Чтение онлайн

***

22 августа 1203 года от Р.Х., Венеция

Первая двадцатка маленьких людей, стояла на городском пирсе, во все глаза смотря то на меня, то на «Повелитель морей» за моей спиной. Священники посматривали, чтобы они не удрали, поскольку случаи побегов нечасто, но бывали. Я запретил искать бегунов, сказав, что-либо они сами вернутся позже, либо зря проживут свою жизнь оставшись на городском дне.

— Я организовал этот приют, чтобы из голодных, презираемых отбросов общества, сделать из вас подобие людей, — прошёлся я вдоль неровно стоящего ряда, одетых в одинаковую форму мальчишек и отдельно от них девчонок, в этом юном возрасте мало чем отличавшихся от противоположного пола, поэтому пришлось одевать их в чёрную форму, как у медсестёр больницы.

— Поэтому я запретил искать тех, кто самовольно покинул стены приюта. Скажу раз и буду повторять это всегда, — я повысил голос, — бесплатная кормёжка, обучение и проживание — это привилегия, а не тюрьма! Так что те из вас, кто закончит полное обучение, показав себя хорошим человеком и христианином, может рассчитывать на дальнейшее трудоустройство. Мальчики попадут на корабль или в мою армию, девочки станут медсёстрами, без собеседования и общей очереди! Для воспитанников приюта святого Христофора будет открыты такие двери, которые вы никогда раньше даже не увидели бы краешком глаза, не говоря уже о том, чтобы в них попасть.

Сделав паузу, я осмотрел детские лица. Кто-то слушал внимательно, кому-то было всё равно, и он хотел поскорее покинуть пристань, кто-то же просто смотрел по сторонам, поскольку ему было интересно новое место, а не мои речи. Что же, я и не думал, что будет просто.

— Чтобы вы понимали, какое возможное будущее вас ждёт, сегодня я устрою вам праздник, который вы запомните на весь период обучения, — свернул я запасённую речь, — брат Луиджи, можете приступать. Я буду ждать здесь следующую партию.

— Слушаюсь сеньор Витале, — Луиджи, низко мне поклонился и покрикивая на детей, повёл их к парадному трапу на корабль.

Едва только поняв, что их прокатят на самом легендарном и огромном корабле города, а то и вообще мира, да ещё и дадут пострелять из пушек, как всё внимание детей оказалось приковано к капитану. После его рассказа о программе, пусть и краткой, получасовой поездки, которая закончится небольшим перекусом на борту, радостные детские вопли и визги заполнили всю набережную, заставляя от шума взлетать толстых, объевшихся рыбой чаек. Даже девочки, которых потом ещё дополнительно проведут по больнице, показав обязанности медсестёр и те радостно визжали, забираясь на ванты, и махая рукой оттуда прогуливающимся жителям города, которые недоумённо смотрели за творившемся бардаком на огромном корабле.

Рядом со мной остановился аббат, который и близко не был похож на того оборванца, которым я его запомнил, при нашей первой встрече. Он, как и я, задрав голову, смотрел за веселящимися детьми, которых матросы стали снимать с такелажа и наводить щелчками плетей порядок, и тихо сказал.

— Вы делаете великое дело сеньор Витале, жаль, что этого никто не понимает.

Я покосился на него, и пожал плечами.

— Главное, что я это понимаю аббат, ну теперь и вы похоже тоже.

Он поклонился и извинился.

— Простите, мне нужно будет организовать доставку следующей партии.

— Сколько их всего?

— Десять сеньор Витале, — извинился он, — больше к сожалению, сделать количество в каждой группе было невозможно, иначе мы бы не уследили за всеми детьми. Так что ваше запоминающееся для них мероприятие растянется на несколько дней.

— Что же, похоже нужно будет передать функции оратора сеньору Джакопо, — вздохнул я, отпуская его жестом руки. С низким поклоном, он пошёл к своей команде священников.

«Нужно будет подобрать постоянный состав, — подумал я, смотря на них, — опять заглянуть к Изабелле что ли? Разорит она меня конечно со своими запросами, хотя нужно признать, старуха отлично знает своё дело, этого у неё не отнять».