Ямайский флибустьер
Шрифт:
— Все-таки жаль, что ты оказался испанцем.
— А я жалею лишь о том, что не смог отомстить всем, кто заслуживает мести. — Беррео обжог Бразильца ледяным взглядом, от которого поежился бы даже эскимос. — Однако пути Господни неисповедимы. Может, наши пути еще пересекутся.
Энрике обнял Глорию за плечи, но, мучимый сомнениями, решился задать своему спасителю еще один вопрос:
— Что же теперь будет с тобой?
Боулз неопределенно пожал плечами.
— Не забивай себе голову ненужным балластом. Мои проблемы — это мои проблемы. Я решу их сам.
Энрике кивнул. Он знал, что этот человек слеплен из теста крутого замеса и, как бы не сложились жизненные обстоятельства, сумеет постоять за себя.
— Спасибо за помощь, Джон. Мы с Глорией всегда будем помнить о тебе. А теперь — прощай!
Испанец протянул Боулзу руку.
— Прощай, — голос Железнобокого, обычно твердый, на этот раз слегка дрогнул. — Прощайте и вы, сударыня.
Глория слегка наклонила голову.
Когда темные силуэты дона Энрике и его супруги начали растворяться в ночном мраке, Рок Бразилец, хранивший угрюмое молчание, вдруг хищно осклабился и бросил им вслед:
— До встречи…