Чтение онлайн

Я не очень верил тогда, что эти ревностные защитники родной природы победят в той борьбе, но их поклонение чистой среде обитания помнил всегда.

Чистая вода — чистая рыба! Это все из той же области борьбы за сохранение здоровья общества. Это все то же ответственное чувство благополучной среды обитания. Может быть, я, обращаясь к требованию именно такой среды обитания для каждого человека, живущего на земле, тоже немного похожу на защитников природы из Скандинавии, но что делать, если развилось во мне со временем это чистое чувство. И другой раз не надо мне точных научных данных, не надо запретов санитарной инспекции: встретив тот или иной водоем, знакомишься понемногу с водой, с берегами, с людьми, обитающими возле этого водоема, узнаешь, что вокруг этого водоема, какие ветры господствуют здесь в какое время, что они могут принести с собой, и очень скоро начинаешь более-менее точно чувствовать, как живет эта вода, чем больна она, чего именно не хватает ей для полного счастья. Ну, а если эта вода чиста, если еще не испорчена, не оскорблена людьми, то, значит, чиста, пригодна в пищу и живущая здесь рыба.

Вот почему и пролегли однажды мои рыболовные пути-дороги только на Север, где испорчены еще не все водоемы, где есть еще чистые озера и речки, не принявшие пока в свои воды никакой особенной грязи. А в другие, хорошо известные мне ранее места, меня уже и не тянет, хотя кое-кто из знакомых и предлагает мне постоянно: «Поедем на Ахтубу! Ну, подумаешь — не слишком чистая там рыба. Ну, не вари из нее уху, лови и отпускай, как делает это весь цивилизованный мир…» Я, конечно, сочувствую цивилизованному миру, который, видимо, вынужден удовлетворять свою гипертрофированную охотничью страсть именно таким образом на берегах испорченных им же водоемов, но я-то принадлежу другой цивилизации, другому миру и у нас обычно принято ловить рыбу не только для того, чтобы провоцировать выбросы дополнительного адреналина, — у нас без рыбацкого костра и рыбацкой ухи не может быть никакой рыбной ловли.