Чтение онлайн

Кажется, желающим со мной разделаться, уже можно выстраиваться в очередь.

Ох, знала бы эта ущербная, какая по счету в списке контактов пернатого придурка, живущего по соседству. Хотя, мне было ее ни капельки не жалко, ведь у Ворона на лице написано – самовлюбленный бабник и эгоист!

Вместо ответа, я выдержала ее пронзительный ледяной взгляд, а когда фанатка Кирилла моргнула, победоносно улыбнулась, покинув балкон.

Хотела лечь спать пораньше, а завтра после школы начать изучать инструкцию к швейной машинке, но сон как рукой сняло. Открыв коробку, я достала подарок папы, стараясь выкинуть все дурные мысли из головы.

Проигнорировав два звонка будильника, удалось отлепить себя от кровати лишь после третьего сигнала: я уснула под утро только после того, как разобралась с выкройкой рубашки. Судя по тишине в доме, отец уже ушел на работу. Наспех позавтракав и натянув школьную форму, я схватила рюкзачок, выбегая за ворота.

Вздрогнула, когда где-то поблизости послышался рев мотора. Резко обернувшись, я увидела Ворона. Он сидел на мотоцикле, покручивая шлем в руках. И смотрел прямо на меня. Озверевшим. Диким взглядом.

Я судорожно сглотнула, ощутив, как озноб сковывает каждую клеточку тела, потому что лицо Кирилла было обезображено… Кожа под глазами побагровела, нижняя губа разбита, на лбу и подбородке запекшаяся кровь. Скользнув взглядом ниже, отметила сбитые в мясо костяшки пальцев. Жуткое зрелище.

– Доброе утро. Ляля. – По его лицу расползлась зловещая улыбка.

Он спрыгнул с мотоцикла на землю, не отрывая от меня взгляда.

– Что случилось, Кирилл? – чувствовала, как горло сжимается.

– Ты о чем? – прошептал, жадно блуждая по моему телу покрасневшими слезящимися глазами.

– Тебе нужна помощь… – пробормотала, указывая на страшные гематомы на его лице и пальцах рук.

Даже боялась подумать, какая картина откроется, когда Воронов снимет толстовку…

– Помощь… – хмыкнул, поравнявшись со мной. – Помощь понадобится тебе, ляля, если не оставишь меня в покое. – Он резко развернулся, и, провернув ключ в замке железной двери, скрылся за воротами.

Несколько секунд я изумленно моргала, не веря своим глазам. Да на Воронове, судя по всему, не оставили живого места! Нужно было вызвать скорую. Мало ли… А учитывая, что он живет один… О, небо, помоги образумить этого пернатого упрямца!

Сделав глубокий вдох, я подошла к воротам его дома, выжав кнопку звонка до упора, однако реакции не последовало. Тогда я слегка толкнула калитку – удивительно, но она оказалось не заперта.

Воровато озираясь, прошла по выложенной дроблённым камнем дорожке к входной двери, которая, на мое счастье, тоже была открыта. Проникнув на цыпочках внутрь, я замерла на пороге, усиленно моргая, чтобы глаза быстрее привыкли к кромешной темноте жилища соседа.

– Кирилл…? – тихо позвала, сглатывая ком в горле.

– А казалась такой правильной папиной дочкой… – перехватив за локоть, он припер меня грудью к двери, зафиксировав пальцы на моей шее.

Сжал ее. Отчего воздух вмиг стал вязким и липким. Удушающим. Я его не видела, но слышала осиплое дыхание за спиной. Тяжелое. Порывистое. У обоих пульс шкалил. Ловила губами разряженный воздух, сминая кулачками ткань юбки, сотню раз пожалев, что решила вмешаться не в свое дело.

– Ляля. Не дергайся! – прошептал Ворон у самого моего лица, щекоча кожу обжигающим ментоловым дыханием.

– Отпусти-и…

Едва произнеся это, ощутила, как к моим губам прижалась горячая влажная ладонь. Она пахла кровью и детским мылом. Вот такое вопиюще неправильное сочетание заставило пульс еще отчетливее гудеть под кожей.

И зачем только переступила порог этого дома…?!

– А ведь я могу быть очень гостеприимным хозяином. М-м?

– Ты все неправильно понял… Отпусти! – перебирала дрожащими пальчиками складки на юбке, ощущая себя добычей, загнанной в угол.

А в том, что этот парень способен меня «сожрать», отпали последние сомнения.

– Ну, так объясни для тупых?! – внезапно Воронов ослабил захват на моей шее, а потом и вовсе отпрянул, оставляя место для маневра.

Поспешив развернуться, я гневно прищурилась, стараясь вложить в свой взгляд всю злобу, на которую только была способна, лишь бы он не заметил, как дрожат коленки.

– Так зачем пришла? – в его глазах не отражалось ни единой эмоции.

– Я всего лишь хотела предложить свою помощь. Вдруг нужно сходить в аптеку… Хотя все-таки лучше вызвать скорую… – поморщилась, разглядывая его увечья.

– Помощь?! – Воронов ухмыльнулся, смерив меня с ног до головы снисходительным взглядом. – Никто никому ничего не должен. Мелкая. Беги в школу.

Однако моя злость почти сразу трансформировалась во вселенскую жалость: лицо одноклассника с каждой минутой все сильнее опухало, а синяки «расцветали». Ему необходим был медицинский осмотр.

– Это правда. Но ты забываешь про поступки нормального человека, с правильными ценностями. Да и… не очень-то хочется жить с разлагающимся трупом по соседству.

Воронов нахмурился. Его взгляд был прикован к моему лицу, и мне стало трудно дышать. На некоторое время между нами установилась гнетущая тишина, как вдруг хозяин дома запрокинул голову и хрипло рассмеялся.

– Какая ужасная актерская игра! – он стянул толстовку, бросив ее к своим ногам.

Я неосознанно отступила на шаг, стиснув кулачки. Не знаю, какого эффекта добивался этот упрямый придурок, но волна жалости в груди вмиг стала штормовой, захлестнув меня отчаянием. Его тело. Его пышущее жаром мускулистое тело, выглядело, как плохо прожаренная отбивная. Кровь сочилась из многочисленных ссадин и ран.