Жаркая ночь
Шрифт:
Качнув подбородком, Эбби приглашает его в комнату, он застывает в дверях от сладкой муки предвкушения.
От воспоминания о его мягких губах грудь Эбби сдавила тоска. Он подходит к ней, гладит по щеке, запускает пальцы в ее волосы, ласкает ее подбородок, щеки, прежде чем прижимается к ее губам. За спиной у нее оказывается кушетка, и он опускается перед ней. Его руки соскальзывают под юбку, стягивают трусики. Он наклоняется, теплые губы целуют, прижимаясь и описывая круги, все ближе и ближе, не торопясь, приближаются к клитору.
Она ждет, сжавшись в комок, тесно сдвинув бедра, пока Зан наконец не раздвигает их и его язык не соскальзывает внутрь ее скользких тугих складок. Первое касание его губ – это поцелуй, испрашивающий разрешения, потом легкая, почти невесомая ласка, и вслед за ней круговые движения языка. Игра с ее клитором становится все требовательнее, сопровождаясь трепетом и дрожью. О Господи!
Наслаждение пронзило каждую частицу ее тела, и Эбби широко открытыми глазами уставилась в мерцающий черно-белый экран, а потом горько вздохнула. Вот он, красноречивый образ ее теперешней сексуальной жизни.
Продолжая пялиться в телевизор, она вдруг представила, что может подумать Зан, когда узнает, как она, разлегшись на софе с рукой между ног, вспоминает его глаза, его руки, его губы.
Новый удар наслаждения сотряс ее, и она сжала бедра, чувствуя, как мучительными спазмами внутри бьется наслаждение, – наслаждение, вызванное одной только мыслью о нем…
Глава 3
Люсьен был вне себя. Он специально велел Элани никогда не упоминать его имени, точнее, псевдонима, а она сразу растрепала своей подруге про Марка. Тупая корова, вот она кто!
Отключив телефон, Элани улыбнулась.
– Завтра Эбби принесет ключи на работу, – преувеличенно бодро произнесла она. – Я смогу передать их тебе, когда встретимся за ужином.
Небрежно потянувшись, Люсьен протянул руку поверх скомканных простыней и намотал на пальцы волосы Элани, а затем дернул их так, чтобы она вскрикнула; наслаждаясь ее замешательством, он поцеловал ее в щеку, чтобы сгладить впечатление, потом забрал телефон из ее похолодевших пальцев.
– Дорогая, разве я не говорил, чтобы ты никому не рассказывала о нас?
Широко открыв голубые глаза, Элани нервно заморгала.
– Но это же Эбби! Я должна была сказать ей, почему за полночь в пятницу меня нет дома, иначе бы у нее появились подозрения.
– Ладно, ладно, – пробурчал он. – Но даже если это и так, впредь будет лучше, чтобы…
– Она сама уговаривала меня выходить на люди, и, слава Богу, наконец-то я сделала это. Знаю, что она порадуется за меня…
Новым поцелуем Люсьен пресек ее болтовню и сурово добавил:
– Если я сказал – никому, это означает – никому.
Элани виновато посмотрела на него:
– Прости. – Ее голос слегка задрожал. – Я попрошу Эбби никому не рассказывать. Она обязательно меня послушает.
Ага, как же. Это привлечет еще большее внимание к его персоне. Какая прелесть! Люсьен поморщился.
– Не делай из этого проблемы: не хочу рисковать тем, что есть между нами, и выставлять это на обозрение всего мира. Кроме того… – Он положил ее руку на свой член. – Кроме того, таинственность меня возбуждает.
– Меня тоже, – выдохнула Элани, гладя его.
Еще бы нет! Если он скажет, что полезет в гниющее дерьмо, эта безответная размазня Элани проблеет «я тоже». Он нехотя улыбнулся.
– А кто такая Эбби? Твоя подруга?
Лицо Элани просветлело.
– Наш менеджер по развитию, и она – потрясающая: умная, веселая и вдобавок прекрасная подруга. У нас она три года, после того как Бриджет уволила…
Люсьен тут же перестал вслушиваться в глупую болтовню. Он сам провел расследование, чтобы выяснить все об Эбби Мейтленд, как, впрочем, и о других сотрудниках администрации музея, так что теперь на Эбби у него имелось толстое досье. Его очень заинтересовали ее фотографии и факты биографии. Отец Эбби несколько раз сидел, мать была алкоголичкой. А еще арест за распространение наркотиков, тоже весьма интересный момент.
Тем не менее, переступив через все, она переехала на западное побережье, потом окончила школу и начала новую жизнь. На вид она очень соблазнительна – эдакая полногрудая, высокого роста амазонка. Неоднозначное, полное проблем прошлое, казалось, делало из нее хорошую кандидатуру для выполнения его плана, но когда он внимательно изучил ее лицо на фото, то отказался от этой мысли.
Все дело было в ее глазах, излишне трезвых, чересчур осторожных. Ее, наверное, слишком часто обманывали. И хотя Люсьену очень легко удавалось изображать эмоциональное состояние обычного человека и девяносто девять процентов людей покупались на это, Эбби Мейтленд скорее всего принадлежала к оставшемуся проценту.
Помимо того, он предпочитал, чтобы его любовницы были более хрупкими, и в этом плане ему куда больше подходила миленькая блондиночка Элани Клейборн: она была наивной, доверчивой и такой глупой, что ему грозила смерть от скуки с ней. Пожалуй, ему нужно взять Эбби Мейтленд под прицел: тогда по крайней мере он мог бы поддерживать свою эрекцию в нужной кондиции.
– Она себе кого-нибудь подыскивает?
Элани замешкалась.
– Да нет, не думаю. Ее свидание сегодня кончилось ничем. Наверное, это тот парень, с которым договорился Дови. Дови – наш коллега; он всегда старается свести Эбби с мужчинами, которые соответствуют ее списку.
– Списку? Что еще за список?
– Да так, пустяки! – Элани нервно засмеялась. – Вообще-то она рассказала мне о нем по секрету, поэтому не хотелось бы…
– Я никому не скажу. – Люсьен пристально посмотрел Элани в глаза: – Ты ведь мне веришь, а?
Элани часто заморгала.
– Ну да, конечно. Из-за проблем с мужчинами в прошлом она выработала строгие требования к тем, с кем встречается.
– Деньги?
– Да, они должны быть обеспеченными. А еще ей нравится красиво поужинать, сходить в театр, на концерт, поговорить о высокой культуре. Мне удалось разговорить ее на предмет этого списка, но о прошлом она молчит, и я не могу осуждать ее за это.