Чтение онлайн

– Не лезь. Как бы не испортить все. Я сам.

Затем, с огромным букетом на перевес, отец пошел на штурм. Минут пять они о чем то говорили и наконец батя махнул мне рукой. Типа давай, бегом. Я вылез и подошел. Меня опять начало потряхивать, да что же такое то? Но я подошел и выдохнув сказал.

– Здравствуйте Дарья Константиновна.

На меня смотрели глаза мудрой и всепонимающей женщины. Потом взгляд скользнул по мне, как бы оценивая и стать и одежду, потом короткий взгляд на джип и после этого женщина сказала.

– Не бедствуешь значит.

Потом хмыкнула и добавила.

– Папаша.

Белозубо улыбнулась и продолжила.

– К Светке пока не езди. Женится я так полагаю ты не намерен. А здесь ты только потому, что твой отец выкрутил тебе и левое и правое. Я правильно описываю ситуацию.

– Ээээ. Мне. Мня. Это.

– Значит правильно. Занимайся своими делами и не лезь в ЭТО дело. Ясно.

– Так точно.

– Как то вяло боец.

– Да понял я понял.

– А раз понял, то беги на склад к своему Захарчуку. Пропуск я тебе выписала. Да, и машину можешь загнать на двор РМТО. Там в курсе, присмотрят.

– Спасибо Дарья Константиновна.

– Дурак ты Борей. Просто Светка моя племянница.

– А вопрос можно?

Та пожала плечами и сказала.

– Попробуй.

– Почему она денег то не взяла, я ведь высылал?

– Хм. А сколько ты выслал?

– Триста тысяч.

– Вот. Неужели не понятно. Таких денег она просто испугалась. Слал бы как все, тысяч по пять или десять каждый месяц. А то триста. Мозги то есть. Перепугал девку до смерти. Она ко мне примчалась, дескать что делать, а вдруг сына отберет. Раз такие деньги есть, то может и родители олигархи какие.. Страхов было, до понедельника, пока я в спецчасть не сходила и твое дело не полистала. Но от греха посоветовала, деньги не брать. А когда за деньгами или письмами не идут, то почта их назад отправляет.

– Значит все таки сын.

– Сын, сын. Но ты не лезь, понял.

Я как болванчик, закивал головой непроизвольно улыбаясь до ушей. Батя тоже лыбу давил киловатт так на тысячу.

Мадам махнула рукой.

– Пошли папаша. С нарядом знакомить буду. Да я договорилась, жить будете на территории части, в офицерском общежитии. Номер кстати для высшего командного состава. Денег то хватит?

Я пожал плечами.

– С деньгами проблем нет Дарья Константиновна. Я могу и президентский номер снять, если надо.

– Ну да, ну да. Про твои дела с прапорщиком до сих пор легенды в части молодняку рассказывают. Поди опять что то, крутить-мутить будете?

Я вздохнул.

– Не без этого.

– Тогда вот мое слово. Если что, я помогу. Но! Светке на жизнь подбросишь. Ясно!

Я развел руками.

– Да я с радостью. Да я. Да.

Меня остановили поднятой рукой, и развернувшись, женщина пошла на вход КПП. Мы с батяней пристроились рядом и через час я уже заходил на знакомый полковой склад. Захарчук орал. Ну это нормальное состояние для кладовщика. Я стоял в тенечке, под стеллажом с валенками и наслаждался виртуозным владением командно-матерным языком. Наконец рев затих и взмыленный Захарчук вынырнул из дебрей стеллажей как черт из табакерки.

– Ооооо! Них...., какие люди и без охраны! Пошли в бендегу, по пять капель чая сообразим. Ну и перезвездим, про дела наши скорбные. Пока шли, прапор орал на весь склад как он рад видеть нормального человека, а этих косоруких и тупых идиотов с которыми ему приходится работать. Ну понятно конечно. Ну не могу я в книге постоянно пикать точками. Потом резко остановившись, прапор прижал меня к стеллажу и красноречиво потыкал пальцем в ухо, а затем прижал палец к губам. Затем прошептал.

– Только нейтральные темы. Вечером поговорим.

Я понятливо кивнул головой, и прапор опять начал орать про то как он рад видеть человека с большой буквы, двигаясь к своей бендеге. Ну собственно разговора по понятным причинам не получилось. Так, выпили по писят коньячку, поговорили про охоту и рыбалку. Прапор поинтересовался какого хера я приперся. Ну я честно рассказал историю со Светланой, про болезнь отца. А то что зашел к старому дружбану, так это так, вспомнить былое. Потом меня проводили и около того же стелажа прижали и прошептали.

– В девять вечера на площади, подойдет человек. Скажет. БУРЯТ? Ответишь. Нет Князь. Поедешь с ним, там и поговорим.

Я шел к выходу со склада и охреневал. Однако, весело живет обычный российский прапорщик. Ладно посмотрим, как дальше пойдет. Мне лишнее внимание и шпионские игры, ни в пень, ни в бок не уперлись. Мне сейчас надо, как мышке под веником. Тихохонько, на цыпочках. Ладно хоть отмаз такой железный есть. Да уж. Мой сын, непутевому папашке, уже помогает. Так что. Ладно. Надо сначала дела порешать. А бонусы и корзины с пряниками маленько попозже. Ну собственно стою, правда не на площади а на остановке, которая с самого края площади. Чувствую себя полным идиотом, маршрутки, автобусы проходят, я промок. Снег то мокрый нихрена не кончился, так и идет. Тут хлопок по плечу. Оборачиваюсь. Уууууу! Млять! Мне только ментовского наряда не хватало. Козыряет. И коронная фраза.

– Старший наряда, сержант Волков. Документики предъявите.

Ну полез, достал, подал. Второй перестал фонарем слепить глаза и перевел луч на мой паспорт. Потом первый полистав паспорт, сказал.

– Вы же бурят?

Я слегка опешил, но вспомнив что сказал прапор ответил.

– Нет, я князь.

Первый очень громко, что бы вся остановка слышала сказал.

– Нарушаем гражданин. Регистрация просрочена, амбре опять же. Пройдемте, в отделении разберемся.

Ну потопал. Потом патрульный уазик и я сидя в клетке, куда меня запихали, видимо для достоверности, думал. ' Да что тут у них, черт возьми, происходит. Окон в этой клетке не было, кругом железо. Едем уже минут двадцать. Хз куда, зачем? Наконец скрипнули тормоза и машина встала. Загремел замок и меня выпустили.

– Держи лейтенант.

Мне отдали паспорт.

– Тебе туда. Обратно дорогу покажут, выйдешь на трассу, поймаешь тачку, уедешь. Мы работать поехали. Счастливо.