Я б ему... дала
Шрифт:
Его взгляд резко стал серьезным, и второй раз за вечер мое сердце устроило себе пит-стоп.
Глава 11. Не такая. Не такой
Дамир.
Пожалуй, я ни за что не признаюсь Марату, но его идея с невестой из местных все же была хороша. Да, Левданский и так продал бы усадьбу. После двух дней экскурсий и рассказов сомнений не осталось. Но стойкий главбух эскорт-агентства нравилась с каждым часом все сильнее.
Прямо сейчас, перепуганная и храбрящаяся, она так и притягивала к себе. Сжать сладкий задик, пересадить на колени, расстегнуть тонкую блузку и послушать, как моя дорогая невеста будет возражать против небольшой согревающей процедуры.
Хотя... про небольшую ложь. За отдых в глуши я нагулял уже такой аппетит, что всех жильцов усадьбы лучше было эвакуировать еще до первого поцелуя. Для их же психического здоровья!
Чем накормить вредную бухгалтершу, у меня имелось – белка скопилось предостаточно. А самому же сейчас требовалось лишь одно.
К сожалению, холодный погреб с грязными бочками для того самого не годились. Романтика романтикой, а стесанные о камни лопатки или отмороженная попа энтузиазма не вызывали.
Пьяная женщина из этических соображений не годилась тоже.
Потому я пил. Один. Кстати, неплохое каберне. А моя драгоценная Дарья Юрьевна грелась от собственной ярости, наблюдая, как мне с каждой минутой становится все теплее и радостнее.
– Отличная дегустация получилась, – хмыкнув как ежик, она поправила волосы и продолжила отстукивать пальцами по крышке бочки знакомый мотивчик. Вроде бы похоронный марш.
– И компания замечательная. Хоть каждый день здесь запирайся.
– Нет-нет! Без меня, пожалуйста.
– Без тебя, моя дорогая, это будет грустная попойка. А так, прекрасное вино, – я отсалютовал чашкой. – Красивая женщина. И никаких посторонних.
– Да уж, прекрасное.
– Верь на слово! Все равно тебе не дам.
– Еще скажи, что угостить даму вином религия не позволяет, – Даша надула свои пухлые губы.
– Что-то не припомню такой религии, где поощрялось бы спаивание женщин.
– А как насчет спасения? Здесь, между прочим, холодно. – Для пущей убедительности моя строптивая невеста обхватила себя за плечи.
– Чтобы согреться, вино не подойдет. Это скорее успокоительное, чем согревающее. Градус не тот.
– Если ты намекаешь на секс, то я по-прежнему против!
Я щедро плеснул в чашку добавки.
– Боюсь, на секс здесь намекаешь только ты. Я в такой антисанитарии даже не предложил бы.
Вино приятно потекло по пищеводу, и желание плюнуть на принципы стало в разы острее.
– Какое благородство! Князь чистюля! Повезло же мне. – Судя по поведению, эта нахалка даже не представляла, по какому тонкому льду ходит. Прожигала меня насквозь своими глазищами. На сантиметр придвинуться боялась. А хорохорилась, вызов бросала, будто совсем без страха.
И руки, и кое-что другое так и требовали ее проучить. Хотя бы разочек для острастки. Но я держался. Подливал вино. Накатывал. Прислушивался к тишине сверху и снова подливал.
Даша не сдавалась тоже. Где-то за полчаса она изучила взглядом каждый камень кладки, пересчитала бутылки и даже пару раз спустилась со своего стула.
Выглядело это как спецоперация. Опускалась на пол она медленно. Будто в колодец со змеями. Став на обе ноги, долгое время не двигалась. Лишь потом разрешала себе немного размяться.
Воительница моя отважная! Сладкая, красивая и дикая, как кобылка необъезженная.
Можно было, конечно, прекратить пантомиму – сознаться, что никакой живности здесь нет. Что не питаются крысы вином, да и в таком холоде им делать нечего.
Но эти ее движения... Лучшее шоу в наших условиях и представить было сложно, потому я молчал.
Наблюдал за гибкими плавными спусками.
Как последний мазохист воображал, что она опускается на меня.
И вновь пил.
Мелкими глотками. Уже не смакуя и понимая, что после таких фантазий не берет ни хрена.
К началу второй бутылки терпение моей драгоценной невесты стало трещать по швам. Не склонную к молчанию женскую натуру разрывало на части, а пальцы отстукивали уже не похоронный марш, а что-то другое, гораздо более живенькое. Вроде бы марш.
– Я больше не могу здесь находиться. У меня клаустрофобия скоро начнется, – прорвало ее внезапно.
– Ты же профессионал. Можешь поиграть в инвентаризацию. Или во что-нибудь другое. Во что там у вас, в бухгалтерии, играют?
Словно предложил утопиться в первой же бутылке вина, Даша выгнула левую бровь и сжала губы в нитку.
– А больше никаких игр ты не знаешь?
– Я бы предложил ролевые, но роль девушки из эскорта ты исполнять отказываешься, – послал ей свою самую добрую улыбку.
– Кроме секса у тебя на уме вообще что-нибудь бывает?
– С тобой? Честно ответить?
Она спорхнула со стула и обошла меня с бочкой по кругу.
– Нет! Не надо!
– Так и думал. Правда, что-то мне подсказывает, ты фантазируешь о сексе гораздо больше.
Будто уперлась в стену, Даша остановилась.
– Про эго и самооценку я тебе уже говорила. Шкалит!
– А еще каждую ночь ты так жмешься ко мне, что матрас можно испачкать.
– Ты врешь! – моя фурия резко крутанулась вокруг оси и обалдело уставилась глаза в глаза.
– А как стонешь! – даже врать не пришлось. – Не хочешь рассказать, что снится?
– Это пьяный бред. Ничего такого нет на самом деле.
– После сна трусы выкручивать не пробовала?
– Ты... – Даша в два шага приблизилась ко мне. – Ты!.. – Щеки раскраснелись, тонкая блузка натянулась на груди.