Чтение онлайн

«Ко времени ленча вы проголодаетесь», — гласила находившаяся в корзине записка.

— У-у, — проворковала Анджела, заглядывая в корзину. — Какой милый!

Я смеялась, оплачивая счет.

— Должно быть, вчера вечером ты произвела большое впечатление. Машина, а теперь все это, — заметила я с некоторой долей зависти.

Заводя машину, я с облегчением услышала, насколько лучше звучит старый мотор даже на мой непрофессиональный слух. Я медленно вела машину по Барселоне, избегая самых загруженных улиц, но все-таки потребовался почти час, чтобы проехать предместья и выбраться за город. Перед нами открылись земли Каталонии. «Ситроен» горячо принялся за работу, и вскоре мы с удовольствием ехали по тряской дороге мимо живописных виноградников, пастбищ и ферм.

Нас окружала зеленая и плодородная местность. Сквозь холмы и деревья мелькнула синяя полоска моря. Меня удивило, насколько сытыми и процветающими выглядели жители маленьких рыбацких деревушек.

Дорога вилась между холмов, бежала мимо людей, работавших в лесах.

— Что это они делают? — с изумлением спросила Анджела.

— Сдирают пробку, — объяснила я. — Каталонская пробка самого высокого качества.

Анджела утратила интерес и потянулась на заднее сиденье за своим дорогим портативным радиоприемником, который купила в Милане. Зазвучала популярная испанская музыка, и Анджела выключила приемник.

— Неужели они никогда не поют здесь по-английски? — с раздражением бросила она. — Мне хотелось бы услышать приятный мужской голос, поющий по-английски. Голос, как у Десмонда. Правда, у него красивый голос, Лиза?

Я кивнула.

— Смогу я поймать английскую станцию? — спросила она, крутя ручку. — Может, на коротких волнах?

— Когда вокруг эти горы? Сомневаюсь, — сказала я, ощущая в душе то же самое: мне тоже хотелось услышать мужской голос, говорящий на английском языке. — Постой-ка. «Гибралтар» — британская станция. Ты можешь поймать «Гибралтар».

— О?! — воскликнула Анджела.

— Просто крути, пока не услышишь английскую речь, — предложила я.

— Может, они передают и музыку? Знаешь, как на Би-би-си…

— Поворачивай до тех пор, пока не заговорят! — сказала я.

Анджела настраивала приемник, наполняя салон внезапными взрывами музыки, перемежавшимися писком, помехами, отдельными фрагментами испанской речи и песен.

Впереди показались белые стены города, и из дорожного указателя я узнала, что это Ситхес. Он походил на туристский город с протянувшимися кругом пляжами. Средиземное море в это утро было спокойным и поразительно кобальтово-синим.

Скорость транспорта уменьшилась, и «Скорбящей Долорес», как Анджела прозвала «ситроен», стало легче не отставать от других машин. Вдоль дороги выстроились магазины. Я остановилась у перекрестка и вздрогнула, когда характерный английский голос прокричал мне в ухо: «Сегодня утром премьер-министр Вильсон объявил, что…»

— Поймала! — взвизгнула Анджела. — Дорогая, не правда ли его голос потрясающе звучит? Совсем как у Десмонда.

— Убавь звук! — воскликнула я, совершенно оглушенная. — Не весь город Ситхес желает слушать английские новости.

Анджела уменьшала звук до тех пор, пока он не превратился в слабое потрескивание.

— Видишь, что ты наделала! — с трагическим видом воскликнула она.

— Ты найдешь ее снова, — улыбнулась я. И она действительно нашла. «…Гибралтарская полиция, по сообщению из Барселоны, наблюдает за границей в поисках человека, разыскиваемого для допроса по поводу убийства испанки в Барселоне. Известная танцовщица Изабелла Дамас была найдена заколотой в фешенебельной квартире в Барселоне во вторник утром».

Анджела содрогнулась:

— Убийца на свободе в Барселоне. Как я рада, что в понедельник ночью была в Пальме.

— Нужно быть ужасно невезучей, чтобы тебя выбрали среди миллиона людей, — заметила я. — И даже если бы он нашел наш номер в отеле, у тебя все еще оставалось пятьдесят на пятьдесят шансов. Я же была с тобой. Помнишь?

— Ш-ш-ш!

«…Человек, которого хочет допросить полиция, — муж покойной. Она недавно покинула его и переехала на квартиру, где была убита…»

Анджела была взволнована.

— Она ему изменяла, — со знанием дела сказала она. — Готова держать пари.

«Полиция разыскивает этого человека, полагая, что он может помочь следствию. Полиция также разыскивает другого человека, владельца апартаментов, где была убита женщина. Его не видели с тех пор, как во вторник утром было найдено тело».

— Кто кому изменял? — с невинным видом спросила я Анджелу.

— Тише, — прошипела она. «…Родственники выражают беспокойство за жизнь этого человека. После убийства развернулась самая большая за последние годы в Испании охота на человека. Полиция и гражданская гвардия по всей стране подняты по тревоге, проводится наблюдение за всеми гаванями, аэропортами и пропускными пунктами на границе. Сегодня утром в Париже французский президент генерал де Голль заявил, что Франция намерена провести ядерные испытания в мае следующего года, в…»

Раздался щелчок — Анджела выключила приемник.

— Все очевидно, не правда ли? — сказала она. — Это то, что французы называют преступлением из ревности.

— Новая бомба де Голля?

— Право, Лиза! Убийства.

— Ты хочешь сказать — убийство?

— Нет, именно во множественном числе. Он пришел в квартиру и застал их вместе. Сначала убил мужчину, потом — женщину.

— А что он сделал с телом мужчины? Расчленил его?

Теории Анджелы всегда меня восхищали.

— Наверное, его ждала машина, и он положил туда тело мужчины, а затем кто-то спугнул его, и ему пришлось уехать.

— Так что теперь он оказался привязанным к нему и едет по Барселоне с телом в багажнике?

— Или, может быть… — с готовностью подхватила Анджела, но ее голубые глаза расширились от ужаса.

— Ух! — перебила я. — Забудь об этом. А то меня будут преследовать кошмары.

Солнце пригревало. Сельская местность стала более открытой, фермерские дома встречались реже. Однажды мимо нас проехал поезд, и Анджела весело помахала рукой. Вскоре мы проголодались, и аппетит еще больше разыгрался при мысли о неожиданном подарке Десмонда к ленчу. Я направила «Долорес» с дороги в рощу, где рядом с тихой железнодорожной станцией росли потрепанные ветром деревья. Последние несколько километров пути она издавала протестующие булькающие звуки, а из-под капота стал струиться пар.