько глупы, что влезли в ссору с крысиным племенем. Проклятые оборотни!

Так что, как уже было сказано, я бы заплатил. Вот только денег у меня не было. Пять минут назад были, а теперь не было. А все потому, что меня кинули. Оборотни оказались фальшивомонетчиками и расплатились за принесенный мною товар обычными бумажками. Сраными фантиками, которым магией иллюзий придали вид честных рублей. А я не был настолько богатым, чтобы проверить купюры маганализатором.

Итог — я стою с двумя десятками в кармане посреди Гидростроя, на меня злы десять или пятнадцать крыс, и как из этой заварухи выбираться, ума не приложу.

— Ребят. Денег нет. — честно сообщил я.

И приготовился драться. Маг я только по названию, запаса маны хватит лишь на парочку самых простеньких "фаеров". Ими можно спалить пяток хвостатых, если удастся удачно попасть. А еще в кармане лежит почти полностью заряженный артефакт "щита" второй ступени, а на шее — замаскированный под цепочку "пламенный хлыст" четвертой.

Расходовать дорогие магические приблуды на эту шваль было жаль, но лучше потерять их, чем жизнь. Так что этот десяток я размотаю, хотя ноги мне покусают точно. Главное не пропустить бросок в горло. И слинять до того, как подоспеет подмога.

Опытный альфа это тоже понял. Миролюбиво поднял передние лапы, и медленно приблизился ко мне. Остановился в шаге — моем шаге, в смысле. Сунул крохотные пальчики в кармашек жилетки и вытащил на свет божий кусочек картона с отгрызенным уголком.

Визитка.

Не без опасения, я принял ее и прочел:

"Ас-сух. Лидер стаи"

И ниже — номер мобильного в федеральном формате. Плюс семь, как положено.

— Можно на карту. — пискнул крыс.

Во, оперились! Их уже в банках начали обслуживать? Куда катится мир! Хотя, чего удивляться? Президент же сказал, что мы "строим общество, в котором с уважением относятся к любой жизни". Так что это только вопросом времени было.

— Сейчас и на карте голяк, братан. — признался я.

Когда ситуация из опасной для жизни перешла в категорию товара-денежных отношений, меня как-то подпустило, и я здорово сбавил обороты. Правда, чего дергаться? Крысы на счетчик меня не поставят, сама мысль отсроченного дохода не уложится в их крохотных мозгах…

— Можно завтра. — пропищал вожак. — Тогда две сто. Можно послезавтра. Тогда две двести.

— Дружище, ты не охренел? — я даже не сразу смог заговорить, настолько был шокирован этой наглостью.

— Мы взяли твой запах. — Ас-сух пошевелил усами. — Вся стая. Мы можем его передавать другим братьям, знаешь? Если не заплатишь, мы все провода в твоем доме перегрызем. Можешь забыть про интернет и кабельное телевидение.

— А я заяву в полицию напишу. — от абсурда происходящего я окончательно потерял страх.