Чтение онлайн

– Как дела?
– спросил Свен.

– Нормально, - ответил Рт'крыс.
– Если, конечно, не считать истории с Форбсом.

Он пользовался карманным звукоусилителем, поскольку голосовые связки у венериан отсутствуют. Первые модели таких усилителей резали слух и отдавали металлическим звоном; однако с тех пор их усовершенствовали, и ныне типичные "голоса" венериан звучат как мягкий вкрадчивый шепот.

– О Форбсе-то я и зашел посоветоваться, - признался капитан.
– Ты ведь не землянин. Если на то пошло, даже не гуманоид. Я и подумал: вдруг тебя осенит свежая идея. Вдруг я что-нибудь упустил.

Помолчав, Рт'крыс посерел: это был цвет нерешительности.

– Боюсь, от меня вам маловато будет пользы, капитан Свен. У нас на Венере никогда не бывало расовых проблем. Разве что вы усматриваете некую аналогию с положением саларды...

– Не совсем, - перебил Свен.
– Там скорее религиозный уклон.

– К сожалению, больше ничего в голову не приходит. А вы не пробовали образумить Форбса?

– Нет, но ведь все остальные пробовали.

– У вас должно лучше получиться, капитан. Вы - носитель символа власти, вам удастся вытеснить из Форбсова сознания отцовский символ. А заполучив такое преимущество, внушите Форбсу, какова истинная подоплека его эмоциональной реакции.

– У расовой вражды не бывает никакой подоплеки.

– Это с точки зрения формальной логики. А вот если оперировать общечеловеческими понятиями, то удастся отыскать и саму подоплеку, и решение проблемы. Постарайтесь выяснить, чего именно боится Форбс. Быть может, поставленный лицом к лицу с собственными побудительными мотивами, он опомнится.

– Учту твои советы, - с сарказмом, который не дошел до венерианина, поблагодарил Свен.

Прозвучал условный звонок внутреннего коммутатора:

старший помощник вызывал капитана.

– Капитан! Диспетчер запрашивает, стартуем ли мы по расписанию.

– Стартуем, - сказал Свен.
– Готовить корабль.

И положил трубку.

Рт'крыс залился пунцовым окрасим. У венериан это все равно что у землян - приподнятые брови.

– И так и так скверно, черт бы побрал все на свете! проговорил Свен.
– Спасибо, что дал хоть какой-то совет. Теперь примусь за Форбса.

– А кстати, - остановил капитана Рт'крыс, - он-то к какой расе принадлежит?

– Кто именно?

– Новенький, тот, с кем не желает служить Форбс.

– Я почем знаю?
– неожиданно взорвался Свен. По-твоему, мне на мостике только и дел, что зазубривать расовую принадлежность новеньких?

– А ведь это может иметь решающее значение.

– С какой стати? Допустим, Форбсу не угодно служить с монголом или с пакистанцем, ньюйоркцем или марсианином. Велика ли разница, на какой именно расе зациклился больной, незрелый мозг?

– Всего наилучшего, капитан Свен, - пожелал Рт'крыс вдогонку.

Представ на мостике перед капитаном, Джеймс Форбс откозырял, хотя на корабле у Свена подобные формальности не соблюдались. Радист вытянулся по стойке "смирно". Это был высокий стройный юноша с взъерошенной шевелюрой и фарфорово-белой, усыпанной веснушками кожей. Все черты его лица свидетельствовали о податливости, уступчивости, обходительности. Решительно все... кроме глаз темно-синих, глядящих в упор на собеседника.

Свен растерялся, не зная, с чего начать. Но первым заговорил Форбс.

– Сэр, - сказал он.
– С вашего позволения, мне здорово неудобно перед вами. Вы хороший капитан, сэр, лучше не бывает, да и с командой я сдружился. Теперь я себя чувствую как последний негодяй.

– Так, может, одумаешься?
– В голосе Свена послышались слабые нотки надежды.

– Хотел бы я одуматься, сэр, право же, хотел. Да мне для вас головы не жаль, капитан, вообще ничего на свете не жаль.

– Ни к чему мне твоя голова. Мне надо только, чтобы ты сработался с новичком.

– А вот это как раз не в моих силах, - грустно произнес Форбс.

– Это еще почему, пропади все пропадом?
– взревел капитан, напрочь позабыв о своем намерении проявить себя тонким психологом.

– Да вам просто не понять нашу душу, душу ребят вроде меня, выходцев из Горной Джорджии, - пояснил Форбс.
– Так уж мне блаженной памяти папочка заповедал. Бедняга в гробу перевернется, если я нарушу его последнюю волю.

Свен проглотил рвущуюся на язык многоэтажную брань и сказал:

– Тебе ведь самому ясно, в какое положение ты меня ставишь. Что же ты теперь предлагаешь?

– Только одно, сэр. Мы с Ангкой вместе спишемся с корабля. Лучше уж нехватка рук, капитан, чем недружная команда, сэр.

– Как, и Ангка туда же? Постой! Он-то против кого настроен?

– Ни против кого, сэр. Просто мы с ним закадычные друзья, вот уж пять лет скоро, как повстречались на грузовике "Стелла". Теперь мы с ним неразлучны: куда один, туда и другой.

На пульте управления у Свена вспыхнул красный огонек знак того, что корабль готов к старту. Свен не обратил на это никакого внимания.

– Не могу же я остаться без вас обоих, - сказал Свен. Форбс, ты почему отказываешься служить с новичком?

– По расовым мотивам, сэр, - коротко ответил Форбс.

– Слушай меня внимательно. Ты служил под моим началом, а ведь я - швед. Разве тебя это не смущало?

– Нисколько, сэр.

– Судовой врач у нас - палестинец. Штурман и вовсе с Венеры. Механик - китаец. В команде собраны русские, меланезийцы, ньюйоркцы, африканцы - всякой твари по паре. Все расы, вероисповедания и цвета кожи. С ними-то ты уживался?