Шрифт:
Глава 1
Было бы очень странно искать себе жену по объявлению. Энтони Эрхарт, маркиз Стаунтон, старший сын и наследник герцога Уитингсби, поместил во всех лондонских газетах извещение о вакансии на место гувернантки.
Под извещением стояло его собственное имя – и полный титул, – к большому удовольствию его друзей и знакомых, которые сочли это поводом для шуток.
– Сколько у вас детей уже есть, Стаунтон? – спросил маркиза Гарольд Прайс в «Уайтсе» в то утро, когда появились первые газеты. – А не разумнее ли нанять учителя? Такого, который мог бы справиться с целым классом?
– Вам нужно было бы нанять даже целый штат учителей, Стаунтон, – добавил Катберт Пайн. – На целую школу, я полагаю. Один учитель вряд ли захочет обучать целый класс отчаянных сорванцов – слишком рискованно.
– А мамочки будут забирать их после обеда, Тони? – спросил лорд Роулинг, насыпая табачок на тыльную часть руки. – У тебя достаточно большой салон, чтобы они все могли мирно ждать своих детей и не ссориться?
– Вы уверены, Стаунтон, что хотите дать образование всем своим детям? – поинтересовался полковник Форсайт. – У вас достаточно имений, где требуются экономки и управляющие, старина? Во всей Англии хватит на них имений?
– Вы забыли про Уэльс, Форсайт, – сказал мистер Пайн. – И про Шотландию.
– Но будет ли честно по отношению к другим внебрачным детям, если все места будут заняты только молодыми Стаунтонами, – нарочито жалобным голосом заметил полковник.
– Полагаю, Тони ищет совсем не гувернантку, – сказал сэр Бернард Шилдс. – Он ищет себе новую любовницу. Я слышал, Тони, вы лишь на прошлой неделе уволили прелестную Анну, одарив ее рубинами. Вы решили поискать ей замену в другом месте? Не в злачных местах Лондона? Хотите найти кого-нибудь, кто мог бы развлекать вас разговором, пока вы занимаетесь… э… делом?
– Или кого-нибудь, кто сможет научить тебя чему-нибудь новенькому? – поддел лорд Роулинг. – Знаешь, Тони, говорят, что учиться никогда не поздно. А кто может научить лучше гувернантки? Уму непостижимо, сколько возможностей для практических занятий в классной комнате со всеми этими партами и столами!
– Полагаю, – заметил очень молодой и очень серьезный лорд Каллагэн, – Стаунтон хочет нанять гувернантку для племянницы или племянниц, а мы черним его, выдумывая небылицы.
Маркиз Стаунтон не принимал участия в разговоре, лишь время от времени он поднимал брови или поджимал губы. Он выглядел так, будто лично его все эти разговоры совершенно не касаются. Насколько ему известно, детей у него не было. Имений у него тоже не было – пока. От Анны он устал уже через шесть недель. Он совсем не спешил найти ей замену. Любовницы все меньше возбуждали его. Их трюки и приемы были ему хорошо известны и наскучили. Роулинг ошибался, говоря, что у. них можно научиться чему-нибудь. И если уж на то пошло, со своими племянницами и племянниками Энтони Эрхарт никаких дел не имел.
Нет, он не искал ни гувернантку, ни любовницу. Он выбирал себе жену, как и объяснил лорду Роулингу, своему самому близкому другу, когда они возвращались из клуба.
– Разве обычно это делают не в «Олмаке»? Или на балу? Или на приеме у кого-нибудь, Тони? – засмеялся лорд Роулинг, считая, что друг просто шутит. – И без всяких объявлений в газете? Ты ведь все-таки Стаунтон и однажды станешь герцогом Уитингсби. Ты богат как Крез, а внешность у тебя такая, что ни одна женщина не останется равнодушной, будь ты даже бедняком. А ты ищешь жену через объявление в газете. Что-то я тут не понимаю, скажи на милость? – Он повертел тростью и поднес руку к полям шляпы, приветствуя проходившую мимо женщину.
– В «Олмаке» я не могу найти то, что ищу, – серьезно ответил маркиз на ехидное замечание друга. И продолжил:
– Она должна быть благородного происхождения – это обязательное условие, видишь ли. Она также должна быть бедной, скромной, серьезной, очень сдержанной, даже немного чопорной. Она должна быть… э… серой мышкой.
Лорд Роулинг смотрел на друга, удивленно подняв брови.
– Боже мой, – едва слышно прошептал он, – Серая мышка, Тони? И это говоришь ты? Неужели тебе так необходимо командовать женщиной, которую ты хочешь взять в жены?
– Герцог Уитингсби вызвал меня домой, – ответил маркиз. – Он якобы очень болен. Он напомнил мне, что леди Марии Лукас, дочери графа Тилдена, уже исполнилось семнадцать лет. При ее рождении семьи договорились о нашем браке. Теперь настало время официально объявить о нашей помолвке. Он считает, что у меня было достаточно времени, чтобы перебеситься. Ведь я восемь лет не жил дома.
Лорд Роулинг поморщился.
– Твой отец очень ошибается, – серьезно сказал он. – За эти восемь лет ты сколотил изрядное состояние, Тони. – И, ухмыльнувшись, добавил:
– А также приобрел заслуженную репутацию одного из самых известных повес в Лондоне. Значит, ты собираешься жениться на серой мышке только назло его милости?
– Совершенно верно, – подтвердил маркиз. – Сначала я думал не обращать внимания на приглашение или отказаться вступить в брак с ребенком, которого выбрали и воспитали на роль следующей герцогини Уитингсби. Но новая моя идея гораздо лучше. Если его милость еще и не болен, так скоро заболеет. Если он ничего не понял за последние восемь лет, то скоро поймет. Да, я действительно буду очень тщательно выбирать себе жену. Думаю, кандидатур будет много.
Лорд Роулинг был потрясен: только сейчас он понял, что его друг говорит совершенно серьезно.
– Но, Тони, – заметил он, – ты же не можешь жениться на самом глупом создании, какое тебе удастся найти, только для того, чтобы досадить своему отцу?
– Почему бы и нет? – спросил маркиз Стаунтон.
– «Почему бы и нет»? – переспросил его друг и покрутил в воздухе тростью. – Женитьба – это пожизненный приговор, старина. Тебе не удастся отделаться от этой женщины до конца жизни. Положение будет для тебя невыносимым.
– Я вовсе не собираюсь провести с ней остаток своей жизни, – сказал маркиз. – Как только она выполнит свою задачу, я отправлю ее на пенсию – гувернантка едва ли может претендовать на лучшую судьбу, правда?
– Но она может дожить до девяноста лет, – заметил лорд Роулинг. – А тебе, Тони, захочется иметь наследников. Если она даст их тебе, то захочет – и с полным правом – быть им матерью, захочет жить в твоем доме до тех пор, пока дети не вырастут.
– У меня уже есть наследник, Перри, – возразил маркиз. – Мой брат Уильям. А у него есть сыновья. По крайней мере так мне сообщила Марианна. Остается только надеяться, что они крепкие ребята.