Шрифт:
Сашенька живёт в старинном доме на Невском. У неё фиалковые печальные в пол лица глаза и тонкие пепельные волосы, стянутые сзади в косу. Маленькие игрушечные ножки в шнурованных ботинках и крошечные пальчики. С розовыми овальными ноготками с белыми лунками. Которые она прижимает к горячим керамическим изразцам печи, чтобы хоть капельку согреться. Живёт в этом доме давно, одна. По инерции, бездумно она спускается по витой лестнице, держась рукой в рыжей замшевой перчатке за деревянные перила. Ступеньки истёртые, и не такие овальные уже по краям как раньше. Окна в пролётах венецианского фасона. Со множеством стеклянных рам, выкрашенных охрой. Затуманенные, и солнце тусклое, питерское еле проглядывает. Она как сомнамбула спускается вниз, цепляясь низкими каблучками за ступеньки. И путаясь ногами в подоле длинного платья и нижних юбках с оборками, идёт в лавку. Чтобы тайком купить бутылку дешёвого красного вина. Потом сидит, разглядывает на просвет гранатового цвета напиток. Крутит в руках маленькую рюмочку. Невысоким конусом. И пьёт крошечными глотками вино, от которого утром голова свежая. Совершенно не болит. Ничего не болит, потому что вино. Только крутить гранёную рюмочку в тонких пальцах, и ни одного мужчины.
Ни одного. Ни абортов, ничего не пылает, не зудит после его ухода. Не остаётся на подушке вмятина от его головы, и не висит в воздухе запах табака. На столе не осталась от него чашка с насыщенным крепким чаем на донышке. Не рассыпались табачными золотыми крошками сухари из витой плетёной деревянной сухарницы на крахмальную скатерть. Колом по углам. Не горит лицо от щетины, от лёгкой небритости. Ни-чего! Сегодня, когда шла по улице, сзади увязался солдат в длинной шинели. Долго цокал, не приближаясь, сапогами по булыжнику, не отставал. Пока не привела его домой. Поднялся за ней на три пролёта лестницы, терпеливо ждал, пока она возилась с ключом. И молча просочился за ней в тёмную прихожую.
Письмо:
– Милая, милая, чудесная! Не знаю, как Вас зовут. Меня сегодня расстреляют. Я больше не увижу Вас. Всё случилось так быстро, неимоверно быстро. Я даже не успел ничего Вам сказать. Что я люблю Вас. Люблю, и мы непременно увидимся. Увидимся там, на небесах. Вы пока живите. Обязательно живите. А я буду там Вас ждать. Я буду Вас ждать!