Завтра на несколько дней

– Полковник! – в потемневший от времени командный шатер серо-зеленого цвета просунулась голова капитана. – Пополнение!

Высокий и широкоплечий, наголо бритый мужчина кинул беглый взгляд на наручные часы с автоматическим взводом – пять минут шестого утра – и кивнул подчиненному. Охота им в такую рань… впрочем, точно по расписанию. На войне побеждают не силой, а правильной логистикой.

Полковник подошел к двум низким, казавшимся игрушечными из-за маленьких колес и низкой посадки, грузовикам. На влажную от росы землю спрыгивали новобранцы. Снаряжение не в пример лучше, отметил он про себя, такие сапоги многим сохранили бы жизнь прошлой осенью.

– Сми-и-рно! – растянул сержант. Мальчишки вытянулись по струнке, побросав на землю вещевые мешки и ружья. – Вторая особая, полковник!

– Вижу, сержант, слушай меня! – полковник повысил голос. – Кто уронил в грязь вещмешок и оружие: наряд вне очереди! Остальные, – он наигранно, с размахом, схватил себя за брюки в районе паха, – чтоб не звенели на бегу! Ясно?!

– Так точно! – за всех ответил сержант.

– Кому охота воевать? – полковник всмотрелся в лица ребят, но не увидел уверенности. – Вольно. Сержант, доложите о себе любому из капитанов. Они знают, куда вас разместить.

– Спасибо, полковник.

Полковник вышел на пустырь на границе лагеря. Задумчиво поковырял носком ботинка старые, мокрые листья. Противника не было видно, но он должен быть где-то там, среди наполовину разрушенных войной домов небольшого городка.

– Полковник, приказ из штаба, – отвлек его связной с огромным ранцем-панцирем на спине.

– Докладывай.

– Приказ атаковать через час.

– А точнее?

– В семь тридцать две, полковник.

– Передай капитанам. Пусть готовятся.

– Есть, полковник.

Линия фронта проходила здесь. В назначенное время они вышли к первым домам и рассредоточились в поиске укрытия.

– Связной! – позвал полковник.

– По данным разведки, противник не далее, чем в пятистах метрах впереди, полковник.

– Дай-ка сюда ухо, – связной передал ему телефонную трубку. – Личный код 51277, нужна артподдержка, координаты… Заряжайте, парни, надо их приободрить.

Через несколько минут далеко позади них, за лесом, начали взмывать в воздух реактивные снаряды. Они кучно падали впереди, поднимая в воздух куски земли и дерева, кирпич, камни и листья. Собрав вокруг себя капитанов, полковник молча показал, какому взводу с какой стороны заходить. Капитаны кивнули и вернулись на свои места. Наконец, грохот орудий прекратился.

– Пошли, – коротко скомандовал полковник.

Сейчас им придется нелегко. К такому в учебке не готовят.

Ракетный огонь, кроме прочего, вызвал пыль, плотной стеной преградившей им путь. Они брели на ощупь, то и дело натыкаясь на обезображенные тела, оторванные руки и ноги. Огонь артиллерии превратил их в кашу из крови и мяса, смешав с землей. Многих новобранцев стошнило. Кое-кто провалился в оставленные снарядами кратеры. Другие запаниковали: не целясь, они стреляли в вязкую желтоватую пелену перед собой.

Полковник боялся случайной пули. Он лег на живот и, опираясь на колени и локти, пополз вперед. Выстрелы позади становились все реже, пока совсем не стихли. Ползти нужно было долго. Вынырнув, наконец, из облака пыли, полковник оказался на безлюдной улице, совсем не тронутой войной.

Полковник прислонился к аккуратно окрашенной влажной стене. Обычный выходной, на улицах пусто. В будни ему иногда удавалось кого-нибудь увидеть. Почтальона или любителя бега.

– Полковник! – грязный новобранец прижался к стене рядом с ним, держа наготове автоматическое ружье. Его полоумный взгляд тщетно высматривал врага на тихой улице.

– Все хорошо, рядовой.

– Полковник, – новобранец понизил голос, – что нам делать?

Полковник невольно пожал плечами. Обычно новобранцы сюда не добираются. Если бы не усталость нескольких лет войны, он бы что-нибудь придумал, но сейчас его накрыло мягкой волной безразличия. Впрочем, ничего страшного пока не произошло.

– Рядовой, слушай новый приказ! – полковник повернул голову к новобранцу, но того уже не было рядом. Сгорбившись под тяжестью вещмешка и страха, солдат бежал на другую сторону улицы к ближайшему дому.

– Рядовой! Рядовой! – полковник догнал новобранца только перед самой дверью и силой развернул его лицом к себе.

– Почему так тихо? Почему здесь так тихо?! – рядовой перешел на громкий шепот, в выражении его глаз появилось нечто новое. Наверное, это был гнев. Полковнику было знакомо это чувство. Он вынул из кобуры пистолет, приставил дуло к животу мальчишки и выстрелил. Звук вышел приглушенный, но все же недостаточно тихий. Ноги мальчишки стали ватными, он медленно осел на землю и через несколько минут умер, жадно глотая холодный воздух.

Полковник посмотрел на часы – скоро начиналась та часть его обязанностей, которую он не любил больше всего. Но пока еще есть время. Время. Полковник нервно закурил и посмотрел на застекленную дверь дома. На него смотрела молодая женщина. Маленький ребенок тянул ее за штанину, но слов полковник не разобрал. Страх парализовал ее. Полковник перевернул новобранца на живот, подошел ближе к дому и нажал на кнопку звонка. После пятой ил шестой продолжительной трели она, наконец, открыла.

– Что вам нужно? – ее голос чуть заметно дрожал.

– Можно кофе? Я сам заварю, не беспокойтесь. Только покажите, где что лежит…

Она отвела сына в комнату, потом вернулась к нему.

– Снимите обувь.

– Конечно, – полковник стянул с ног грязные ботинки. Брюки и пальто тоже были очень грязными, но расставаться с ними не хотелось. Женщина провела его на кухню, потянулась за кофе на верхней полке шкафчика, поставила чайник на плиту.

– Я сама, – остановила она полковника, когда тот собрался ей помогать. – Значит, война докатилась и сюда…