Чтение онлайн

Я повесила трубку и сняла юбку. Дрожь по всему телу. Я легла на кровать. Ужин казался где-то совсем далеко, словно в другой галактике. Клуб гребли тоже где-то очень далеко. Мой дом еще дальше. Я вытянулась и лежала прямая, как бревно. Я не такая мягкая, как моя сестра. Моя сестра – вопросительный знак, думала я, засыпая. Кейт далеко-далеко от меня, и в кровати она согнулась, как вопросительный знак, а вот я прямая, как знак восклицательный. Я подумала о том, что, чтобы все стало снова понятно, я должна стать вопросительным знаком.

Вот завтра я начну гнуться. Все начнется завтра.

Спортивный зал. Три девушки стоят в ряд по стойке «смирно». Зачем мы это делаем – не совсем понятно. Мальчик ухмыляется. Я всей душой ненавидела того парня, который, проходя мимо нас, показывал пальцем каждой из нас на грудь, оценивая. Плоская, как доска. Эта комарами покусанная. А это – дойная корова. Этот парень не был ни выше нас, ни сильнее, и, несмотря на то что нам была неприятна его ухмылка, мы делали непроницаемое лицо и никак не реагировали. Неприятная улыбка парня делалась все шире и становилась такой, от которой уже было некуда деться. Внутренне удовлетворенный, он отошел от нас. Потом мы некоторое время не смотрели друг на друга и никак не обсуждали этот инцидент.

Но это неправильно. На самом деле это история, которую мне однажды рассказали. На самом-то деле начинается все вот здесь, – говорили они и показывали пальцем на экраны и огромные рекламные щиты, а также и на ухмыляющихся парней с острыми пальцами, которые потом вырастают в мужчин, которые, конечно, теряют свою ухмылку и уже пальцами не тычут, но ты все равно чувствуешь, что они думают. Но это совсем не то, с чего все начиналось. Не для меня по крайней мере. Даже через несколько лет после этого, уже гораздо позднее, когда я смотрела в музее на группы школьников, мне постоянно казалось, что среди них окажется тот самый, с презрительной ухмылкой. Я смотрела, как этот мальчик нарезал круги вокруг таких девочек, которой я была раньше, и хотела его заткнуть еще до того, как он начнет говорить, и разогнать от него этих девушек, как стаю птиц с тротуара. Но помогло бы им все это? Дети, в конце концов, этим занимаются всегда, но у них не появляется таких проблем, которые появились у меня.

На следующее утро город выглядел уже совершенно по-другому. Итальянцы вернулись из отпуска, забрали себе свой город и уже в ранний час заполнили его улицы, и Флоренция начала двигаться быстро, потому что еще не появились медленно бредущие туристы, которые тормозили движение и движение групп которых было таким же непредсказуемым, как у амебы. Старинная брусчатка загудела не только от шин автомобилей и велосипедов. Появились автобусы, стремительно подлетающие и потом так же стремительно отчаливающие от остановки после того, как вошли и вышли мужчины и женщины в бизнес-луке. Мопеды, которые стояли на тротуаре в два ряда, постоянно уезжали и приезжали, жужжали на мостах. Многие улицы перекрыли грузовики с продуктами для магазинов на разгрузке, и все стоящие за ним машины, не переставая, сигналили. Я шла по центру и с появлением местных жителей ощущала новый подъем энергии. Вот какая, значит, деловая Флоренция.

В кабинке фотосамообслуживания около вокзала я сделала четыре фотографии. Я моргала при каждом разряде вспышки. Фотографии получились совершенно одинаковые. Вы на нее только посмотрите! Это действительно я?

Я спокойно и без происшествий дошла до клуба гребли. Кажется, что меня по пути никто вообще не заметил. Мужчины в глаженых рубашках и модных мокасинах на ногах меня точно не увидели. Женщины в узких юбках и на высоких каблуках, которые легко спрыгивают со своих скутеров, тоже не обратили на меня внимания. Все они заходили в кофе-бары, в которых битком народу, после чего исчезали в дверях, которые, видимо, вели в офисы и школы. После этого прибыла новая волна флорентийцев, и я была рада тому, что могла по-своему присоединиться к этой деловой толпе, и зашла в дверь клуба. Я была полна решимости сдержать данное Кейт обещание.

– За членской картой, – сказала я на итальянском женщине в офисе, передавая свои фотографии, после того как оплатила членство в клубе по кредитной карте.

Женщина взяла мою фотографию, не произнесла фразы: «Вы на нее только посмотрите!», а просто с улыбкой сказала мне S`i. После этого она вставила фотографию в мою карту члена клуба и передала мне. Все формальности были закончены.

Я пошла по коридору тем же путем, что и вчера, и дошла до раздевалок. Из мужской раздевалки были слышны голоса, а в женской – пусто, беззвучно, словно выложено белой плиткой тишины. Я быстро переоделась.

– Ciao, Анна из Бостона! – поприветствовал меня Мануэле после того, как я вошла в кофе-бар, в котором сегодня яблоку негде было упасть. Местные жители вернулись, только вот здесь собрались одни мужчины, я перестала быть невидимой, потому что все глаза поднялись на меня. Я быстро вышла к реке, где все освещало солнце. Здесь было еще больше мужчин и еще больше глаз. На траве стояли стулья, на них расселись старики, среди которых я увидела Нико в его трико для спортивной гребли. Все они держали в руках газеты и после моего появления начали между собой вполголоса о чем-то говорить. Меня бесило то, что они шушукаются. От этого я еще больше хотела спрятаться от их глаз.

– Осторожно, Ханна!

Я обернулась и чуть не столкнулась со Стефано и еще двумя мужчинами, которые на плечах несли большую байдарку.

– Добрый день, – произнес один из мужчин, проходя мимо меня. Они шагали вразнобой по металлической поверхности настила-пристани. У края они аккуратно сняли лодку с плеч, взяли ее за борт ладонями и спустили на воду, переворачивая над водой днищем вниз. Их движения были доведены до автоматизма. Стефано распрямился и вытер ладони о штаны.

– Подождите, – сказал он двум другим мужчинам, потом жестом попросил меня подойти ближе, взял меня за руки, поцеловал в обе щеки, после чего ворчание стариков на стульях затихло.

– Познакомься, это Серджио, – произнес Стефано и взял за предплечье одного из них – невысокого мужчину с редкими в этих краях рыжими волосами, который оголил в дружелюбной улыбке широкие зубы.

– Это Джиованни, – продолжил Стефано.

Третий мужчина с небольшой бородой и блестящими глазами взял меня за руки.

– Для друзей я просто Джианни, – произнес он.

За одну минуту у меня произошло больше физического контакта, чем за последние несколько недель, с тех пор, когда при прощании в аэропорту меня крепко обняла Кейт и я застыла в ее объятиях. «Береги себя, – повторяла сестра. – Я тебя люблю». Тогда я чувствовала себя, словно она меня душит.

Я чувствовала, что руки мужчин не стремились изучить мое тело или меня контролировать. Их ладони были теплые, и мое настроение мгновенно улучшилось. Джианни словно прочитал мои мысли, он отпустил меня, развел руки в стороны и посмотрел на небо.

– Какой сегодня чудесный день? Солнце! – громко произнес он. Со стороны он был похож на приветствующую новый день птицу, одетую в синтетическое трико для гребли.

– Это наш первый день тренировок после каникул, – объяснил мне Стефано.