Чтение онлайн

Багаж был погружен. Ворк, Чайка и Юрак сели в шлюпку. На берегу стояли все люди с песка, Перчик и брат Чайки. Пароход ушел, и жизнь на песке пошла своим чередом.

Тот, кто читал в № 3 журнала «Всемирный Следопыт» рассказ Ё. Бывалова — «Одиннадцать», в котором фигурирует русский матрос Джони Руш (Иван Русский), тому особенно интересно будет узнать, что с № 8 «Всемирного Следопыта» начинается печататься серия рассказов того же автора под общим названием— «ЗАМОРСКИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ДЖОНИ РУШ»,

а именно:

1) Побег матроса Пидопры-Гора (1905 г.).

2) Джони Руш.

3) На острове краббов.

4) Месть Ай-Ки.

5) Медный остров.

6) На коралловом атолле.

7) Джони Руш на родине (1917 г.).

ПЕВЕЦ МИРОЗДАНИЯ

(По поводу кончины Камилла Фламмариона).

Очерк Н. К. Лебедева.

4-го июня с. г., в Париже, на 84-ом году своей жизни скончался знаменитый, всемирно-известный французский ученый-астроном Камилл Фламмарион.

Кому из читающей публики не известно это имя? Кто не знает прекрасных, увлекательных книг Фламмариона по астрономии? Кого не заставляли эти книги хоть раз поднять голову кверху и взглянуть ночью на чудесный и беспредельный вид звездного неба? Кого из своих читателей не заставил Фламмарион хоть на одно мгновение почувствовать все величие мироздания, всю тайну Вселенной?

Вез сомнения, популярность и известность Фламмариона, быть может, конкурируют только с популярностью Жюль-Верна, который тоже, только несколько другими способами, будил человеческую любознательность и фантазию, раскрывая перед человеком мощь человеческого гения.

Камилл Фламмарион был служителем самой точной науки, основанной на строгих математических данных. В астрономии все построено на вычислениях, на математических законах. Человечеству понадобилось более шести тысяч лет, чтобы сделать астрономию — науку о мироздании, точной наукой, где астрономы могут за много лет вперед вычислить наступление того или другого небесного явления, как, например, затмение солнца, прохождение той или иной планеты в определенном участке неба и т. д.

Астрономия не только одна из наиболее точных наук, но она и одна из наиболее трудных. Действительно, какие нужны были усилия ума, чтобы с ничтожными средствами, с ограниченными органами чувств не только суметь постичь, что Земля, на которой мы живем, которая кажется нам плоской и неподвижной, в действительности, представляет вечно движущийся шар, но и суметь измерить и взвесить эту Землю, определить ее положение среди окружающих небесных созвездий, узнать механику Вселенной и законы, управляющие мирозданием.

Поистине, астрономия является «царицей» среди наук и недаром в древности, люди называли тех ученых, которые умели вычислить заранее, когда будет затмение солнца или когда на небе появится та или иная планета, волхвами и чародеями.

Одним из таких «чародеев» науки и был покойный Фламмарион. Разница между ним и древними волхвами была та, что он не скрывал перед народными массами секретов своей науки, не употреблял своих познаний для того, чтобы эксплоатировать трудящиеся массы, но, наоборот, нес в народную массу все то, что он узнавал в бессонные ночи на башне своей обсерватории. Этим! он отличался даже от многих современных ему астрономов.

Камилл Фламмарион не был «дипломированным» ученым; он не был «профессором», узким кабинетным ученым, замкнувшимся в стенах своего кабинета или обсерватории, и далеким от жизни. Нет, Фламмарион, изучая звездное небо, все время не упускал из вида землю и живущие на ней народные массы.

Фламмарион не признавал «науку только ради науки»: (постигнув тайны Вселенной, проникнув в чудеса мироздания, он стремился рассказать, по возможности просто и ясно, об этих тайнах и чудесах трудящимся массам, широким кругам рабочих.

Быть может, именно, за это самое Фламмарион очень долгое время несколько игнорировался учеными — специалистами астрономами. Очень долгое время французские ученые предпочитали по отношению к Фламмариону, как и по отношению к другому своему собрату-ученому, географу-революционеру Элизе Реклю, «политику замалчивания».

И только тогда, когда Реклю и Фламмарион достигли, благодаря своим исключительно большим талантам, мировой известности, только тогда официальные ученые начали ценить научные заслуги того и другого.

(Но ни Реклю, ни Фламмарион; не искали славы, не стремились занять хорошо обеспеченные, теплые казенные профессорские кафедры. И тот и другой всю свою жизнь предпочитали быть «вольными каменьщиками» науки. В своей жизни они руководились только одним стремлением: передать людям те знания, которые они считали истинными. И за это они от строгих педантов науки получали иногда полупрезрительное название «популяризаторов» и даже «вульгаризаторов».

Однако, в действительности, Камилл Фламмарион был не только простым «популяризатором» астрономических знаний, но и крупным специалистом-ученым, внесшим в науку о звездах и свой собственный вклад.

Фламмарион родился 26-го февраля 1842 года в местечке Монтиник-ле-Руа (в департаменте Верхней Марны). Его родители были небогаты и мечтали сделать своего сына священником. С этою целью они отдали его учиться в духовную семинарию в городе Лангре.

Но юный Камилл уже с детских лет чувствовал признание служить иному богу— науке. Когда ему было всего лишь одиннадцать лет, он уже подолгу засматривался на звездное небо, а летом 1853 года с увлечением следил за появившейся в то* время на небе кометой. Он даже нарисовал эту комету в своей тетради. Это был первый дебют будущего астронома.