Ядерные ангелы
Шрифт:
Познакомились мы в заброшенной вавилонской подземке. Хельга была предводительницей банды «червей» – изгоев, каннибалов и мародеров. Заур, тогда еще мечтавший угробить меня, враз покорил ее нежное сердце. Она оставила банду и отправилась с ним в Киев, как жена декабриста – в Сибирь. Умилительно, ёлы, сейчас расплачусь. Любовь морковью, но какого вообще фикуса он притащил ее на пресс-конференцию?! Типа вывел подругу в свет? Да она ж не знает элементарных правил поведения в приличном обществе! Ну кто – кто?! – повышает голос, когда Президент толкает речь об уране и бомбах?! И особенно – когда собравшиеся в зале вместе с гарантом перевели дух и стало тише, чем в зарытом гробу.
Возглас Хельги, приветливо машущей мне рукой, – она даже вскочила с кресла, хорошо хоть с ногами на него не взобралась – услышали все. Взгляды, как точки от лазерных прицелов, зафиксировались на ней, затем переметнулись на меня. Сотня вооруженных палачей увидела того, чьи данные замарали собой базу данных на самых опасных преступников страны, а то и мира.
Заглушив треск фотоаппаратов, щелкнули предохранители.
Увы, мои оранжевый пиджачок, лиловые брючки и галстук со стрижкой не обманули законников. Неужели я напрасно выскреб лицо бритвой и чуть ли не умылся одеколоном?
– Я тебя не знаю. – Рыбачка, по инерции выплывший из кильватера, шагнул обратно мне за спину.
Надо же, гламурное кисо испугалось за свою леопардовую шкурку!
Ничего, сам справлюсь.
Ощерившись, точно пес, под нос которому сунули кость, сосед Заура – мужчина лет сорока, зализанные назад волосы, носище-картошка – схватил меня за плечо.
Напрасно. Максимка Краевой не терпит панибратства. В тыльную часть его ладони, между сухожилиями и венками, я воткнул бамбуковую зубочистку. Он тотчас убрал руку и отшатнулся. Но-но, не так быстро! У меня иные планы на его счет – хочу познакомиться поближе. Схватив носатого за талию, я прижал его к себе. В глазах Заура мелькнуло удивление пополам с испугом – совсем Край рехнулся! Неспроста приоделся в яркое – сменил ориентацию?!
А вот и не угадал, дружище.
У законника, с которым я собрался станцевать танго, не было «микро-узи», зато он мог поделиться «ингрэмом». Ах, он против? Я хорошенько саданул лбом ему в шнобель, который так и просил, чтобы по нему врезали.
– Всем лечь!!! – взмахнув трофейным стволом над головой, рявкнул я.
Никто даже не пошевелился, чтобы выполнить мое ЦУ.
Я что, так неубедительно выгляжу? Или у меня дефекты речи? Ах ну да, прическа, прикид…
– Край, не дури! Брось оружие! – Заур решил вступить со мной в переговоры.
– Убедил, дружище, – кивнул я ему.
И жахнул из игрушки, сделанной в Атланте, – только гильзы посыпались.
По Президенту жахнул.
К нему как раз подбежали палачи, штук десять серых костюмов. Вовремя вспомнили, что они тут охраняют VIP-персону, а не в потолок плюют. Доля секунды – и тела законников прикрыли бы собой толстого борова, лишив меня удовольствия узнать цвет его крови.
Я не мог им этого позволить.
Тумбу разнесло в щепы, побило микрофоны на ней, досталось и двухцветному флагу, но кое-что я точно всадил в гаранта. Как и сколько я подарил ему пуль, считайте сами, под пивко просматривая запись покушения в замедленном режиме. Мой подвиг засняли бесстрашные папарацци. Ослепленный фотовспышками, я увидел, как из дыр в пиджаке Президента плещет самая обычная кровь… Неужели Максимка Краевой ошибся?!
Из-за меня погиб – или вот-вот скончается – невинный человек?
Не то чтобы я сильно убивался. Одной загубленной душой больше, другой меньше – без разницы, в аду мне бронь уже не снять. Но все-таки…
К счастью – к сожалению? – алые брызги были лишь обманом зрения. Пули поразили цель, но ни миллилитра жидкости, хоть бы даже томатного сока, из гаранта не выплеснулось. Оболоченные куски стали будто угодили в упругое мясное желе, и оно, чуть отпружинив, поглотило их.
Три подбородка вздрогнули. Президент слегка пошатнулся, но выстоял. Дай боже каждому так хорошо себя чувствовать с десятком инородных тел в жизненно важных органах.
Я крутанул головой по сторонам. Мол, видели, да?! Сообразили уже, что из гаранта такой же гуманоид, как из меня – крейсер «Аврора»?!
М-да, такое впечатление, что в зале, забитом людьми, зрячий лишь я один.
Заур наградил меня таким взглядом, что стало понятно: тут не одобряют мой поступок. Затем его кулак врезался мне в челюсть. В глазах вспыхнул фейерверк, ослепив меня вновь. Заложник вырвался из ласковых объятий. Куда ты, дорогой?! Вернись, меня же убьют без тебя! Еще удар, на этот раз по корпусу – ребра, небось, треснули – то ли прикладом вломили, то ли носком ботинка. Из легких пробкой из бутылки шампанского вышибло воздух. Колени подогнулись, я выронил «ингрэм», не жалко – магазин все равно уже пуст.
Голову заполнил звон, кто-то кричал, меня пару раз толкнули, опять ударили. Где-то вдалеке, так мне казалось, выла сирена – сигнал тревоги. Ох, по-мужски крепко ударил Заур, сотрясение наверное… А с виду – суповой набор, соплей перешибешь…
В чувство меня привел щелчок наручников. Запястьям стало тесно. Понятно, что предварительно мне завели руки за спину. Честь упаковать Максимку Краевого досталась Зауру, что он с ловкостью и проделал, пока его коллеги тыкали в меня пламегасителями автоматов и штурмовых винтовок.
Все еще жив я был лишь благодаря прессе.
Слишком много тут собралось журналистов с телекамерами. Это бомжа-воришку можно втихую узаконить в переулке, но не того, кто покушался на Президента.
В голове переключился невидимый тумблер, отвечающий за громкость, – меня оглушил рев сирены. Теперь из встроенных в стены динамиков раздавались вовсе не речи гаранта.
– Один есть. – Справившись со мной, Заур присел у впечатанного мордой в пол Рыбачки. Хоть напарник и не проявил себя в деле, ему тоже не сдобровать. Портрет главаря «Ангелов Зоны» и список его добрых дел без труда отыщется в базе палачей.
– Заурчик, ради святых моторов, что ты… – начал было Гордей, и тут же, охнув, замолчал.
Для лучшей фиксации в пространстве – чтобы не ерзал – лысый очкарик надавил ему коленом между лопаток. Это массаж такой, мануальная терапия. Затем палач споро – одной рукой! – надел на Рыбачку крутейшие «браслеты» из черного пластика или керамики. Такие для любовных игрищ в секс-шопе не купишь, по каталогу не закажешь.
Челюсть болела и не слушалась, но я, выплюнув пару зубов, – лишние были, все равно к дантисту собирался – сумел-таки из себя выдавить: