Чтение онлайн

Виллему пролила на пол вино. Но никто, слава Богу, этого не заметил. Она замерла. Готова была бежать со всех ног, когда прозвучал ответ хозяина.

– Такой молодой? Виллему… Нет, такого мальчишки мы не встречали.

Почти не веря, она облегченно вздохнула. Спасена, благодаря своему необычному имени!

Она знала, что именем Виллему нарекали как девочек, так и мальчиков. Так же, как именами Зигфрид, Брюнхильд, Кай, а за границей Эвелин и Мария. Наверняка много существует и других подобных имен.

Во всяком случае, она сердечно благодарна этому имени. Сейчас она его любила.

Никто не установит связи между служанкой Мерете и дикой убийцей Виллему.

Дома, в уезде Гростенсхольм, Калеб пришел в Липовую аллею к старому Бранду и тяжело сел на стул. За последние месяцы он заметно постарел.

– Ничего? – спросил сочувственно Бранд.

– Ничего. Словно провалилась сквозь землю. Нет, это не хорошее выражение, я не имел это в виду.

– Ты сообщил Габриэлле?

– Нет еще. Не хватает смелости. Все надеюсь, что Виллему появится. Она моя единственная дочь, дядя Бранд. Мое единственное дитя!

– Она обещала вернуться к весне, – осторожно напомнил Бранд. – Верь в это!

– Я не могу ждать, сидеть, сложа руки, в то время как моя маленькая девочка… Почему нет от нее вестей? Почему? Спасибо Богу за Никласа и Доминика! Они, не прекращая, ведут поиск. И Ирмелин тоже, но в ближайшей окрестности.

– Хорошо, что Доминик остался. Прекрасный мальчик, внук Тарье.

– Да. Безумно жаль, что она не знает главного! Прокурор освободил Виллему от ответственности за убийство, ибо она совершила его, защищаясь.

– Дело двигается к восстанию, тебе это известно?

– Да, – ответил Калеб и устало провел рукой по лбу. – Стражники фогда стали такими нервными, что стреляют по всему, что двигается. И в этом, кажется, замешана Виллему! Этого я не понимаю. Как она могла?

– Думаю, поэтому она и скрывается, – задумчиво произнес Бранд. – Они вынудили ее к этому. Так как она объявлена в розыск за убийство, и потому, что знает слишком много о повстанческом движении. Как ты думаешь?

– Может быть. Скорее всего так и есть.

– Нельзя забывать и то, что в Виллему течет кровь Суль. Скажем, она сильно влюбилась.

– Неужели она может влюбиться в этого ужасного Эльдара из Черного леса? – воскликнул Калеб.

– Многое говорило об этом уже тогда, когда она работала на строительстве конюшни. На это мы обращали внимание и потом, но было уже слишком поздно. А мужчина он представительный, самоуверенный, с этим ты должен согласиться. Именно такой тип, какой может понравиться романтичной, избегающей реальной жизни Виллему. Она же еще ребенок. Видимо, не слышала о его дурной славе.

– Если только он тронет мою дочь, удушу его собственными руками.

– Едва ли он настолько глуп, – сказал Бранд. – Это может обойтись ему слишком дорого.

Калеб посидел некоторое время молча. Затем поднялся и подошел к окну. Взгляд его был направлен на голую липовую аллею, но он ничего не видел.

– Что вам, дядя Бранд, известно о восстании?

Старик вздохнул.

– Не очень много. Только то, что в народе идет брожение, но оно было всегда, от случая к случаю в различных районах. Не приобретая настоящей мощи. А сейчас дело посерьезнее. Не только фогды ведут себя очень жестоко, но и часть губернаторов. Правда, наместник Гюльделеве человек хороший. И то, что восстание еще не вспыхнуло, – его заслуга.

– Да, – согласился Калеб. – Народ уважает его. Но ненавидит фогдов. Он хочет видеть Норвегию независимой.

– А ты этого не хочешь?

– Все мы хотим, но не путем насилия.

– Именно так. Мы должны добиваться свободы с помощью переговоров. – Бранд задумался на мгновение и затем продолжал: – Создается впечатление, что у них ничего не получится.

– Что говорит Доминик об этом? Он же швед, посторонний.

– Он редко здесь бывает. Все время в поездках, ищет следы Виллему. Но когда был здесь в последний раз, он упоминал о восстании…

– Ну и?

– Он слышал, что повстанцы намерены нанести удар по одному поместью в Ромерике.

– Это же где-то далеко. Но почему?

– Точно он не знает, но они упоминали одного из губернаторов.

– Губернатор там не живет.

– Нет. Но у него там друзья.

– Как называется поместье?

– Он не знает. И все это слухи. Во всяком случае, разговоры о восстании взволновали его. В связи с Виллему.

– Мы все волнуемся, – воскликнул Калеб. – Если бы она была дома, я воспринимал бы все это довольно спокойно. А сейчас кажется, что она может находиться в центре этой дьявольской каши.

– Нам ничего не известно, – произнес Бранд, успокаивая его. – Может, она вовсе и не замешана в этом?

– О, да. То, что Эльдар из Черного леса участвует в движении, нам сейчас хорошо известно. И как бы мне ни противна была эта мысль, я думаю, что Виллему там, где находится этот бессовестный негодяй.

– Господь, будь милостив к ней, – тихо сказал Бранд.

Виллему, смертельно уставшая после очередного приема гостей, свалилась на кровать.

Однако среди ночи она проснулась. И поняла, почему. Снова она услышала приглушенные крики о помощи.

Она подошла к отверстию в стене, уверенная, что крики идут из подвала.

Но она ошиблась. Стояла лунная ночь, и в свете луны она увидела, что унылая процессия двигалась далеко в поле.

Но крики о помощи шли не оттуда. Даже не из подвала старого сарая. Они раздавались с другой стороны, из другого дома, которого она не могла видеть с этой стороны здания.

Виллему видела, что ночь уже кончается, но рассвет еще был далеко. Процессия двигалась по пути от двора.