Чтение онлайн

Переехав в Москву, Чубайс довольно долго жил в гостинице. Очевидно, он чувствовал себя не вполне уверенно на посту министра. От других чиновников его отличало умение быстро разрабатывать проекты необходимых для эффективной приватизации документов, бьющая через край энергия, целеустремленность и поистине комсомольский оптимизм. Но с появлением слов «ваучер» и «приватизация» даже оставшиеся в Петербурге друзья перестали называть Чубайса «рыжим» – как писал еще Марк Твен, носители власти рыжими не бывают.

Довольно быстро выяснилось, что Анатолий Чубайс обладает всеми необходимыми для успешного менеджера самого высокого ранга навыками. Прежде всего он талантливо входил в доверие ко всем, кто стоял выше него на иерархической лестнице. И сохранял лояльность. И ставил на нужную фигуру.

Но дело, конечно, не только в аппаратном чутье Чубайса. Первый шаг любого руководителя, претендующего на долгожительство, – формирование своей команды. Собрать в правительственном органе таких людей, которые дали бы основания для разговоров о появлении чиновника нового типа – молодого профессионала, не запуганного партийно-государственной машиной подавления, – можно только одним способом. Высокой зарплатой. Чубайсу удалось сделать это: 6 октября 1992 года появилось скромное распоряжение главы Госкомимущества под названием «Об участии консультационных фирм и индивидуальных консультантов в проведении работ по приватизации государственных и муниципальных предприятий». Именно оно открыло дорогу в ГКИ западным консультантам по приватизации. Без таких каналов дополнительного финансирования феномен команды Чубайса как достаточно монолитного сообщества молодых вестернизированных профессионалов, вероятно, так никогда бы и не появился на свет.

Конечно, деньги в «системе Чубайса» не являются всем. Фактору личной преданности Чубайс всегда уделял огромное значение. Причем не терпел полутонов. В этом отношении Чубайс-чиновник является максималистом: либо с нами – либо против нас. Именно перед таким выбором он поставил в начале 1992 года одного из своих ленинградских друзей, усомнившегося в верности проводившейся тогда правительством Егора Гайдара экономической политики.

А стоило в январе 1996 года в момент отставки Чубайса с поста первого вице-премьера лидеру думской фракции НДР Сергею Беляеву осторожно солидаризироваться со словами президента о том, что десять процентов голосов его движения потеряно именно из-за личности Чубайса, как Чубайс навсегда поставил на нем крест, выведя за рамки своей команды.

Другими качествами Чубайса-руководителя считаются традиционные для любого начальства профессионализм, уверенность в себе (противники, правда, называют это нахальством или наглостью), умение быстро ориентироваться, работоспособность – его рабочий день начинается в 8–9 утра и заканчивается в 11–12 ночи (весьма характерная черта бюрократа советской школы).

Первым серьезным документом, принятым с подачи Чубайса, стало утвержденное в феврале 1992 года правительственное постановление «О порядке введения в действие системы приватизационных чеков в Российской Федерации». Постановление вступало в противоречие с законом о приватизации, принятым летом предыдущего года, который недвусмысленно говорил о приватизационных счетах в Сбербанке, а не о чеках (ваучерах).

С этого документа очертилась позиция Чубайса по отношению к российским законам: если закон плох, устарел или реакционен, то его необходимо обойти. Вместо слепого следования догме необходимо принимать нужные нормативные акты и только затем добиваться отмены устаревших.

Несмотря на противодействие Верховного совета, была утверждена и с 1 декабря начала успешно реализовываться собственно программа чековой приватизации.

На все попытки специалистов ВС добиться законодательного блокирования ваучерной приватизации Чубайс неизменно находил контрмеры. Каждый раз, когда Верховный совет начинал рассматривать соответствующий проект закона или постановления, ГКИ отвечало обычно параллельной законодательной инициативой прямо противоположного содержания (через дружественных депутатов-либералов). Парламент вяз в процедурных формальностях, а Госкомимущество тем временем энергично продолжало акционировать предприятия и проводить чековые аукционы.

Квалифицированный персонал и обширные базы данных позволяли Госкомимуществу буквально в считаные часы готовить законопроекты, не говоря уже о президентских указах и постановлениях правительства. Последние были необходимы на тот случай, если Верховному совету все же удавалось принять какой-нибудь документ, направленный против чековой приватизации.

31 июня 1994 года – день окончания ваучерной приватизации – принято считать днем экономического триумфа тогдашнего председателя Госкомимущества. Отчасти это верно – продленная на полгода бесплатная приватизация благополучно завершилась, и на праздничном банкете для сотрудников «министерства приватизации» много и долго говорили о следующем, денежном, этапе денационализации. Этот триумф одновременно стал началом падения Госкомимущества, которое во многом исчерпало себя.

Именно тогда Анатолий Чубайс, до той поры воспринимавшийся скорее как профессионал-технократ, приступил к овладению искусством серьезных аппаратных игр. Чубайс начал все чаще сознательно играть роль одного из элементов сложной и динамичной системы сдержек и противовесов, которую формируют каждый на своем уровне президент и премьер.

Все изменилось после «черного вторника». Чубайс понял суть текущего момента и продемонстрировал Виктору Черномырдину, что готов играть по строго командным правилам. Приревновавший Шохин подал в отставку, и с этого момента начался стремительный взлет отца российской приватизации.

7 ноября 1994 года Чубайс нарушил 11-месячную монополию Сосковца на первое вице-премьерство. Одновременно с этим вышел указ президента, которым была создана Федеральная комиссия по ценным бумагам и фондовому рынку, которую возглавил Чубайс. Через месяц соратник Чубайса Дмитрий Васильев стал его первым заместителем, а сама комиссия получила огромный аппарат.

1995 год для Анатолия Чубайса стал исключительно результативным. Вне всякого сомнения, именно он был на острие экономической политики в тот момент. Во многом именно с ним связан феномен реабилитации государства в глазах российского бизнеса и мыслящей части общества. Он заставил всех прислушиваться к тому, что говорят представители правительства и Центрального банка. Пообещав добиться полного контроля над инфляцией, Анатолий Чубайс последовательно в течение года подавлял ее источники – ужесточил в конце апреля нормативы обязательного резервирования для банков, обеспечил введение валютного коридора с 6 июля и впервые осуществил результативное наступление на систему таможенных и налоговых льгот, добившись ликвидации льгот, выданных большому числу субъектов ВЭД, наиболее известным из которых был Национальный фонд спорта.