Засекреченные трагедии советской истории

Историческая наука оперирует событиями и фактами, получившими отражение в документах или в свидетельствах очевидцев. Однако, тайны истории никогда не раскрываются полностью, и знакомство с ее неизвестными страницами приводит к утверждению новых взглядов на те или иные события прошлого.

В нашей стране история переписывалась не один раз и многие десятилетия исторические факты дозировались, подгонялись под те или иные идеологические догмы, а то и просто скрывались.

Особенно тщательно охранялась информация о преступлениях советской тоталитарной системы, поскольку такое знание могло угрожать самому ее существованию. Сказать правду, значит признать: советское государство уничтожило миллионы своих невиновных граждан.

Насилие в обществе было во все времена. Но в Советской России, а затем в СССР, насилие приобрело новое качество. Оно стало основным средством для решения социальных проблем. Вначале репрессии применялись большевиками только к вооруженным враждебным силам. Затем — к соратникам в ходе борьбы за политическую власть. А очень скоро воронье крыло террора накрыло всю страну, и за установление нового общественного порядка было заплачено миллионами человеческих жизней.

За короткий срок Россия пережила величайшие потрясения: гражданскую войну, коллективизацию, голод, Великую Отечественную войну и архипелаг ГУЛАГ, где многие десятилетия команду «расстрелять» произносили не задумываясь, безо всякой жалости и сострадания, не впадая в отчаяние от того, что на планете людей прерывалась еще одна уникальная жизнь.

В том, что произошло, виноваты не какие-то оккупанты, творившие беззакония на чужой для них территории, а мы сами. В разной степени эта вина ложится не только на руководство и активных исполнителей, но и на весь народ, принявший новый режим и помогавший его укреплению. Это — общая трагедия нашего недавнего прошлого.

Многое в истории этого периода до сих пор нуждается в уточнениях и корректировке. Важно не только открывать новые факты, но и не предавать забвению то, что уже известно. Только так можно будет извлечь уроки из прошлого.

В этом смысле книга, предлагаемая вниманию читателей, имеет особую ценность.

Игорь Кузнецов,

кандидат исторических наук,

доцент

До сих пор считается, что Кронштадт — лишь небольшой эпизод драматической истории Советской России. Советская власть события марта 1921 г. преподносила как «контрреволюционный заговор», как «антисоветский мятеж». В действительности — это высшая точка кризиса, постигшего страну в начале 1921 г., а кронштадтцы выступили против преступной политики компартии.

Ни одна страна мира на протяжении новой истории не подвергалась такому опустошению, как Россия в конце гражданской войны и интервенции. «История не знала еще такой грандиозной катастрофы», — сказал английский писатель Герберт Уэллс, одним из первых посетивший Россию после этих событий. За 7 лет войны население страны сократилось до неполных 137 миллионов человек. Среди них насчитывалось 4,5 миллиона инвалидов войны. Было уничтожено свыше четверти национального богатства. Города обезлюдели. Выпуск промышленной продукции составлял седьмую часть от довоенного уровня. Без движения стояли затопленные или разрушенные шахты Донбасса, нефтяные промыслы Кавказа. Большая часть промышленности была парализована.

Гражданская война, в основном, закончилась, но сказать, что она полностью завершилась, было еще нельзя. С окончанием главных военных операций обозначился провал планов милитаризации, намеченных в марте 1920 г. Этот год был отмечен глубоким кризисом: экономическим, социальным, политическим. Ленин охарактеризовал его как «самый большой внутренний политический кризис Советской России».

Экономический крах обозначился на рубеже 1920–1921 гг. Оказалось, что имевшиеся скудные средства распределены неверно. В первые недели нового года обнаружилась нехватка топлива. Пришлось закрыть многие предприятия. То же самое произошло и с транспортом, ухудшилась доставка хлеба.

Надежды на улучшение снабжения продовольствием возлагались на только что возвращенные хлебные районы: Сибирь, Северный Кавказ, Украину. Но железные дороги бездействовали, сообщение было ненадежным. Основная тяжесть легла на районы Центральной России. Между тем, эти губернии собрали в 1920 г. весьма скудный урожай, что и предопределило катастрофу, которая грянула годом позже. Планировалось собрать по разверстке 420 миллионов пудов зерна, а удалось собрать 284 миллиона, и то с большим трудом. Подвоз зерна резко сократился в январе 1921 г. В Москве и Петрограде были урезаны и без того мизерные нормы выдачи продуктов. В течение нескольких дней хлеба вообще не выдавали.

Положение в деревне становилось невыносимым: недоставало элементарных орудий труда, даже гвоздей, земля оставалась невозделанной. Урожаи снизились еще больше. К окончанию гражданской войны в стране производилось лишь 2 % довоенного количества чугуна, 3 % сахара, 5–6 % хлопчатобумажных тканей и т. д. Голод, холод, разруха и запустение охватили огромную страну. Жизнь для подавляющего большинства населения превратилась в непрерывную борьбу за выживание. Дело дошло до забастовок и массовых волнений в деревне. Продолжение политики «военного коммунизма» вело к разрыву союза между городом и деревней, а это фактически ставило под сомнение само существование пролетарской диктатуры.

Теперь, после окончания войны, недовольство реквизициями и малопроизводительным принудительным трудом выливалось открыто. На одном из съездов Советов крестьянский делегат говорил: «Крестьяне всегда будут работать. Сыновей своих не жалеем, и сами идем, и в Германии были, и на Урале были, и Колчака били, и Деникина били, и еще будем бить. Они бежали. Мы еще их будем гнать, если они придут, но все-таки хочется, чтобы нас не мучили… Труд должен быть свободным…».

Зимой кризис власти в деревне вновь приобрел тяжелые формы. Партизанская война и просто бандитизм охватили почти все губернии. В отряды приходили демобилизованные из Красной Армии и дезертиры, которые отправлялись домой пешком, так как транспорт не работал. В некоторых районах страны подобные явления носили массовый характер. На Украине еще действовали отряды Махно, перемежаясь с другими бандами. Обширные зоны партизанской войны образовались на Северном Кавказе и вдоль Волги, особенно в Саратовской губернии. Мятежи начались и в Западной Сибири.

Самый серьезный мятеж разразился в Тамбовской губернии. В конце мая 1920 г. войска Тамбовской губернии, значительно усиленные, завершили подготовку к нанесению решающих ударов. Общая их численность (со вспомогательными частями и обслуживающим персоналом) превышала 120 тысяч человек. А непосредственно против антоновцев должны были действовать 53 тысячи бойцов армии Тухачевского, которых своей огневой мощью поддерживало 9 артиллеристских бригад, 4 бронепоезда, 5 бронеотрядов и 2 авиаотряда.