Выбор охотника

Черт!

Холодный ветер пронизывал ее насквозь, будто на ней вообще не было одежды, волосы хлестали по лицу, глаза слезились, и вообще выполнение задачи сегодня проходило в два раза труднее, чем обычно. Но она стояла не шелохнувшись и не издавая ни единого, кроме этого тихого ругательства, звука и не сводила глаз с пары в переулке.

В одной руке она держала арбалет, в другой — военный бинокль с функцией ночного видения и встроенным цифровым фотоаппаратом. Арбалет был для нее привычнее бинокля, но за последний год единственным местом, где она его использовала, был полигон. Это было в другом времени, целую жизнь назад.

До 22 февраля 2007 года — дня, навсегда изменившего ее жизнь. В тот день ее брат-близнец и его жена, лучшая подруга Сары, были найдены мертвыми в гостиничном номере во время своего медового месяца.

Джозеф и Дарла были ее семьей, единственным, что у нее осталось. Их потеря стала бы для нее ужасной трагедией вне зависимости от того, как это произошло. Но они были жестоко убиты, и от сознания, что она может никогда не узнать, кто это совершил, становилось еще хуже.

Вопрос «кто?» оставался без ответа. Сара знала, что убило их. Существо, которое не могло и не должно было существовать. Монстр, который выглядел как человек, ходил и говорил как человек, был похож на человека. Она следила за одним из них в течение недели. Что-то в его движениях, в том, как он наблюдал за людьми, ее насторожило.

Он немного сместился, подняв голову и глядя на женщину в своих объятиях. Переулок был залит тусклым светом, но Сара уже привыкла к такому. Эти выродки предпринимали действия, только находясь в полутьме или полной темноте. Через бинокль ночного видения Сара наблюдала, как женщина расстегнула его рубашку и прижалась губами к его обнаженной груди.

Человек откинул голову назад, и Сара удовлетворенно усмехнулась, увидев, что ее подозрения подтвердились: между его раскрывшимися губами виднелись два острых, цвета слоновой кости клыка.

«Я нашла тебя», — пробормотала она, запоминая его положение, отложила бинокль и взяла арбалет. Возвращение к реальности для той женщины будет очень грубым, но Сара полагала, что так лучше: пусть она увидит перед собой застреленного потенциального любовника, чем ее выпьет досуха какой-то кровосос.

Поднялся ветер, и она услышала странный шорох — тихий, глухой звук удара, а затем — голос, знакомый голос:

— Это плохая идея, Сара.

Держа в руке уже нацеленный арбалет, она повернулась и столкнулась лицом к лицу с человеком, которого не видела целый год. Уайет Купер. Кровь бросилась ей в лицо, а изнутри поднялась липкая волна страха.

Она ошеломленно заморгала и внимательно присмотрелась сквозь слабый свет, но, кажется, не ошиблась. С бешено бьющимся сердцем она опустила арбалет:

— Уайет?

Он бросил взгляд куда-то за ее плечо, и ей показалось, что он точно знает, чем она тут занимается. Ее сердце забилось, толкаясь в грудной клетке с такой силой, что перехватило дыхание.

Слабая усмешка тронула его губы.

— Забавно встретиться с тобой здесь.

Его пристальный взгляд задержался на арбалете.

— Странное место для тренировки по стрельбе.

— Э-э-э…

— Я помню тебя немного более разговорчивой. — Он поднял голову, все еще наблюдая за ней с легким удивлением.

— В общем ты застал меня врасплох. Что ты здесь делаешь?

Уайет пожал плечами. Налетевший порыв холодного ветра, казалось, совсем его не волновал, а просто убрал волосы от лица.

Она понимала, что он выглядит здесь неуместно, но Уайет принадлежал к тем людям, которые всегда выделяются среди прочих. Под расстегнутым тренчкотом на нем были темная рубашка, слегка поблескивавшая в слабом свете, и темные брюки. В течение той недели, которую они провели вместе, ей казалось, что он только сошел со страниц «GQ». Когда не был обнаженным и на ней. Или под ней…

Его обувь больше подходила для перемещения по этажам зала заседаний, чем по полуразрушенной и заваленной мусором крыше в Вест-Сайде Чикаго. Но он ходил по этой крыше так, будто занимался этим всю жизнь, не обращая внимания на холод, на ее оружие и на то, как она на него смотрела.

— Что ты здесь делаешь?

Он скользнул по ней взглядом, подходя к невысокой кирпичной стене, где она провела последние часа два.

— Ищу тебя.

— Ищешь меня? Вот черт!

Завыла сигнализация. Пора уносить ноги. Бинокль и одна из ее сумок лежат на расстоянии всего одного фута, нужно их схватить и валить из этого ада.

— Почему ты ищешь меня?

— Я отвечу на этот вопрос после того, как ты ответишь на мой.

Скрестив руки на груди, он пристально посмотрел в переулок.

Уголком глаза Сара проследила за его взглядом. Ее сердце оборвалось: она поняла, что он отвлек ее в самый неподходящий момент.

Внизу, в переулке, кормился вампир. Женщина почти неподвижно застыла в его руках, и на ее лице отражался чрезвычайный восторг.

Черт, черт, черт! Вскинув арбалет, она быстро прицелилась, зная, что у нее есть лишь секунда… нет, еще меньше времени, чтобы прицелиться. Но вдруг Уайет с невероятной силой одним движением выхватил арбалет у нее из рук.

— Отдай! — Сара дотянулась до него, но он увернулся. — Он собирается убить ее.

Если она думала, что он ее послушается, то ошиблась.

— Нет, Сара! Он не собирается причинять ей боль.

— Ты, черт возьми, не знаешь, о чем говоришь!

Прекрасно. Бог с ним, с арбалетом. Она вытащила из-под рубашки «глок», следя краем глаза за Уайетом и одновременно пытаясь прицелиться. Но опять не заметила его движения — как он отобрал у нее оружие.

— К сожалению, Сара, знаю.

Противный холодный комок встал у нее в горле, и она подняла голову, глядя, как Уайет приближается и встает прямо перед ней. Он мрачно изучал ее лицо. Если бы она инстинктивно не почувствовала неладное раньше, сейчас это было бы неизбежно — его взгляд говорил сам за себя.