Чтение онлайн

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Успел как раз вовремя.

МИССИС РУНИ. Это граничит с самоубийством. (Пауза.) Что значит, дети дома, мистер Тайлер? Что значит, дети дома? — Просто задержка перед неизбежной разлукой. Мы с вами в пыли с головы до пят. Вы за что-то сердитесь на меня?

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Ничего, миссис Руни, ничего. Я был проклят Богом и людьми с самого начала. И однажды, мокрым субботним полднем понял, что спина моя устала сносить страдания и боль снова и снова. Рассыпался, как ржавое железо — и меня выбросили на обочину.

МИССИС РУНИ. Да будет вам! Стыдно.

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Если б сейчас все вернуть назад, я б довольствовался немногим. Но все в прошлом! В прошлом! Нефть! Масло! Цепи! Ступицы! Тормоза! Нет! Это чересчур! (Шарканье подошв.)

МИССИС РУНИ. Мы еще не опаздываем, мистер Тайлер? У меня не достает смелости взглянуть на часы.

МИСТЕР ТАЙЛЕР (резко). Опаздываем! Когда я ехал на велосипеде, то уже опаздывал. И поэтому сейчас опаздываю вдвойне, втройне, вчетверне. Почему я не промчался мимо вас без единого слова? (Шарканье подошв.)

МИССИС РУНИ. Кого вы встречаете, мистер Тайлер?

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Харди. (Пауза.) Мы привыкли подниматься в деревню вместе. (Пауза.) Я спас ему жизнь однажды. (Пауза.) Никогда не забуду этого.

(Шарканье шагов. Они останавливаются.)

МИССИС РУНИ. Давайте остановимся на минутку. Пусть эта гнусная пыль осядет обратно на мерзких червяков.

(Молчание. Пение птиц, кряканье уток, хрюканье, блеянье и пр.)

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Какое небо! Какое солнце! Среди всей мирской злобы — счастье, если вы живы в такую погоду или выписываетесь из больницы.

МИССИС РУНИ. Жива?

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Вы хотите сказать, что живы лишь наполовину?

МИССИС РУНИ. Говорите за себя, мистер Тайлер. Я жива не наполовину и не как-нибудь частично. (Пауза.) Почему мы стоим здесь? Эта пыль не осядет в нашем столетии. Снова прогромыхает огромная машина, и все опять взметнется к небесам.

МИСТЕР ТАЙЛЕР. В таком случае, пойдемте дальше.

МИССИС РУНИ. Нет.

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Идемте, миссис Руни…

МИССИС РУНИ. Поезжайте, мистер Тайлер, поезжайте, оставьте меня слушать воркование витютьней. (Воркование.) Если увидите моего бедного слепого Дэна, скажите ему, что я хотела встретить его на станции и была уже в пути, когда это все вдруг нахлынуло на меня, подобно половодью. Скажите ему: Ваша бедная жена сказала мне сказать вам, что это все нашло на нее снова, и… (Голос срывается.) …она пошла домой… немедленно вернулась домой…

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Идемте, миссис Руни, идемте, почтовый еще не пришел. Возьмите меня под руку. Уверяю вас, мы будем на станции даже с запасом времени.

МИССИС РУНИ (всхлипывая). Что? Зачем это все? (Тише.) Вы что, не видите — я не в себе? (Гневно.) Если вы вообще можете что-либо замечать! (Всхлипывая.) Минни! Крошка Минни! (Яростно.) Если вы вообще имеете понятие о милосердии! (Всхлипывает.)

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Идемте, миссис Руни, идемте, почтовый еще не пришел. Возьмите меня под руку. Уверяю вас, мы будем на станции даже с запасом времени.

МИССИС РУНИ (подавленно). Сорок лет ей было, не знаю, пятьдесят ли, опоясавших ее милую тонкую талию мешками сала…

МИСТЕР ТАЙЛЕР. Идемте, миссис Руни, идемте, почтовый еще не…

МИССИС РУНИ (взорвавшись). Проваливайте, мистер Руни — мистер Тайлер, я хотела сказать. Езжайте один и прекратите досаждать мне! Что это за страна, где женщина не может излить свое сердце даже на горной проселочной дороге, без домогательств отставных вексельных брокеров! (Мистер Тайлер пытается оседлать свой велосипед.) О небо! Да вы и по равнине-то не проедете! (Мистер Тайлер садится на велосипед.) Осторожней, штаны не порвите! (Мистер Тайлер уезжает. Затихающий звон удаляющегося велосипеда. Тишина. Воркование витютьней.) Красавицы–птички! Все долгое скучное лето что-то клюете в лесах. (Пауза.) О, проклятый корсаж! Если б я могла снять его без неприличных разоблачений. Мистер Тайлер! Мистер Тайлер! Вернитесь и расшнуруйте меня за живой изгородью! (Дикий смех.) Откуда все эти неприятности вокруг меня? Беды и несчастья вечно накатывают извне на мою старую грязную шкуру, бурлят, бушуют вокруг моего черепа, наполняют собой атомы, атомы, атомы! (Яростно.) АТОМЫ! (Тишина. Воркование витютьней. Едва слышно.) Господи! (Пауза.) Господи!

(Шум приближающегося автомобиля. Автомобиль подъезжает к нейю мотор работает. Это МИСТЕР СЛОКУМ, служащий ипподрома.)

МИСТЕР СЛОКУМ. Какие несчастья, миссис Руни? Вы склонны все преувеличивать. У вас опять боли в желудке?

МИССИС РУНИ (смеется). Ба! Да это никак мой старый поклонник, служащий ипподрома в своем лимузине!

МИСТЕР СЛОКУМ. Могу я подвезти вас, миссис Руни? Нам по пути?

МИССИС РУНИ. Да, мистер Слокум. (Пауза.) Как ваша бедная мать?

МИСТЕР СЛОКУМ. Благодарю вас, более–менее утешительно. Мы распорядились не доставлять ей беспокойства. Это очень серьезно, миссис Руни, не так ли?

МИССИС РУНИ. Да. Действительно, мистер Слокум, это весьма серьезно. (Пауза. Она с силой шлепает себя по щеке.) Ах, эти осы!

МИСТЕР СЛОКУМ (воркующе). Могу я снова предложить вам воспользоваться моим авто, мадам?

МИССИС РУНИ (с преувеличенным энтузиазмом). О! Это было бы восхитительно! Мистер Слокум! Просто восхитительно! (Сомневаясь.) Но влезу ли я внутрь, вы посмотрите, как высоко от земли двери в этих новых машинах, это утомляет, наверное. (Звук открывающейся двери. МИССИС РУНИ пытается втиснуться внутрь.) Эта крыша не снимается? Нет? (Попытки протиснуться в дверь.) Нет… У меня это никогда не получится… Подойдите сюда, мистер Слокум, и подтолкните меня с тылу. (Пауза.) Ну, что там? (Пауза. Обиженно.) Вы мне сами предложили, мистер Слокум. Не я. Проталкивайте же меня, сэр, проталкивайте!

МИСТЕР СЛОКУМ (выключает мотор). Протолкну, миссис руни, протолкну, дайте время. Я такой же упрямый, как вы. (Мистер Слокум выпихивает себя с водительского места.)

МИССИС РУНИ. Упрямый! Мне это нравится! Мне, лазающей туда и сюда! (Про себя.) Бесчувственный старый негодяй!

МИСТЕР СЛОКУМ (в позиции за ней). Ну–с, миссис Руни, как вы себе это представляете?

МИССИС РУНИ. Так, как если бы я была мешком, мистер Слокум, не смущайтесь. (Пауза. Звуки усилий.) Так, давайте! (Усилия.) Тише! (Усилия.) Подождите! (Пауза.) Нет, перестаньте! (Пауза.) Полагаю, что если я сейчас полезу наружу, то уже вряд ли когда-нибудь заберусь внутрь.