Я не сдаюсь... (Исход)
Шрифт:
– Что?!
Солдат не верил своим глазам – совсем пацан, у которого даже усы не пробились, а уже с погонами! Он что, совсем ума лишился?! Сейчас выдерут и отправят домой, откуда сбежал… Но юноша почему-то не выглядел самозванцем. Уж больно привычно на нём сидел армейский мундир и, конечно, меч… ОФИЦЕРСКИЙ МЕЧ. За такое в Империи казнили сразу без суда и следствия, в смысле – подделку либо воровство.
– Пароль!
– Астарта.
– Альгамбра. Проходите, офицер…
Солдат стал в приветственную стойку. Уж пароль-то самозванец знать точно не мог. Значит – действительно офицер. Тем более что по тренировочному лагерю ходили всякие слухи, что скоро им дадут нового командира, закончившего военную Академию на самом Россе… Но что этим командиром окажется безусый юнец…
– Где находится командир?
– Майор Джексон располагается на пятой линии, строение 4С.
– Спасибо, рядовой…
И прошагал, вскинув голову, мимо грибка в указанную сторону…
Эллиот Джексон, бывший офицер британских морских пехотинцев, с недоумением рассматривал стоящего перед ним пятнадцатилетнего мальчишку в форме. Да, его предупредили. Но ТАКОГО старый солдат просто не ожидал. Они что там, в штабах, совсем с ума посходили? Даже детей в армию забривают! Впрочем… Всмотрелся в бумаги вновь и чуть не охнул – пацан-то ДЕВЯТЬ ЛЕТ учился в Академии Гайир-эр-Суйи?! Самом лучшем и знаменитом военном заведении Росса? Так КТО же тогда стоит перед ним, поблёскивая холодными глазами? Почему-то майору стало вдруг зябко, и он передёрнул плечами, возвращая бумаги.
– Сейчас в канцелярию, это соседний дом. Там получите все бумаги и сопровождающий отведёт вас в ваш дом. Оставите вещи – получите положенное по штату снаряжение и оружие на складе. Вопросы?
– Кем я буду командовать?
– Я даю вам третью роту своего батальона. Правда, там большинство новичков, но я думаю, что вы сделаете из них солдат?
– Если это будет возможно – то да.
– А если невозможно? – захотел подначить мальчишку майор.
Но тот в ответ пожал плечами:
– Значит, они умрут…
Джексона даже передёрнуло – настолько спокойно и безразлично юнец-лейтенант произнёс эти страшные слова…
Глава 28
Он прошёлся вдоль выстроенной в шеренгу роты. Своей роты. Разные лица. Спокойные, встревоженные. Совсем юные, безусые, и уже тронутые первыми морщинами. Ветераны и новички. Впрочем, салаг – большинство. Как ни жаль. Олег бы предпочёл, чтобы как раз последней категории военнослужащих было бы больше, чем первых. Но выбирать не приходится. Служить нужно с тем, что дают. Хорошо, что хоть сразу роту, а не взвод… Впрочем, если уж говорить, то он бы и с полком бы спокойно справился, точнее – с легионом, как по новому штату положено…
– Рота, равняйсь! Смирно! Вольно! Оружие – к осмотру!
Залязгали затворы, штатные «нокки» десятой модификации развёрнуты правой стороной к проводящему осмотр, как положено по Уставу. Это хорошо. Значит, что-то эти горе-вояки знают… Он опять прошёл вдоль строя, время от времени бросая:
– Снять нагар… Заменить компенсатор, слишком оплавлен… Испаритель в мастерскую…
Слишком много ему пришлось иметь дело с личным оружием пехотинца, чтобы с первого взгляда не определить состояние оружия. У второго слева в стволе срез настолько оплавлен, что плазма уже тормозится на выходе. Этот, пятнадцатый в первом взводе, или полный кретин, или слишком хитрый. Последнее скорее всего. Уж больно рожа у него этакая… Пройдошистая… Поставил уже расстрелянную до последней стадии испарительную камеру в бластер, думает, что мальчишка не заметит, ха… Мальчишка… У него за плечами почти десять лет учёбы. Причём такой, какая этим штатским, по недоразумению напялившим на себя военную форму, и не снилась. Вы, ребята и девчата, бегали в полном боевом по тридцать километров в песках и джунглях? Да ещё с выключенным климатизатором?
…Он улыбнулся про себя. Ну, начинается веселье… Вышел на середину, заложил руки за спину.
– Оружие… На пле-чо! Смирно! Обращаюсь ко всем присутствующим и прошу запомнить раз и навсегда. Кто хочет жить – пусть запомнит: воюют все. И от каждого из вас зависит жизнь не только ваша, но и тех, кто стоит плечом к плечу рядом с вами. И для того, чтобы вы научились сражаться и выжили, я и поставлен над вами. Вольно! Разойдись!
В этот миг на весь строй раздался чей-то голос:
– Пацан…
– СМИРНО!!! Отставить «разойдись»!
Качнувшийся было строй вновь замер.
– Кто сказал?
Тишина…
– Кто сказал, я спрашиваю?!
Опять полное молчание.
– Значит, трусим? Ну-ну… Командиры взводов – ко мне! Остальным – вольно.
Он смерил всех четырёх сержантов презрительным взглядом.
– Значит, так, господа унтер-офицеры… Сейчас каждый взвод получает в оружейке полный комплект боеприпасов, всё положенное по штату снаряжение и вооружение. Затем – выдвигаемся на стрельбище. Проверим огневую подготовку. Последний взвод бежит кросс двадцать пять километров в полном боевом. Вопросы?
– А как насчёт транспорта? Командир даст?
Олег сделал удивлённое лицо:
– Какой такой транспорт? Вы – планетарно-десантные силы Терры, следовательно, ПЕХОТА! А у пехоты основной транспорт – НОГИ! Всё – на себе. На всё – двадцать минут. Время пошло!
Повернулся, чтобы идти к себе, бросил за спину:
– Да, унтер-офицер Громыхало, скажите тому хитромудрому, чтобы поставил в свой «нокк» РАБОЧИЙ испаритель. Иначе будет швырять по мишеням собственным дерьмом…
…Ровно через двадцать минут на плацу вновь выстроилась рота. В полном боевом снаряжении, в тяжёлых защитных комбинезонах с нагрудниками, наплечниками и бронеботфортах. За спинами каждого громоздился набитый пайком и боеприпасами ранец. Взвод тяжёлого оружия украшали длинные стволы станковых лучемётов. Олег, так же полностью снаряжённый, как и они, вновь прошёлся вдоль строя, отметив пару свежих фонарей под глазами. Один – у слишком умного. Второй – у крупной девицы с громадной сумкой подносчика боеприпасов. Всё стало ясно…