Всё ещё люди

Редактор Наталия Шевченко

ISBN 978-5-0050-3301-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

…Те две важные вещи, что мы поняли на определённых этапах науки об искусственном интеллекте: первая – создать сегодня обладающую самосознанием искусственную систему относительно несложно, настоящая проблема – сделать такую систему «умной»; вторая – живые нейроны по отдельным важным для нас возможностям превосходят кремний, графен, оксид или нитрид галлия и куда более неприхотливы, нежели квантовые вычислители. Возможно, что будущее искусственного самосознания главным образом находится в рамках химерного подхода, сочетания преимуществ живых нейронных структур и других компонентов…

2082, весна

Я знаю, тебе снятся сны. Вглядываюсь в составленные мозговой активностью картинки. Некоторые довольно чёткие, другие – словно пятна Роршаха, в которых я пытаюсь что-то угадать. То, что видится тебе. Когда же ты проснёшься?..

2082, лето

– Привет. Здесь свободно? – Девушка, невысокая, светловолосая, указывает на стул напротив.

– Привет, – он улыбается. – Но я кое-кого жду.

– Ты меня не узнал? Ты ведь и есть тот самый Алан, верно?

– Карла?..

В голове всё ещё остаются смутные ощущения от предыдущего видения, но они стремительно тают. Алан моргает, глаза несильно слезятся, приспосабливаясь к освещению.

Комната с белыми стенами, пространство залито в меру ярким светом. Алан здесь не один. В помещении стоят двое, женщина и мужчина. Алан хорошо помнит женщину. Это одна из его матерей. Её прическа не такая, как раньше (когда? сколько прошло времени? что именно произошло?), рыжие волосы уложены назад.

Не получается пошевелить ни рукой, ни ногой, даже шея упрямо отказывается подчиняться, только веки и глаза.

Он пытается задать вопрос, но что-то мешает.

– …Стоит блок, чтобы избежать травм при пробуждении… снимать постепенно…

Механические руки быстрыми и предельно точными движениями освобождают нижнюю половину лица от чего-то напоминающего маску.

Ещё одна попытка.

Алан слышит свой голос:

– Где я?

Слова даются трудно, выходит почти шёпот.

Женщина – её зовут Джоан – наклоняется к нему.

– Не волнуйся. Всё будет хорошо.

Почему-то Джоан вызывает у Алана неприязнь, он не может вспомнить точно, по какой причине.

…Лежащий Алан видит перед собой женщину. Её имя Джоан, она – его мать. Она говорит что-то. Он не может пошевелить ни рукой, ни ногой, даже приподнять голову.

– Где я?..

– Функции памяти явно ещё недостаточно восстановились, но это, скорее всего, временно. Пока всё идет в соответствии с планом.

– Подобные нарушения ожидались?

– Да. – Джоан и Кох шли по коридору центра Чёрчленд. – Вполне возможно, они пройдут уже в ближайшее время, – мужчина сделал паузу. – Кстати… Ваш сын произнёс какое-то имя. Карла?.. Кто-то из его знакомых?

– Да, – сказала холодно Джоан. – Одна его знакомая.

– Как он?

– Пока трудно утверждать что-то наверняка, по крайней мере он бодрствует, – ответила Джоан. – Проводят кучу разных тестов, я ещё не знаю подробностей.

Эмме хотелось наконец разрушить неопределённость и одновременно она боялась худшего. Месяцы ожидания, сомнений, страхов…

Джоан старалась выражаться как можно осторожнее:

– Ты же знаешь, как всё серьезно… Я имею в виду, надежды есть, реальные надежды, но это уникальный случай… Никто точно не знает.

– Ты что-то недоговариваешь.

«Да уж, молодец. Умеешь успокоить и подбодрить», – подумала Джоан. Но, с другой стороны, не врать же. Она сама волновалась не меньше Эммы и хорошо представляла себе её состояние, но что могла сказать? Какую-нибудь глупость вроде «всё будет хорошо»? Заранее наобещать невесть что?

– У него сейчас проблемы с памятью. Фиксационная амнезия – проблемы с запоминанием нового и частично с долговременной памятью. Пока. Такое может быть из-за того, что его обновлённый гиппокамп ещё не функционирует как надо.

– Может, мне стоит…

– Лучше чуть позже. С ним сейчас работают специалисты. Я и сама пролезла только как участница проекта.

Джоан боялась: сейчас супруга начнет кричать, обвинять её. Но ничего такого не произошло.

Они стояли, прижавшись друг к другу, в коридоре приемной Чёрчленд-центра: одна очень худая, с длинными, распущенными тёмными волосами, другая чуть пониже, рыжая.

Джоан услышала, как Эмма тихо проговорила имя.

«Алан».

В ту ночь, когда Джоан пришла домой, жёны занялись любовью. На голове Эммы была шапочка транскраниального интерфейса, Джоан использовала имплантаты. Подключённые к маленькой локальной сети для двоих, женщины ласкали друг друга ещё и ментально, с помощью согласованных, «утверждённых» за время их отношений стимулов. Какие-то направлялись одной партнёршей к другой волевым усилием, какие-то возникали непроизвольно. Интерфейс по умолчанию не был предназначен для межмозгового сообщения, функционал был расширен с помощью стороннего ПО. Как часто пишут в инструкциях, «производитель не несёт ответственности» – но в данном случае всё было достаточно безопасно и отлажено на совесть. Очень невысокая степень интеграции и небольшой разлад «эго», дающий лёгкое ощущение ассоциации себя с партнёршей. Первой кончила Эмма, транслируя в сеть букет чувств и доводя до оргазма теперь уже Джоан.