Чтение онлайн

– Что?
– спросил Гордей.

– Соленая, как будто минеральная и воняет сероводородом.

– Ну, это не диво, бурят здесь скважины под минералку. Метров с трехсот уже идет минеральная вода.

– Почему горячая?

– Без понятия.

– Гордей, смотри тут, - Александр показал ему волнующуюся в испарениях, идущих из разлома, картинку природы.
– И тут, - он перевел его взгляд туда, где картинка была обычной.
– А теперь на небо.

Пока они шли к разлому, облаков стало гораздо больше. И чем ближе к нему, тем становилось жарче. Метров за пятнадцать Александр почувствовал от подымающегося горячего газа жуткий жар. Вся растительность повяла, а та, что росла непосредственно на краю, уже была черной, как обгоревшей.

– Трындец, барин, земля до ада лопнула. Сейчас черти полезут.

– Гордей, ты прям вжился в роль. Что думаешь, насчет этого?

– Без понятия.

– А я думаю, что все хреновее, чем я предполагал.

– Это почему?

– Ну, потому что я вижу, то, что вижу. Из земли поднимается раскаленный пар, а единственной причиной, по которой он поднимается, это близкое нахождение магмы.

– Магмы? Это что, как в вулкане? Да, не, Серегич, при всем моем уважении к Вашему авторитету, позвольте не согласиться. Сказки это.

– Тогда, что нагрело эту воду?

– Ну, не знаю, она там всегда такая была. Просто, треснула земля, как ржавый бак с водой в бане и поперло наверх.

– Да уж, твоя теория все объясняет.

Земля под ногами завибрировала сильнее. Газ, идущий из разлома, загудел, будто ему добавили давления. На мужчин накатила волна жара.

– Уходим, не нравится мне эта активность, - Александр развернулся и побежал.

Гордей не стал раздумывать. На него накатил суеверный страх, что из разлома на самом деле выбегут черти и утащат его, за то, что он так часто прелюбодействовал на рабочем месте. Гудение пара перешло в свист миллиона закипающих чайников. В разные стороны полетели куски земли, и вдруг раздался взрыв. Матовая взрывная волна, разошедшаяся от эпицентра, бросила на землю Александра и Гордея. Нестерпимый жар обдал их тела. Гордей закричал и сорвал с шеи раскалившуюся цепь.

Над местом взрыва, на высоте в несколько сот метров, сформировался белый паровой гриб, похожий на ядерный. Теперь сомнений в том, что причиной формирующихся облаков был горячий пар из разлома, не было даже у Гордея.

– Херакнуло!
– он потер красный след на шее, оставшийся от цепочки.
– Не отошли, сейчас бы сварились, как два пельменя.

Александру стало смешно, когда он представил себя пельменем. Навстречу им, вниз по холму, бежал парень из персонала.

– Живые там?
– крикнул он издалека.

Александр поднялся. По телу ручьями сходил пот.

– Обошлось!
– Александр помахал руками.
– Вставай Гордей, коллеги переживают, что мы сварились.

– Ну, меня так просто не сваришь, я же банщик, привычный к жаре. Черт, куда я свою цепь запулил, она же триста рублей стоила?
– Гордей закружился на месте.

– Не парься, кузнец тебе новую сделает.

– Я чё, корова, у кузнеца цепь заказывать. Ах, ты, вот она, зараза, - он не стал надевать ее на шею, намотал на запястье.

Шум поднимающегося пара из разлома ослаб. Ветер сдул облака в сторону от эпицентра взрыва.

– Теперь возле Зарянки будет настоящая достопримечательность, долина гейзеров, - Александр окинул взглядом поле разломов.
– А к бане проведем трубу, и ты будешь мыть клиентов гейзерной водой, а?

– Ну, вы, барин, мастак придумывать выгоду на ровном месте, в смысле, Сергеич.

Они поднялись в городище. Народ немного оклемался и раскладывал бревна полуразвалившегося терема по номерам, чтобы удобнее было собирать здание заново. Гости, боясь новых толчков, сидели в беседке, на вещах. Некоторые наблюдали за тем, как курятся паром свежие разломы.

– Интересно, а сколько баллов было по шкале Рихтера?

– Там максималка, по-моему, девять.

– Да у нас тут точно максималка, - мужчина, который не нравился Александру, еще не ушел.
– А что, другого места не было? Обязательно было строить свой аттракцион в таком сейсмоопасном месте?

– Последнее землетрясение здесь было еще при динозаврах, извините, что не поинтересовался у них, - Александр подошел к беседке. Народ выставился на него.
– Знаете, то, что произошло сегодня, вряд ли можно назвать простым землетрясением. Я никогда не слышал о таком, чтобы земля поднималась вверх, как на море. Смотрите, какие разломы, какой они глубины, что оттуда сифонит раскаленный пар, воняющий сероводородом. О чем это говорит?

Народ молчал, ожидая его гипотезы.

– То, что произошло сегодня не просто землетрясение, это что-то из ряда вон.

– И правда, я когда увидела, как лес поднялся, не поверила своим глазам. Решила, что это мы проваливаемся, - поделилась одна из женщин.

– Нечего страх нагонять. Просто в такой дыре никому на ум не приходило узнать, что происходит под землей. А тут назревало, видать, уже давно, - не унимался неприятный тип.

– Конечно, ваше невежество позволяет вам обвинять в случившемся кого угодно, кроме природного феномена, - Александр развернулся и пошел к коллективу, занятому работой.

– Чего расселась, пошли пешком, - неприятный мужик, в который раз собрался уходить.

Александр записал его к тому типу людей, которые всю жизнь шантажируют других тем, что уйдут, но никогда не уходят.

Мужчины растаскивали бревна, доски и резные оклады, спорили, что и куда складывать. Чтобы потом не запутаться. Аглая ушла проверять запасы продуктов, остальная часть женского коллектива отправилась за околицу, чтобы собрать разбежавшийся скот. Успокаивающиеся животные понемногу пришли в себя и стали собираться возле городища.

Александр, несмотря на то, что творилось у него на душе, помогал растаскивать бревна, чувствуя свое единение с другими, как будто они занимались одним достойным делом, а не просто спасали его имущество. Он видел, как коллективу интересно восстанавливать терем. У него даже возникла мысль, что Зарянка настолько же его детище, насколько и тех, кто участвовал в ее создании. Каждый вкладывал в нее то, что у него имелось. Александр мечту и деньги, а люди - душу.

Туристы, устав ждать транспорт, потихоньку пустились в путь. Налегке дорога не должна была показаться им трудной. Они обходили свежие трещины дальней дорогой. Облака, формирующиеся на небе, темнели, предполагая, что скоро начнут проливаться дождем. Воздух наливался душной влагой.