Вор
Шрифт:
– Но что значит - планета отпустила только Ваську?
– Громко спросила Зои.
– Ведь люди отсюда смылись, судя по базам, значит, наоборот, местный разум не хотел, чтобы люди тут жили!
– Вот и выясним.
– Ожесточённо ответила Кира.
– Рано или поздно.
Хорошее настроение улетучилось. Она снова вела транспортёр, как оружие, вторгалась в джунгли, шла к цели, будто от этого зависела её собственная жизнь. Зои молча сидела рядом. Она переваривала полученное сообщение. Что значит, планета отпустила? Пришла к Даниле и сказала - отпущу только её? Нет, конечно, не так, наверняка это иносказательное выражение. Но оно что-то задевало в душе Зои, и задевало совершенно непонятным образом. Ей было и страшно, и любопытно, и ещё - она будто бы знала, о чём речь. И будто знала, что вскоре сдёрнет, наконец, последние покровы с этой приевшейся тайны.
И всё, наконец, закончится.
Им понадобились местные сутки, чтобы долететь до центра джунглевой спирали. К тому времени не было уже никакой связи, даже с Данилой.
– Уже скоро!
– Сверившись с картой, крикнула Кира и прибавила скорость.
Зои вцепилась в поручень. С одной стороны, ей хотелось крикнуть, чтобы Кира остановилась и не неслась как угорелая. С другой - чтобы прибавила ещё. Там, впереди, отгадки. Должны быть!
Когда транспортёр вынырнул из зарослей и впереди показалась пелена, Кира шумно вздохнула. Чёрная непроницаемая стена, настолько другая, что казалась раной на теле планеты. Каким-то особо извращённым устройством, воткнутым в землю и заставляющим вертеться этот странный мир вокруг себя.
На миг Зои показалось, что Кира не остановится. Просто возьмёт сейчас и влетит туда, в эту черноту - и будь что будет.
На миг Зои захотелось того же.
Кира тут же затормозила. Посмотрела на Зои уставшими глазами, в которых горел тёмный мрачный огонь.
– Если хочешь, слезь.
– Сказала она одними губами. Предупреждение прозвучало как-то блекло, так как было никому не нужно. Словами сорвавшиеся тормоза не остановить.
Зои показала головой и ещё крепче сжала поручень. Хватит. Хватит с них!
Кира врубила скорость, но пока не отпускала тормоз. Мотор гудел и завывал так, что можно было оглохнуть.
– Я так устала от этого всего!
– Вдруг завопила Кира, тряся руль. Зои истошно расхохоталась. Подумала, что они ведут себя как две истерички. И это здорово!
А потом транспортёр ринулся вперёд, прямо в пелену. Зои с трудом заставила себя не жмуриться и встретить этот вызов с открытыми глазами и с высоко поднятой головой.
Через мгновение транспортёр вместе с седоками пропал в тёмном мареве.
На полянке вокруг пелены стало тихо-тихо.
Прошёл час, два… сутки… но обратно никто не вышел.
Эпилог
– Лука!
– А?
– Лука хмуро посмотрел в тарелку. Только-только приготовил себе какую-то бурду, и то не дают спокойно поесть.
– Гавриш! Гавриш очнулся.
– Суслик стоял рядом и его конкретно потряхивало. Полы белого халата, куда он сунул руки, ходили ходуном.
– Да? Пошли.
Лука тут же забыл про еду и направился в медпункт. Там царил полумрак, специально, чтобы не нервировать ярким светом больного в отключке. Суслик зашёл внутрь вслед за Лукой и закрыл дверь перед носами всех любопытных, которые набрались по пути.
Слухи в этом проклятом бункере разлетались мгновенно!
Лука прошёл вперёд.
На кушетке в углу сидел Гавриш. Его глаза были открыты, взгляд - пустой, мутный, направлен в никуда.
– Как это произошло? Отчего?
– Спросил Лука. Он подошёл к Гавришу, наклонился к нему. Тот не отреагировал.
– Не знаю. Просто я тут сидел в компе, оглянулся - а он лежит, а через секунду взял и сел. Бесшумно, незаметно - просто взял, открыл глаза и сел. Я даже не сразу поверил, щипал себя три раза.
– Суслик показал на свою ногу, будто именно этот факт во всём рассказе самое важное.
– На вопросы не реагирует. На прикосновения тоже. Я и его щипнул - никакой реакции. А я щиплюсь будь здоров как!
– Ну-ну, давай без рекламы своих услуг. Дальше.
– Я даже посветил ему фонариком в глаза - бесполезно. Зрачок не реагирует. Я такого и не помню… Ну, я сразу за тобой.
– Молодец.
Лука осторожно сел на край кушетки, легко потрепал Гавриша за плечо. Тот сильно похудел за последнее время, так всегда бывает при внутривенном питании.
– Гавриш. Ты слышишь? Ты в порядке? Скажи что-нибудь.
Но тот молчал. Лука немного потряс его, но не слишком сильно. Потом оставил в покое, только сидел рядом и шёпотом переговаривался с Сусликом, обсуждая варианты, что делать дальше.
Через некоторое время Гавриш вдруг судорожно вздохнул, затрясся мелкой дрожью и прохрипел:
– Они здесь!
– Кто они? Кто?
– Тут же подлетел Лука.
– Ты о ком?
– Они… везде. Не уходили.
– Ты о ком, Гавриш?
– Лука сжал его руку.
– О ком ты говоришь?
– Там. Там!
И Гавриш снова обмяк, закрыл глаза и свалился обратно на кушетку, как большая неуклюжая кукла.
– Бред, - подсказал Суслик.
– Он просто бредит.
Но Лука смотрел уже не на Гавриша, а в стену, которую тот сверлил взглядом чуть раньше, ровно перед тем, как отрубился.
На стене таяли небольшие радужные пятна - разводы. Как круги на воде.
И они имели форму человека.
Конец
Апрель, 2021 г.