Защитник
Шрифт:
Хорошо, что хоть действительно сильные ученики, входящие в ту же десятку или даже двадцатку лучших мечников, подобной чушью не занимались, считая ниже собственного достоинства даже просто замечать Айдена и других учеников без учителей. Да и времени у них на это попросту не было.
Выйдя из комнаты, Айден неожиданно наткнулся в коридоре на невысокого парня с растрёпанными волосами и странным отсутствующим взглядом. Сосед, собственной персоной.
Его хаори с отличительными знаками внутренних учеников была надета шиворот-навыворот, а сам странный парень просто ходил из стороны в сторону. На вид ему было лет шестнадцать, но, как Айден точно узнал, этот парень был даже чуть старше его самого. Просто в силу своего поведения и внешнего вида казался моложе.
И да, это был один из так называемых почётных внутренних учеников без учителя — такой же, как сам Айден, и по совместительству гений алхимии секты. А в будущем, если не помрёт от собственных экспериментов, наверняка великий магистр алхимии.
Пока же ему всё ещё было далеко до тех же лучших алхимиков той же секты гербологии, но потенциала там было очень много. Именно поэтому его и возвысили до внутреннего ученика, а так как нормальных алхимиков в отделении не было, а в главное отделение его по каким-то своим причинам брать не желали — парень болтался тут, занимаясь, по сути, самообучением.
При этом он имел неограниченный доступ ко всем складам реагентов и алхимии, при условии, что ничего не будет взорвано, а все результаты его деятельности должны быть переданы самой секте. Что самого гения более чем устраивало.
Звали этого юного алхимика-самоучку Кимун, что означало на местном диалекте «видящий суть». Довольно иронично для того, кто интересовался только алхимией и ничего больше просто не видел.
— Сосед, ты чего потерянный ходишь? — обратился к нему Айден, едва подавив смешок, так как только что этот видящий суть гений чуть не врезался в стену, забывшись. Даже восприятие бедняге не помогло. Слишком уж сильно он был погружён в собственные мысли.
— А? Что? — встрепенулся тот и завертел головой. — А! Айден, привет. Да вот, решаю одну непростую задачку по совмещению высшего женьшеня с эликсиром малого восстановления. В теории это должно усилить его, если добавить немного сиреневых колокольчиков и порошок из зубчатой крапивы. На практике же всё разрушается. Ну, или точнее, превращается в пыль. Ума не приложу, где ошибка. Уже неделю бьюсь с этим рецептом, а понимание как не было, так и нет.
— А может быть, это просто невозможно?
— Нет-нет-нет, все выкладки правильные, я несколько раз проверял. Всё должно работать. Вопрос только в количестве ингредиентов и процессе самого приготовления. Возможно, стоит кипятить воду до того, как забрасывать порошок…
Парень отключился, зависнув на несколько мгновений, словно позабыв, что рядом стоит Айден и разговаривает с ним. Его губы беззвучно шевелились, словно он говорил что-то сам себе.
— Ладно, Кимун, не буду тебя отвлекать от такого важного дела. Удачи в поисках.
— А? Да, спасибо, Айден. Давай, — не глядя на парня, ответил алхимик и продолжил ходить из стороны в сторону.
«Вот же чудак», — подумал Айден, ещё раз взглянув на Кимуна.
Но голова у него варила. И он был единственный, кто сходу ответил Айдену, что за цветок такой находился у него в трофейном кольце. А после чуть ли не на коленях умолял отдать этот самый цветок для его экспериментов.
После нескольких минут долгих и нудных расспросов, когда Айдену приходилось фильтровать целую тонну ненужной информации, ему удалось выяснить, для чего этот цветок нужен.
И тут же согласился отдать этот цветок бесплатно, но при условии, что получит половину от того результата, что выйдет у Кимуна. И надо было видеть радость и благоговение со стороны молодого алхимика. Такой признательности Айден не видел даже от Талии, когда он её вывел из посёлка и довёл до Оплота. Так, за пускай и дорогой, но всего лишь цветок, он получил расположение не самого слабого алхимика и потенциально был обладателем весьма неплохой, но специфической пилюли.
Цветок, носящий поэтическое название «кровавая роза», использовался много где, но Кимун решил сделать из него кровавую пилюлю предела.
Эта алхимическая отрава была способна усилить на короткое время мощь любого практика, поднимая количество его духовной энергии на порядок. Правда, ценой сильнейшего истощения после окончания действия снадобья.
Само приготовление пилюли предела, по словам Кимуна, было крайне непростым делом. Но он готов был гарантировать, что у него всё получится, ну а самого Айдена всё устраивало. При любом раскладе он в выигрыше. Даже если ничего не получится и пилюлю создать не выйдет, связь с Кимуном только укрепится, и, кто его знает, вдруг этот парень сможет в будущем создавать высшую алхимию? Крайне полезное и нужное знакомство.
Оставив задумчивого алхимика позади, Айден направился прочь, поспешив на выход из пагоды. Пора было наведаться в павильон снабженцев.
Глава 2
— Учитель! — прокричала Нариса, глядя, как из серого тумана, закрывающего обзор впереди, медленно выходит такая знакомая фигура.
— Я в порядке, не кричи, — ответил ей старик, появляясь рядом, вот только по внешнему виду так было сказать совершенно нельзя.
Один из сильнейших чёрных рангов Внутренних земель и влиятельный свободный мастер сейчас был с ног до головы покрыт кровью. Своей и чужой. И его взгляд… он пробирал до самой души, особенно его ученицу, которая знала старика лучше кого бы то ни было.
— Я понял, где находится выход, — как-то опасно мягко сказал ей старик и неожиданно криво улыбнулся. — Вот только придётся поторопиться, чтобы успеть им воспользоваться. Пойдём, ученица, не отставай.
— А что с другими…? — неуверенно спросила девушка, оглядываясь по сторонам.
Безжизненная пустынная местность, накрытая плотным туманом, не давала нормально осмотреться, а то, что этот туман был создан, по сути, из чистой духовной силы, не позволяла воспользоваться восприятием. Оно просто тут не работало.