За горизонт
Шрифт:
– Тогда, быть может, по маленькой?
– Бухло и дурь убивают мозг. Нравится – травись, а я на тот свет не тороплюсь.
– Остальным бы твою принципиальность… Ну да ладно. Зачем пришел?
– Насчет штурма… – посетитель остановился возле столика, и из-под края скатерти показался каблук начищенного до блеска сапога. – Опять подрывники с зарядом переборщили. А кому ворота чинить? Снова первой смене?! Нехорошо как-то получается. Вроде одно дело делаем… – в голосе незнакомца проявились угрожающие нотки.
– Да ладно тебе! Пара дней до конца вахты! Новая бригада заступит, и отдохнут твои орлы. – Шустов на миг прервался, чтобы шумно, со смаком, отхлебнуть кофе из стакана. – Ты лучше скажи, откуда убитые появились? Я лично перед боем штурмгруппу проверял. Стреляли исключительно холостыми, ручаюсь.
– С моими тоже все чисто… Не первый раз клоунаду устраиваем. А трупы – дело рук тех залетных, на тягаче. Бугор у них слишком борзый. Бьюсь об заклад, это он со снайперкой на крыше сидел. Чуть все дело не испортил, сука… – обладатель кирзовых сапог смачно сплюнул на дорогой ковер. – Потолковать бы мне с ним… по душам… Устроишь?
– Остынь. На этих бродяг у Полковника особые планы. Да и погорел уже один хлопчик из их команды. Мало тебе? – в голосе Шустова появились стальные нотки. – Знаешь же, что Полковник не одобряет излишнюю жестокость. Как говорится, это не наш метод…
– Да класть я хотел и на Полковника, и на методы ваши!.. Легко рассуждать, просиживая штаны в уютной норе! На поверхность его, крысу штабную, силком не затащишь! Да и на мое место как-то пока никто не рвется. А раз уж нет желающих, то позвольте мне самому решать, как и какими методами выполнять всю грязную работу!
Сапог с силой врезался в кофейный столик, от чего посуда, зазвенев, посыпалась на пол. Глеб едва не вывалился наружу, чудом удержавшись на полочке. Сердце выпрыгивало из груди, а дыхание перехватило от пронзившей мозг догадки.
Невольно подслушанный диалог расставил все по местам. Картина творившейся в Белорецке неразберихи наконец-то сложилась в простую и эффективную схему.
«Не было и нет никакого тайного сговора! «Степные псы» и есть военные, только в маскарадном обличье! Следует немедленно предупредить отца! Но как?»
Глеб навострил уши, пытаясь вновь уловить нить беседы.
– … и тогда сможешь высказать свои претензии непосредственно Полковнику, а пока вахта не закончилась, изволь заниматься непосредственными обязанностями!
Коммуникатор на столе пронзительно заверещал, вынуждая Шустова прервать разъяснительную беседу со своенравным подчиненным.
– Слушаю… Да… Что говорит?… Пропал? Что за бред?! Они же под замком сидели!
Скрипнуло кресло, жалобно звякнул о столешницу стакан.
– Значит так… Без меня ничего не предпринимать! Слышали? Я уже иду! Все! Отбой!
– Я же говорил, что с залетными этими одни проблемы! – прокомментировал посетитель. – Мочить их надо было, а теперь возни не оберешься…
– Разберемся! – Шустов энергично зашагал к выходу. – Если у тебя все, то не смею задерживать.
Громыхнула дверь, и комната погрузилась в тишину. Как хотелось сейчас Глебу выскочить вслед за военными и поскорее очутиться среди своих! Но обычно спешка ни к чему хорошему не приводит…
Выждав для верности еще с минуту, мальчик выскользнул из укрытия и сквозь полумрак опустевшего кабинета прокрался к двери. На удачу, та оказалась не заперта!
В коридоре с простенькими стеновыми панелями, предназначенными, по всей видимости, создавать у обитателей ощущение уюта, не оказалось ни души. Скорее всего, в секторе квартировались местные чинуши, а жизнь бурлила где-то на других этажах огромного муравейника, что малолетнему лазутчику, несомненно, было только на руку.
Стараясь двигаться бесшумно, Глеб потрусил вдоль ряда аккуратных, обитых пластиком дверей. Плавный изгиб коридора вывел его прямиком к лифту, в короткий, скудно освещенный тамбур. В квадратном застекленном окошке над дверными створками мерцала зеленым светом цифра «-9».
«Номер этажа» – догадался Глеб, однако тут же вспомнил, что слуга, катая тележку, на протяжении всего маршрута оставался на одном и том же уровне, а значит, и апартаменты, предоставленные экипажу, следовало искать здесь же!
Стоило мальчику развернуться в направлении коридора, как впереди громыхнула дверь. Следом донеслось гулкое эхо приближавшихся шагов. В панике Глеб заметался по тамбуру, отчаянно пытаясь найти хоть какую-нибудь лазейку, но лифт, похоже, оставался единственным путем отступления.
Застучав по кнопке вызова, паренек все вслушивался в ровную поступь незнакомца и, когда двери наконец-то разъехались в стороны, пулей влетел внутрь кабины. Наугад ткнув одну из кнопок, вжался в холодную стенку, затих, считая секунды. Наконец створки поползли на место – мучительно медленно, как казалось Глебу. Какие-то мгновения отделяли его от мнимой безопасности, но вот в быстро сужавшейся щели показался носок сапога, заклинивая створки. Автоматика тотчас отреагировала, услужливо распахивая двери, и в кабину шагнул рослый бородач в защитного цвета штанах и серо-зеленой, в тон, куртке.
«Все-таки надо было выждать подольше и не высовываться!» – запоздало подумал Глеб, постаравшись придать себе невозмутимый вид.
Уставившись на мальчугана сверху вниз, военный нахмурился и строго спросил:
– Ты как здесь оказался? Жилые уровни выше. Заплутал, что ли?
Паренек кивнул, старательно отводя взгляд.
– Ты откуда? С седьмого? Шестого? – Обветренная кисть бородача зависла возле панели управления.
– С седьмого, – пискнул Глеб, натянуто улыбнувшись.
Ткнув нужную кнопку, незнакомец заложил руки за спину и застыл изваянием. Плавно стронувшись с места, лифт двинулся вверх.