Шрифт:
Персонажи:
Городничий;
Анна Андреевна;
Лицо с усиками;
Хлестаков;
Неизвестный голос, оно же Жирное пятно на скатерти, оно же Лицо из пятна;
Старичок, он же Господин с железякой вместо ноги;
Господин с медным лицом;
Господин с крысиной головой;
Господин с головой-клубникой;
Ляпкин-Тяпкин;
Дама с клювом цапли;
Дама с головой-брюквой;
Урод;
Массовка – прислуга в виде полулюдей и полужуравлей.
Место действия: приёмная зала в доме Городничего.
Проявление I
В большой и просторной зале с колоннадами полно странных существ, напоминающих людей: они столпились возле стола, где блестят металлические блюда, накрытые крышками. Центральная стена закрыта тяжёлой и тёмной портьерой с массивными кистями, которой обычно закрывают портреты высоких сановников, сошедших со своих государственных пьедесталов. Вдруг высокая двустворчатая дверь распахивается и входит Городничий. Лицо его похоже на восьмёрку: большая квадратная челюсть и верхняя часть головы, словно набитая подушка с широким шишковатым лбом. В середине с боков лицо сплюснуто так, что уши похожи на бантики, свисающие вниз. Нос большой длинный и иногда живёт сам по себе: ворочается из стороны в сторону, раздувает ноздри или морщится в самом неподходящем месте. Городничий одет в мундир, поперёк мундира висит широкая лента со звездой; он осматривает собравшихся, мнёт губы, причмокивает и наконец-то произносит.
ГОРОДНИЧИЙ. Я пригласил вас, господа, с тем чтобы сообщить вам пренеприятное известие… гхм…
Городничий выжидающе смотрит поверх голов, но кроме мычания и бебеканья ничего не слышит. Поэтому решает продолжить.
Ревизор, которого мы все так ждали, застрелился.
От толпы отделяется человекоподобное существо с большой клубникой вместо головы и начинает мямлить.
КЛУБНИКА. Но ведь как же, милсдарь… Разве можно-с такой оборот?.. Господа, ежели такой случай, то куда изволите? Ведь подлецов надобно того… Ведь ежели их не изобличать, то чёрт-те что повылазит. Это ведь не жизнь будет, а сплошное надсмехательство.
Рядом с Клубникой возникает Человек с крысиной головой. Он всё время горбится и скребёт своими когтистыми пальцами по своим же передним зубам, которые торчат из-под верхней губы.
КРЫСИНАЯ ГОЛОВА. Нет-нет, я отказываюсь! Не городите чушь! Вы что же, хотите сказать, я теперь ещё и хвост себе отпущу? Я и так в доме все углы сгрыз – клычки-то чёртовы так и прут! Ежели их не стачивать, у меня зубы в пол упрутся.
ГОРОДНИЧИЙ. Сам ума не приложу что делать. Может быть, воскресить его мерзавца как-нибудь? (Кричит поверх голов.) Господа, кто сможет воскресить ревизора?..
Возникает зловещая пауза, от которой у Городничего начинает трещать кожа на спине.
Я, конечно, понимаю – просьба необычная. Но ведь и ситуация катастрофическая. Мы все, можно сказать, на грани. Нынче жизнь у чиновника опасная: был обычный человечишко, ел, спал, в карты играл. А чиновником стал, будто к чёрту попал, будто к ведьме на кухню – кругом колдовские испарения. Сам не заметишь, как у тебя рожки на лбу пробиваются – но это ещё цветочки, вишенка впереди! И самое поганое, не знаешь ждать чего: то ли ноги в штопор завернутся, то ли всё тело воздухом изойдёт, то ли башка пузырём вздуется… Жуткая жизнь чиновника! Но – ревизор на пороге – и все миазмы прочь! Спаситель!
Сзади к Городничему подходит Анна Андреевна со свиной головой и ослиными ушами. Почему именно это Анна Андреевна? Да потому что она говорит её голосом и повторяет все ужимки и прыжки.
АННА АНДРЕЕВНА. Ах, дорогой, разомкни очи – вертеп натуральный! Отвратительно. Уж поп и тот вместо креста золотую подкову нацепил – прямо с цельный хомут – мол, вон я какой особенный. А сам-то за всю жизнь грошовую ни одного человечка не воскресил, зато уж полгубернии точно отпел на тот свет.
ГОРОДНИЧИЙ (рассуждает вслух, поклацывая зубами). Может, попа ревизором сделать, рыло это сальное? Он, вроде бы к Господу поближе, может, как-то повлияет, умолит, душу чью заложит, в конце концов.
Анна Андреевна от слов Городничего начинает нервно смеяться и икать, правда, при этом держится достойно и строго.
АННА АНДРЕЕВНА (вполголоса ему на ухо). Кундюшонок ты мой глупенький, да ведь душу можно только в ломбард заложить. А ломбард ты сам повелел закрыть – и правильно сделал! Разве среди этих мерзких харей найдёшь порядочную душу. Забудь и думать об том. Надо бы назначить кого другого вместо старого Ревизора. И с плеч долой – говорю тебе.
К Городничему и Анне Андреевне подходит Старичок с тростью. На трости этой набалдашник с алмазным черепом. Старичок хитро щурится, его сморщенное жёлтое лицо искажает улыбка, словно бы он превозмогает боль и не хочет никому показать свои страдания.
СТАРИЧОК. Предлагаю назначить мою персону… (Косоротится и кашляет в кулак.) Мда… Обещаю быть честным и прынципиальным, так сказать.
Городничий с недоверием смотрит на него, прикрыв один глаз, будто измеряет расстояние до его лысого пригорка на голове.
ГОРОДНИЧИЙ. Вы бы, господин учитель, не смешили народ. Вам уже к праотцам пора, а вы – ревизорствовать!
СТАРИЧОК. Верно, верно.
Старичок радостно кивает головой, отчего кажется, она вот-вот отвалится от его туловища.
Потому и надо меня назначать. Я перед смертью такое скажу – у всех только жилы заноют! Мне бояться нечего. Могу любому не то что по носу щёлкнуть – в ухо заехать.
Старичок попытался распрямиться насколько это возможно. Поднял вверх трость и с размаху заехал тростью по пышной юбке Анны Андреевны. Послышался хлопок, будто кто-то плюхнулся в воду с высоты.