Чтение онлайн

Всё суета. Знаю я, что и это пройдёт.

Тянется ласковый луч, как небесная длань.

Рядом с Тиной любая печаль уходила прочь, уступая место волшебному сиянию двух обнявшихся душ.

Глядя на счастливого Рика, я искренне желал, чтобы так было всегда. Папа говорил, что наша жизнь такая же полосатая, как зебра. Нельзя долго чему-то радоваться. Чем сильнее радуешься, тем дольше потом будешь плакать. В ту минуту мне хотелось верить, что отец ошибается. К тому же у китов могло быть всё по-другому. Они ведь такие мудрые существа! Намного лучше и чище душой, чем люди, и именно поэтому они не заслуживают страданий.

Перед сном я горячо помолился за друга, попросив, чтобы его любовь превращала слёзы Тины в целительный бальзам, способный излечить душу от тоски. Любовь такая же безграничная и нерушимая, как сама вечность.

Глава 6

Колыбельная

Знаешь, дорогой, на этом я бы с удовольствием закончил свою сказку. Жили они долго и счастливо и умерли в один день… Но я, кажется, предупреждал тебя, что в реальном мире чаще всего побеждает зло. И я, к сожалению, ничего не могу с этим поделать, мне совсем не хочется перевирать историю. Это будет неуважительным по отношению к моему Рику.

Почему ты качаешь головой? Не согласен? Не хочешь слушать продолжение?

Нет-нет, папа, наоборот! Я очень хочу узнать, что случилось с твоим другом и его возлюбленной. Может быть, на неё напал страшный дракон, а Рик, ничего не боясь, отыскал девушку и вырвал из цепких лап тьмы? Огромным непобедимым мечом отсёк дьяволу все его три головы, а потом крепко обнял перепугавшуюся Тину… С тех пор они никогда не расставались, ведь китам достаточно одной спутницы на целую жизнь.

Ты придумал замечательный финал, мой родной, но ведь это всего лишь фантастика. А разве не ты настаивал на правдоподобии?

Да, разумеется, но… Папа, неужели ты думаешь, что я поверил в твою дружбу с китом? Признайся, вся эта история — сплошной вымысел. Тогда почему бы нам не придумать другой финал?

Ты ошибаешься, сынок. На этот раз ты ошибаешься. Я действительно дружил с китом, мы были очень близки в то время… В жизни каждого ребёнка случается что-то волшебное. Но, становясь взрослым, он об этом забывает.

Значит, и ты должен был забыть! И о Рике, и о Тине… Как же так вышло, что у тебя остались воспоминания?

Я и сам не знаю, мой милый. Может быть, произошёл какой-то сбой. Может быть, я ещё и не повзрослел по-настоящему. Не могу точно сказать. Вот только я на самом деле всё это помню. Помню так хорошо, как если бы это происходило вчера.

Странный ты какой-то… Вроде мой папа, а вроде бы даже не взрослый. Я вот уже давно не верю в сказки, а ты… В школе нам говорили, что у китов нет голосовых связок. И как же вы тогда могли разговаривать? Ладно-ладно, умолкаю. Продолжай. Как бы то ни было, мне безумно интересно, чем всё закончилось.

Удивительное поколение! Давно уже не верит в сказки… И что хорошего в том, чтобы так рано повзрослеть? Нет, твой отец никогда не сможет этого понять.

Вы с мамой настоящие выдумщики. Не удивлюсь, если и она дружила с каким-нибудь морским котиком.

Твоя мама верит каждому моему слову. Но, пожалуй, вернусь к своему повествованию. Ты ведь ещё не устал? Не думаю, что отниму у тебя много времени.

Я уже как-то упоминал, чего боятся все киты на свете. Своим врагом номер один они считают мегалодона — огромную и беспощадную акулу, обвенчанную с самим Дьяволом. Правда, это свирепое чудовище уже давно не показывается в океане. Ходят слухи, что в современном мире не осталось ни одного мегалодона, а значит, и бояться как будто нечего. Но, знаешь, есть и гораздо более страшный враг, который никогда ни перед чем не остановится. Гордый и непобедимый. Думаю, мама Эйлин должна была предупредить сына об этом. Но даже киты, совсем как самонадеянные подростки, порой не слушаются своих родителей и поступают так, как им вздумается. А Рик обожал бунтовать в борьбе за драгоценную свободу… Да и что вообще может быть важнее для таких благородных созданий?

Я ведь и сам ненавидел подчиняться глупым правилам. Кто придумал просиживать штаны на школьной скамье и старательно записывать в тетрадь всё, что говорит учитель? Тратить время на решение чудовищных математических задач или бездумную зубрёжку? Не смотри на меня с такой укоризной! Твой отец действительно был мечтателем и лентяем.

Однажды я, как обычно, скучал на уроке географии и задумчиво грыз карандаш, которым должен был делать обозначения в контурных картах. Кто-то постучал в дверь, из-за чего я вздрогнул и подскочил на месте. К учительнице пришла её коллега и лучшая подруга. Она ничего не вела у нашего класса, но, кажется, преподавала историю. Пока мы выполняли задание, они немного пошептались. Лицо моей учительницы вытянулось и побледнело после всего услышанного. Она несколько раз повторила слово «ироды» и даже покачала головой ему в такт. В конце урока нам, невольным свидетелям этой мизансцены, всё-таки рассказали, что произошло на берегу Тихого океана. К сожалению, эта ужасная история не имела никакого отношения к выдумке. Всё произошло в точности так, как и передала нам учительница. Её рассказ стал длинным вступлением для воспитательной беседы, которая последовала сразу после звонка. Она с жадностью ухватилась за случившуюся трагедию, чтобы напомнить нам о бережном отношении к дикой природе.

— Я считаю, что эти чудовища не имеют права называться людьми. Китов и так осталось совсем немного. Мы должны бороться за их жизни! И тем, кто творит подобные бесчинства, нет никакого оправдания.

Как оказалось, у берегов океана заметили китобойное судно. Преступники с присущей им жестокостью и патологической тягой к кровопролитию расправились с одним из синих китов. Говорят, он был очень красивым и, по всей видимости, ещё совсем юным. Очевидцы заметили на его спине причудливое пятно в виде сердца. Страшное предчувствие сжало меня изнутри. Не сумев дослушать до конца, я вскочил с места и понёсся к берегу, где обыкновенно встречался с Риком. В голове, словно надоедливая пластинка, стучала одна и та же мысль, но я не желал её принимать. Мне хотелось закрыть уши и больше не слышать этот писклявый, противный голос, который упрямо твердил о родимом пятнышке на спине убитого кита. Возможно, в мире несколько китов с таким же пятном, поэтому у меня нет никакого основания полагать… Непреклонная интуиция подсказывала, что основание всё-таки есть. Но почему жертвой китобоев должна была стать именно она?

Китобои. Само это слово звучало для меня отвратительно. Примерно то же самое ощущение, когда случайно касаешься какого-нибудь слизкого червяка. И хочется поскорее прибежать домой, чтобы отмыть руки. Но, к сожалению, это был вовсе не червяк.

Никогда раньше не задумывался, что люди, мои сородичи, могут быть такими беспощадными. Страшно себе представить, что даже те, кто носит на груди крест, способны с равнодушием переступить черту… Безумно и совершенно непостижимо. И чем же мы в таком случае отличаемся от акул? Именно тогда я и понял, кем на самом деле был тот мегалодон, которого так боялись жители океана.

Не успокаивало даже и то, что китобоев поймали и теперь должны были судить за совершённое злодеяние. Несчастного кита, распятого на невидимом кресте, уже не вернуть, потому что смерть необратима. Мне лишь хотелось верить, что злодеи рано или поздно предстанут перед другим, высшим судом, когда их обугленная душа наконец выйдет наружу и ответит за свои грехи.

Извини, ты, наверное, не очень хорошо понимаешь, что я пытаюсь сказать… Может быть, это и к лучшему. Чем позже ты узнаешь тёмную сторону жизни, тем спокойнее для тебя. Поверь мне: нет ничего ужаснее разочарования в своих сородичах. И ты не можешь от этого отречься. И в тебе, и в том, кто возомнил себя царём вселенной, течёт одна кровь. Все мы дети Адама и все время от времени ходим по острому лезвию зла. Но ведь это та борьба, которой мы можем противостоять. Неужели душа человека покрылась плесенью и больше не пропускает свет? Нет, дорогой, даже после всего случившегося я отказываюсь в это верить. Думаю, люди, решившие стать мегалодонами, на самом деле глубоко несчастны, просто сами этого не осознают.