Я буду любить тебя...
Шрифт:
Офицеры и канониры захохотали, но мастер Эдвард Шарплес продолжал гнуть свое: страх перед испанцами сделал его очень храбрым со всеми остальными.
— Они сотрут нас с лица земли! — стенал он. — Не оставят в Америке ни одного англичанина! Их кулеврины разнесут этот форт в щепки, они разорвут нас в клочья своими гранатами, скосят картечью! — Тут его голос сорвался на визг, и он весь затрясся, как в приступе лихорадки. — Да что вы все, спятили?! Ведь на нас идет Испания, богатейшая, могущественная Испания, которой подвластен весь Новый Свет!
— А сражается с нею Англия! — крикнул я. — Да устыдись же ты наконец и придержи язык!
— Если мы сейчас же сдадимся, они нас отпустят, — проскулил он. — Мы сможем сесть в лодки и добраться до Бермудских островов. Они нас отпустят, отпустят!
— Прямиком на галеры, — пробормотал Уэст.
Шарплес решил попробовать другое средство:
— Подумайте о женщинах и детях!
— Как раз о них мы и думаем, — сурово ответил нив сердцах добавил: — Замолчи же наконец!
Губернатор, человек храбрый и честный, встал со своей пороховой бочки.
— Ваши рассуждения не имеют отношения к делу, мистер Шарплес, — сказал он. — По-моему, всем ясно, в чем состоит наш долг, а сильны мы или слабы, значении не имеет. Здесь позиция, которую нам надлежит оборонять, и мы либо удержим ее, либо умрем. Да, нас мало, но мы — Англия в Америке, и мы отсюда не уйдем. Здесь пятое королевство нашего короля [42] , и мы отстоим его. Так что положимся на Бога и будем драться до конца.
42
Первые четыре королевства — это Англия, Уэльс, Шотландия и Ирландия.
— Аминь, — сказал я.
— Аминь, — хором повторили члены Совета, депутаты Палаты и вооруженные поселенцы, сгрудившиеся вокруг.
Тут в толпе послышались взволнованные возгласы, и наблюдатель, стоявший на большой кулеврине, закричал: «Вижу парус!» Мы все как один посмотрели в сторону устья и действительно увидели плывущий к нам корабль. Налетевший с моря сильный ветер дул ему в корму, и расстояние между нами быстро сокращалось. Однако пока можно было различить лишь одно: что корабль действительно очень велик и что на нем подняты все паруса.
Толпа, стоявшая снаружи, хлынула в ворота палисада. Не прошло и десяти минут, как женщины встали в линию, готовые заряжать и подавать мушкеты, дети укрылись от обстрела, мужчины построились, канониры заняли свои места у орудий, а на флагштоке взвился английский флаг. Я сам поднял его и продолжал стоять рядом, когда ко мне подошли мастер Спэрроу и моя жена.
— Все женщины вон там, — сказал я ей. — Идите лучше к ним.
— Я предпочитаю остаться здесь, — ответила она. — Я не боюсь. — Ее голова была гордо поднята, щеки раскраснелись. — Мой отец сражался с Великой Армадой [43] . Добудьте для меня шпагу у того человека, что их раздает.
43
Великая Армада — огромный флот, посланный испанским королем Филлипом II в 1588 г. для завоевания Англии и погибший от бури и столкновения с английским флотом.
Наблюдатель, стоявший на кулеврине, крикнул:
— Корабль огромный, все пятьсот тонн, а то и больше! О господи, сколько у них пушек! А верхняя палуба срезана!
— Тогда это наверняка испанцы! — воскликнул губернатор.
Внезапно толпа иностранцев, кабальных слуг и ссыльных преступников взорвалась громкими выкриками, и, вглядевшись, мы различили в ее гуще Шарплеса: он взгромоздился на бочку и что-то говорил, бурно жестикулируя.
— «Тигр», «Любимая» и «Счастливое возвращение» выходят им навстречу! — доложил наблюдатель.
Англичане встретили эту весть приветственными криками, а разноперый сброд, собравшийся вокруг Шарплеса, — воплями и стенаниями. От дикого страха адвокат утратил остатки стыда.
— Много ли пушек на этих суденышках? — визжал он. — По паре жалких фальконетов и по горстке мушкетов, и с этим они смеют атаковать огромный военный корабль! Да он их раздавит и не заметит! Пустит ко дну одним выстрелом! В «Тигре» всего сорок тонн, а в «Любимой» — шестьдесят… Вы все безумцы! Вы тронулись рассудком!
— Иногда количество побивается качеством, — заметил Уэст.
— Ты что, никогда не слышал о «Согласном»? — крикнул с равелина один из канониров.
— Или о «Королевском купце»? — подхватил другой.
— Или о «Мщении»? — прогремел голос мастера Джереми Спэрроу. — Коли тебе невмоготу здесь оставаться, трус, пойди повесься или доберись вплавь до испанцев и смени свои мокрые штаны и камзол на санбенито [44] . Нам ли бояться этих чванливых донов? Пусть являются, пусть стреляют, пусть высаживаются — здесь, в Виргинии, мы проучим их так же, как проучили в сражении под Кале!
44
Санбенито — особая одежда, надеваемая по приговору инквизиции на осужденных на аутодафе. На нераскаявшихся грешников надевалось санбенито черного цвета с дьяволами и языками пламени, на раскаявшихся — желтого с красным.
— И с этим кораблем мы сделаем то же самое! Потопим или захватим и пошлем сражаться против таких же испанских галеонов [45] и галеасов [46] .
45
Галеон — большое трехмачтовое судно. В XV–XVII вв. эти суда служили для перевозки товаров и драгоценных металлов из испанских и португальских колоний в Европу.
46
Галеас — военный корабль, состоявший на вооружении многих стран Европы XVI–XVII вв. Усовершенствованная большая галера, оснащенная парусами.
Голос мастера Спэрроу был так мощен, а вид так величествен, что взоры всех присутствующих обратились к нему. Поверх своего некогда черного, а ныне изрядно порыжевшего камзола он натянул кирасу, еще более рыжую от ржавчины, на его густых волосах сверкала каска, которая была ему на несколько размеров мала, на поясе висел древний палаш, а в руке он сжимал пику. Внезапно выражение веселой бесшабашности исчезло с его лица и сменилось другим, более подобающим его сану.