Чтение онлайн

Сиянием солнце в эфире млеет,

Густую вуаль теней

Мохнатые ели на белом стелют

От самых своих корней.

Огнём серебра расцветает иней,

Как пенная бахрома,

Под полозом санным атласно стынет

И звонко хрустит зима.

Красна и мила, ясноока, властна,

Лазоревый свет очей

Вокруг разливает и светлый праздник

Дарует душе моей.

ТАТЬ

Зима, злая тать, из небесных штанин,

Кружа бесконечных ветров карусели,

Снега достаёт безутешных метелей,

И сыплет нещадно на сосны и ели,

И студит дорог ледяной серпантин.

А ночью морочит позёмковым воем

Тоску, что скребёт одиноко в груди,

И нет ни прощенья, ни сна, ни покоя,

Ни счастья на белом и долгом пути…

ВОЖДЕЛЕНИЕ

Как коленки любимой блондинки,

Или шпильки её каблуков,

Я целую цветные снежинки,

Что кружатся среди облаков.

Вожделение неги прекрасно,

И, ловя снегопад языком,

В откровенном безумии страсти

Под окошком готов нагишом

Поскакать, побежать, кувыркаясь,

Покричать, пошалить и, бузя,

Обезуметь, хотя и не знаю

Скоро ль снова увижу тебя.

Словно руки, ладони и плечи,

Я сжимаю морозную плоть.

Это счастье — желанная встреча! —

Белый снег под названьем «любовь».

В БЕЛОМ

Кто-то пришёл на небо,

Что-то тихонько — щёлк! —

Отпер и вынул белый

Тонкий прозрачный шёлк.

А поутру безбрежно

В серых полях легло

Свежим покровом снега

Чистое полотно.

Как же должно быть славно

И хорошо ему

Сыпать на землю плавно

Светлую бахрому.

Просто. Вот так. Безмолвно.

Как бы и ни зачем,

Тихо сидеть и, главное,

Быть неизвестно кем.

Я прошепчу: «О, боже!»

А чтобы слова видны

Были, оставлю тоже

В белом свои следы.

УТРО

По бескрайнему стелется иней,

На ветвях, словно волос, седой,

На полях нескончаемо синий,

В небесах, как слеза, голубой.

Умолкает застенчивый ветер

Пред началом январского дня,

Бубенцы чередой междометий

И раскатистой песней звенят.

Мчится тройка по белому лугу,

Выдыхая клубящийся пар,

И заря турмалиновым кругом

Зажигает рассветный пожар.

ИЗ МОРОКА НЕБЕС…

Из морока небес струится снег,

Записывая тишь и невесомость

В полях меж тёмных линий стылых рек

На чистый лист январского альбома.

Неведомые, тайные слова

Ложатся бесконечно одиноки,

А шёпот, доносящийся едва,

Сливается в невидимые строки.

Туманным утром грезится заря,

Но скоро, незаметная собою,

В молчание простуженного дня

Уходит, обернувшись пеленою.

Крадётся вечер хмурой полосой,

И сумерки приносят в одночасье

Тот милый сердцу искренний покой,

Что скрыт в ночном предчувствии ненастья.

КЛЁН

Поникший, будто выцветшее фото,

Насест для перепуганных ворон,

Шальной недавно, нынче неохотно

Молчит за окнами. Безлистный. Голый. Клён.

Что гость на деревенской панихиде,

Покачиваясь, крепко захмелев,

Глядит вокруг с таинственной обидой.

Шепнул бы лишнего, да стыдно же. И грех.

Но вытерпев, с усмешкой замечает,

Что нечего о прошлом горевать,

И лист последний под ноги бросая,