Чтение онлайн

Хорошо, подумала Ренд, пусть мы имеем дело с двумя злодеями. Тогда почему Убийца-Вампир не подает признаков жизни?

1. В действительности он (она?) не прекратил убивать, а лишь перестал выбрасывать тела в реку — или, возможно, они пока не найдены. Сколько в Британии девочек, сбежавших из дома? Около восьмидесяти трех тысяч семей не имеют крыши над головой. У семидесяти трех процентов есть дети. Кто-нибудь из них мог стать жертвой Вампира.

2. Убийца куда-то переехал или изменил почерк. (Ну почему мне в голову лезет и лезет этот случай на кладбище?)

3. Убийца страдает психическим заболеванием, и сейчас у него период ремиссии. Как у Зодиака из Сан-Франциско: тот никуда не делся, но уже много лет не убивал.

4. Убийца умер, покончил с собой, попал в психиатрическую лечебницу или угодил в тюрьму за что-то другое, как Джек-Потрошитель или Обнажитель с Темзы, орудовавший в 1964-1965 годах.

Из всех перечисленных вариантов Ренд больше устраивал последний. Она знала, что серийные убийцы редко останавливаются сами. Убивать входит у них в привычку, и с каждым разом преступление дается все легче. Как сказал утром Брейтуэйт, цитируя какого-то Л. К. Даутвейта, «убийство питается собой».

А может, Вампир наложил на себя руки и поэтому не убивает?

Какая ирония: моя карьера пойдет псу под хвост из-за мертвого убийцы!

Иначе отчего мы не…

Резкий звонок телефона оторвал ее от раздумий.

Она поставила рюмку, встала и подошла к письменному столу.

Через несколько минут Хилари Ренд поспешно покинула свою квартиру.

Ванкувер. Британская Колумбия

21: 46

Ворвавшись на бойню, он столкнулся с проблемой.

Проблема явилась ему в обличье субъекта шести с лишним футов ростом, с «ирокезом» из давно немытых, сальных светлых волос. В ухе у субъекта болтался маленький металлический череп на цепочке, джинсовая куртка с оторванными рукавами открывала густо татуированную грудь: демоны в аду терзают и пожирают грешников. Цинк Чандлер с первого взгляда понял, что этот тип надышался крэка.

— Пшел на хрен отсюда, — рявкнул Ирокез на Чандлера, быстро надвигавшегося на него по проходу между тушами.

В помещении скотобойни было темно и стоял тяжелый запах крови и гниющего мяса. В высокие окна под самым потолком заглядывала луна, воздвигая во тьме колонны серебряного света, и подвешенные к железным крюкам туши отбрасывали в ее бледном сиянии зловещие неясные тени.

Шагая по этой мрачной галерее смерти, Цинк Чандлер расстегнул куртку, под которой в поясной кобуре покоился «Смит и Вессон» тридцать восьмого калибра, и услышал щелчок выкидного лезвия раньше, чем увидел нож.

Наркотик вдохнул в Ирокеза необычайное проворство. Вскинув руку с зажатым в ней ножом (остро отточенное лезвие торчало из кулака, точно старинный кинжал), он ринулся на Чандлера.

Цинк Чандлер, крепкий и мускулистый, был лишь на дюйм ниже противника и весил сто девяносто пять фунтов. В юные годы он вдоволь наработался на отцовской ферме в Саскачеване и теперь мог похвастать мощными плечами и крупными, сильными руками. В тридцать семь лет Цинк был совершенно сед — от природы; рожденный с сизо-стальной шевелюрой, ей-то он и был обязан своим именем. У него было приятное, даже красивое лицо — резкие черты, глаза одного цвета с волосами, сизый двухдюймовый шрам справа на подбородке. Цинк напоминал ласкового хищника, и люди умные сразу смекали: его лучше не трогать. Чутье подсказывало им: этого человека не запугаешь и он будет особенно опасен, если приставить ему к горлу нож.

Ирокез, однако, умом не блистал.

Очутившись в трех футах от Чандлера, байкер ударил. Занесенная рука с ножом резко пошла вниз, к цели.

С точки зрения Цинка, стрелять было рискованно. Он обрушил каблук на подъем Ирокеза, чтобы внезапная резкая боль ослабила колющий удар, и левым предплечьем остановил продвижение ножа. Правая рука Цинка мелькнула в воздухе, пронырнула за руку байкера, сомкнулась на левом запястье, и инспектор всем корпусом резко подался вперед, заламывая руку Ирокеза за спину. Услышав резкий хруст кости, он наподдал Ирокезу коленом между ног.

Тот взвизгнул от боли и стал оседать на пол. Тогда Чандлер ударом кулака в затылок послал его в нокаут.

Проход между рядами туш заканчивался раздвижной стеклянной перегородкой. За ней виднелся узкий темный коридор, уходивший в глубь скотобойни. Примерно на середине коридора была запертая дверь.

Чандлер вынул пистолет, рванул перегородку в сторону и бесшумно двинулся по коридору. У двери он остановился и приложил к ней ухо.

Мгновение он прислушивался, потом, довольный тем, что правильно выбрал момент, отошел к противоположной стене и вжался в нее спиной.

Оттолкнувшись обеими руками, он пулей пролетел через коридор и ногой ударил в дверь возле ручки. Дверь распахнулась; Чандлер, используя ее как прикрытие, бросился на пол. В восьми футах от его глаз полыхнуло желтое пламя, вырвавшееся из ствола кольта «Питон Магнум» калибра 0. 357.

Приход был слишком быстрым, слишком сильным, и она поняла: перебор.

Вместо глубокого наслаждения, пронизывающего каждую клеточку тела, вместо оргазма желудка, которых она ждала, она почувствовала резкий, выворачивающий наизнанку спазм, тошноту, слабость, как при отравлении. Мир вокруг медленно переворачивался.

Потом она почувствовала, что костлявая холодная рука проникает ей в грудь и легонько сжимает сердце, намекая: Смерть рядом.

«Что за дрянь мне подсунули?» — вскрикнул ее рассудок, но с губ сорвался лишь слабый стон.

Вскоре комната по краям потемнела, точно глаза Дженни заливали чернила, вымарывая все лица, все подробности, обволакивая их чернотой. Последнее, что она мельком увидела, — это хищно присосавшуюся к правой руке стеклянную пиявку шприца. Потом глаза Дженни закатились, а лицо посинело.