Шрифт:
Глава 1
Трансмиттер как будто выстрелил стометровой полосой острого пламени, сопровождаемого несметным количеством голубых, почти прозрачных световых лучей, которые подобно светящимся пальцам огромного прожектора-искателя скользили по воздуху и по потолку большого крытого зала.
Они уничтожали все на своем пути. Не было ни взрыва, ни пламени, ни плавящегося железа: голубой луч беззвучно превращал в пыль все то, чего он касался. Повсюду разлетались искры, когда жуткий свет перерезал электропровод или производил короткое замыкание. Несколько секунд назад огромный зал сотрясла серия тяжелых взрывов, когда смертоносные голубые лучи накрыли целую эскадру серебристых дисков-звездолетов, до единого уничтожив их. Заднюю часть огромного зала охватило пламя, и в некоторых местах металлический пол и стены раскалились докрасна.
После этого глиссеры уже больше не отваживались появляться под гигантским металлическим сводом. Несмотря на это, бой стал еще более ожесточенным.
Гартман краем глаза заметил тень, бросился в сторону и еще успел заметить, как Кайл резко обернулся и схватил одного из моронов, появившегося из-за развалин и хотевшего броситься на него и Нэт. Насекомообразный воин ударил Кайла ужасными когтями и сильно поранил ему плечо. Но, несмотря на это, Кайл схватил огромное существо, с секунду крепко держал его. Сопротивление морона скоро угасло. Мгновение воин-муравей стоял словно в оцепенении, потом повернулся и снова бросился в бой – теперь уже как машина, которая была перепрограммирована и направила свои действия против законного господина. За последние минуты Гартман сотни раз наблюдал подобную картину, но, несмотря на это, это все так сильно напугало его, как и в первый раз.
– С тобой все в порядке? – Кайл всем телом повернулся к нему, и Гартман автоматически кивнул. Рана, нанесенная мороном мега-воину, достала до кости и обычного человека убила бы на месте. Кайла же – нет. На глазах у Гартмана всего минуту назад сильное кровотечение прекратилось, и разорванное мясо начало срастаться; как в фильме, кадры которого прокручивают в обратном направлении. Гартман затруднялся сказать, как часто Кайл становился мишенью для неприятеля – уже два или три раза мега-воин заслонял его и Нэт от выстрелов своим собственным телом. И так же часто он отражал атаки двух или трех муравьев, которые в темноволосом стройном молодом человеке скорее всего инстинктивно распознавали своего опаснейшего врага и пытались вывести из строя, прежде чем тот задействует свою жуткую мощь и обратит их в их же собственных врагов. Ни одному из них сделать это не удалось.
Гартман кивнул в ответ на вопрос Кайла и отказался от его протянутой руки, продолжая карабкаться вверх. Он взглядом искал Нэт. Вестландка стояла возле него, но казалась совершенно измученной и обессиленной. От ее куртки остались лишь клочья, лицо и руки были в крови, дышала девушка часто и нервно. Властители Черной крепости бросали в бой все больше и больше воинов, чтобы оттеснить наступавших, но это было похоже на тушение огня маслом. Каждый морон, которого касался Кайл, менял вдруг свои взгляды и становился врагом своих же собственных собратьев, и каждый новый муравей, соприкасавшийся с одним из них, становился подобен ему. Если бы у Гартмана было время подумать об этом, то он бы понял, что это просто математическая прогрессия; лишь только считанные секунды оставались до того мгновения, когда их враги уже не смогут бросать в бой количество бойцов большее, чем то, которое за это же время перейдет на сторону Кайла. Между голубыми световыми нитями, все еще вырывавшимися из трансмиттера, постоянно вспыхивали яркие молнии лазерных пушек.
– Что… это? – спросил Гартман, тяжело дыша. Он указал на трансмиттер.
Кайл проводил взглядом его жест.
– Не знаю, – сказал он. Голос его звучал озабоченно, хотя он старался скрыть свои чувства.
Гартман хотел задать еще один вопрос, но в этот момент рядом прогремел взрыв. Нэт и он инстинктивно нагнулись, когда над ними пронесся град раскаленных добела обломков, и Кайл получил возможность просто схватить его и вестландку и потащить их за собой. Продвигаясь зигзагами, они приблизились к передней линии наступавших моронов. Продвижение последних вперед приостановилось, просто потому, что теперь защитники крепости бросали в бой так много муравьев, что задние просто наступали передним воинам на «пятки». Слева и справа от кольца трансмиттера постоянно вспыхивали выстрелы лазерных пушек, образовывавших в массе сражающихся пылающие дыры, которые затягивались так же быстро, как и появлялись. Это была одна из самых ожесточенных и безжалостных битв, какую только мог себе представить Гартман.
– Куда?
Кайл на какое-то мгновение остановился и огляделся по сторонам. Он не ответил на вопрос Гартмана, но по выражению его лица можно было догадаться, что искал он что-то вполне определенное. Наконец Кайл поднял руку и указал на то место, где Гартман, при всем своем желании, не разглядел бы ничего, кроме тысяч моронов, которые, в основном – голыми руками, боролись друг с другом. Затем мега-воин побежал дальше, а Гартман и Нэт последовали за ним.
Гартман со все возрастающей нервозностью смотрел вверх, в то время как они приближались к трансмиттерному блоку. Из гигантского металлического кольца уже больше не вырывалось пламя, но казалось, что голубое излучение стало еще более интенсивным. Почти все световые щупальца рассеивались и постепенно гасли, прежде чем достигали пола или потолка, но иные тем не менее достигали цели, и Гартман видел, как такой безобидный с виду голубой свет с легкостью разрезал метровую сталь. В потолке огромного зала возникло уже множество разных по величине дыр, и в Черную крепость, наполненную жутким зеленоватым сумеречным светом, проникало яркое сияние полярного солнца и падающий снег. Во всяком случае, Гартман вдруг понял, что весь этот огромный зал обвалится, если моронам не удастся взять под свой контроль трансмиттер.
Они достигли одного из огромных, высотой с дом и причудливых по форме машинных блоков, занимавших большую часть огромного зала. Кайл жестом дал понять Гартману и Нэт, чтобы они оставались на месте, и начал быстро и ловко карабкаться вверх по передней части машины, но ни Гартман, ни вестландка не думали ему повиноваться. Затем, несколько неуклюже, но почти так же быстро, как и Кайл, они стали карабкаться за ним. Кайл не только не попытался вернуть их назад, но даже стал ползти немного медленнее, чтобы они могли догнать его.
Нэт неожиданно вскрикнула. Гартман испуганно повернул голову и увидел, что одно из голубых световых щупалец потянулось в ее направлении. Скованный ужасом, наблюдал он, как жуткий луч коснулся машины и прямо над ними скользнул по стали. Он ожидал взрыва или волны жара, которая опалит их, но ни того, ни другого не произошло. В том месте, где странный свет коснулся металла, сталь просто исчезла. Осталась зияющая щель на поверхности машины, края которой были настолько гладкими, что, казалось, были обрезаны высокоточным инструментом.
Луч смертоносного света угас так же внезапно, как и вспыхнул, и Кайл знаком показал, что можно ползти дальше. Спустя несколько секунд они достигли верхней стороны машины. Кайл сильным движением вскочил наверх, затем помог забраться сначала Нэт, а потом и Гартману. После этого, впервые с тех пор как начался этот необычный бой, он снял с плеча ружье и снял его с предохранителя. Гартман и Нэт последовали его примеру.
Со своего возвышения они могли видеть большую часть зала. И вдруг Гартман понял, откуда прибывало прямо-таки неиссякаемое пополнение моронов.
Созданная Кайлом армия захватила уже половину Черной крепости и продвигалась все дальше, но из задней части зала бросалось им навстречу все больше и больше моронов: насекомообразные воины, которые возникали в прямом смысле слова из пустоты, потому что позади огромного блока, ведущего к звездам трансмиттера, поднимался прямо-таки бесконечный ряд более скромных по своим размерам приборов – трехметровых в диаметре, мерцающих металлических колец, из которых появлялись непрерывно тысячи и тысячи новых муравьев.