За проходной
Шрифт:
И как бывает горек, груб и крут
Ваш умственный, тяжелый и суровый
Суровее физического - труд?
Что чувствуют они, поэты эти,
Когда приходит ваш великий час?
Они галдят и прыгают в газете,
А я, читая, думаю о вас:
Вы, пахари, идущие за плугом
По каторжной научной полосе,
Немыслимые друг без друга,
Вы, безымянные. Никто - и все.
Никто не смеялся. Напротив. Все как-то обидно молчали. Потом было краткое обсуждение.
– Высокопарно, - сказал один.
– Неточно, - сказал другой.
– Нет, товарищи, мне все-таки кажется, что в этом что-то есть.
– Твое замечание, Зинка, не несет информации. Если вещь существует, то в ней всегда что-нибудь есть.
Зазвонил телефон. Подошел Критик. Это говорил Чиф.
– Рад вас приветствовать, - сказал Чиф.
– Как и полагается молодежи, вы празднуете. Это естественно. Это человечно. Кстати, вы никогда не задумывались о том, что праздники существуют только у людей? Когда-нибудь, соперничая с Энгельсом, я напишу труд: "Роль праздника в процессе очеловечивания обезьяны". Однако чем выше развит человек, тем меньше он связывает праздники с определенными днями. Он начинает видеть праздники в буднях.
– А как кот?
– глухо спросил Вовка.
– Какой кот? Ах, да, вы о выставке. Благодарю. Получил серебряную медаль. Должен был получить золотую, но - интриги! Итак, приветствую вас. Не забудьте - завтра у нас будни. Поздравляю с буднями!
1961