Чтение онлайн

БАЛАГАЛАЕВ. Позвольте познакомить вас с новым жителем нашего уезда: Алупкин, Антон Семеныч, новый помещик.

СУСЛОВ (продолжает есть). Мне чрезвычайно приятно. Вы откуда к нам?

АЛУПКИН. Из Тамбовской губернии.

СУСЛОВ. А! у меня в Тамбове родственник живет, пустейший человек. Впрочем, Тамбов – ничего, город хороший.

АЛУПКИН. Город точно ничего.

СУСЛОВ. А что ж наши голубчики?.. они, пожалуй, и не приедут вовсе.

БАЛАГАЛАЕВ. Нет, этого я не думаю. Меня уж и то удивляет, что их до сих пор нет… Они должны были первые приехать.

СУСЛОВ. А что, как вы думаете, мы помирим их?

БАЛАГАЛАЕВ. Должно надеяться… Я и Петра Петровича пригласил. А! кстати! позвольте обратиться к вам с просьбой, Антон Семеныч. Вы можете помочь нам в деле, которое, так сказать, равно касается до всех дворян.

АЛУПКИН. Та-ак.

БАЛАГАЛАЕВ. Здесь есть у нас один помещик – Беспандин, и хороший, кажется, человек, а сумасброд; то есть не то чтобы сумасброд, а кто его знает! у Беспандина сестра, Каурова, вдова: женщина, по правде сказать, до крайности бестолковая, упрямая… Впрочем, вы ее увидите.

МИРВОЛИН. Это у них в роду-с, Николай Иваныч: ихняя матушка, покойница Пелагея Арсеньевна, еще того хуже была-с. Говорят, в молодых летах будучи, кирпич им на голову упал: так, может, от этого-с…

БАЛАГАЛАЕВ. Может быть. Потому, природа… Вот между этим Беспандиным и его сестрой, вдовой Кауровой, третий год идет распря по случаю дележа. Тетка их родная им обоим, по духовному завещанию, имение оставила, – имение, заметьте, благоприобретенное… Ну, не могут поделиться, хоть ты тресни… Особенно сестрица просто ни на что не согласна. До суда дело доходило; высшим властям прошения подавали: долго ли тут до беды? Вот я и решился наконец пресечь, так сказать, твердою рукою корень зла, остановить, наконец вразумить… Я им сегодня у себя свидание назначил, но уж в последний раз; а там я уж другие меры приму… Из чего в самом деле мучиться? Пусть суд их разбирает. В миротворцы, в свидетели, я пригласил почтенного Евгения Тихоныча, Пехтерева Петра Петровича, бывшего предводителя… Так не угодно ли и вам? помочь нам то есть в этом деле?

АЛУПКИН. Я с удовольствием… но, не будучи знаком, кажется…

БАЛАГАЛАЕВ. Что ж такое! Это ничего… Вы здешний помещик, человек рассудительный. Напротив, оно еще лучше: им нельзя будет сомневаться в вашем беспристрастии. Алупкин. Извольте-с, я готов. Герасим (входит). Госпожа Каурова приехали-с. Балагалаев. Легка на помине.

Те же и Каурова (в шляпке, с ридикюлем).

БАЛАГАЛАЕВ. А, наконец! Милости просим, Анна Ильинишна! милости просим… Сюда… не угодно ли-с?

КАУРОВА. Ферапонт Ильич еще не приезжал-с?

БАЛАГАЛАЕВ. Нет еще; впрочем, он теперь скоро будет. Не угодно ли закусить?

КАУРОВА. Покорно благодарю-с. Я постное кушаю-с.

БАЛАГАЛАЕВ. Что ж, вот редька, огурцы… Чаю не прикажете ли?

КАУРОВА. Нет-с, покорно благодарю: я уж завтракала. Вы извините меня, Николай Иваныч, коли я опоздала. (Садится.) И то слава богу, что в целости доехала; кучер мой чуть-чуть меня не вывалил.

БАЛАГАЛАЕВ. Скажите пожалуйста, а кажется, дорога недурна.

КАУРОВА. Не в дороге дело-с, Николай Иваныч; ох, не в дороге!.. Я вот приехала, Николай Иваныч, только я никакой пользы от этого не ожидаю. Нрав Ферапонта Ильича мне слишком известен… ох, слишком!

БАЛАГАЛАЕВ. Ну, это мы увидим, Анна Ильинишна! Я так, напротив, надеюсь сегодня кончить ваше дело; пора.

КАУРОВА. Дай бог, дай бог. Я, вы знаете, Николай Иваныч, я на все согласна. Я человек смирный… Я не прекословлю, Николай Иваныч; где мне! Я вдова беззащитная: на вас одних надеюсь… А Ферапонт Ильич извести меня хочет… Что ж? Бог с ним! лишь бы деток малолетных не погубил. А уж я что!..

БАЛАГАЛАЕВ. Полноте, Анна Ильинишна, полноте! Вот я вам лучше представлю нового нашего помещика, Алупкина Антона Семеныча.

КАУРОВА. Очень рада-с, очень рада-с.

БАЛАГАЛАЕВ. Он, если вы позволите, также будет участником в нашем деле.

КАУРОВА. Согласна, Николай Иваныч, я на все согласна. По мне, хоть весь уезд, всю губернию созовите: у меня совесть чиста, Николай Иваныч. Они, я знаю, за меня заступятся. Они не дадут меня в обиду… А вы как в своем здоровье, Евгений Тихоныч?

СУСЛОВ. Хорошо. Что мне деется! Покорно благодарю.

МИРВОЛИН (целуя руку Кауровой). Как ваши детки, Анна Ильинишна?

КАУРОВА. Слава богу, пока еще живы. Ох, долго ли? Скоро, скоро они совсем осиротеют, бедняжки!

СУСЛОВ. Полноте! Зачем вы это говорите, Анна Ильинишна? Вы еще нас всех переживете, матушка!

КАУРОВА. Как зачем я это говорю, отец мой! Стало быть, есть причины, коли уж я не могу промолчать. То-то вот и есть! а еще, кажется, судья. Стану я говорить без доказательств!

СУСЛОВ. Ну какие же доказательства?

КАУРОВА. Извольте, извольте… Николай Иваныч, прикажите позвать моего кучера.

БАЛАГАЛАЕВ. Кого?

КАУРОВА. Кучера, моего кучера Карпушку. Его Карпушкой зовут.

БАЛАГАЛАЕВ. Для чего?

КАУРОВА. Да уж прикажите. Вот Евгений Тихоныч доказательств требует…

БАЛАГАЛАЕВ. Да позвольте, Анна Ильинишна…

КАУРОВА. Нет уж, сделайте одолжение.

БАЛАГАЛАЕВ. Ну, пожалуй. (Мирволину.) Сбегай, братец, пожалуйста, прикажи.

МИРВОЛИН. Сейчас. (Выходит.)

КАУРОВА. Вы мне все не хотите верить, Евгений Тихоныч. Уж это не в первый раз! Бог с вами!

АЛУПКИН. Однако позвольте: я все-таки не могу понять зачем вам угодно было позвать вашего кучера. Кажется, чему тут кучер?.. Не понимаю.

КАУРОВА. А вот увидите.

АЛУПКИН. Не понимаю.

Те же и Карп и Мирволин.

МИРВОЛИН. Вот-с кучер.