Волшебное седло
Шрифт:
Горян и Огнен шли прямо к нему. На плече у Горяна висела кожаная командирская сумка.
— Эгей! — крикнул Горян. — Ты опять здесь, Трайче?
Они подошли к нему, поздоровались и уселись рядом на траву.
— Ничего не поделаешь, — объяснил им Трайче. — Опять приехал за дровами. Сегодня мне надо бы привезти дровишки получше и посуше. Ведь завтра я отправлюсь в Стругу. Может, там раздобуду хоть немножко соли.
— Правильно. Мы тебе, разумеется, поможем, — заметил Горян.
Трайче развязал Дорчо, взял его под уздцы, и все они двинулись вверх по буковой роще.
Трайче шёл позади и сразу же заметил, что пиджаки у новых знакомых как-то неловко оттопыриваются, словно под ними припрятана какая-то вещь.
Они забрались в самую чащобу…
Под ногами шуршали сухие буковые листья, трещали высушенные солнцем и временем ветки… Свежий горный воздух приятно освежал лица. Кое-где белели, словно раскрытые зонтики, маленькие грибы.
Они нашли два сухих поваленных бука. К одному из них привязали Дорчо, на другом устроились сами — отдохнуть.
Усадив Трайче между собой, Горян и Огнен дружески обняли его. Можно было подумать, что все трое знакомы чуть ли с незапамятных времён. Неизвестно почему, Трайче стало весело на душе.
Заметив за поясом мальчика свирель, Горян поинтересовался:
— Что это у тебя за штука? Свирель?
— Точно.
— А играть умеешь?
— Конечно, умею, — чуть было не обиделся Трайче. — Я хорошо играю. Вот послушайте.
Он вынул из-за пояса свирель и заиграл. Когда он кончил, Горян похвалил его:
— Молодчина, Трайче! Здорово играешь! Ну, а теперь за работу.
Они поднялись с бревна. Огнен взял в руки топор и принялся так ловко орудовать им, что Горян и Трайче едва успевали укладывать в вязанки летевшие во все стороны обрубленные ветки, поленья, щепки.
— Значит, завтра ты поедешь в Стругу? — уточнил Горян.
— Да, поеду… Соли-то у нас совсем нет. Впрочем, и в Струге вряд ли я её раздобуду. Соли нигде нет.
— Насчёт этого не беспокойся, — усмехнулся Горян. — Есть у меня в Струге один друг. Он купит у тебя дрова, а заодно и соли достанет. Понял?
— Понял-то понял, да как его разыскать? Ведь я и в глаза его не видал, — засомневался Трайче.
— Это не твоя забота, — успокоил его Горян. — Я расскажу, как можно его найти.
Наконец, управившись с дровами, они решили немного передохнуть и снова уселись на поваленный ствол бука. Огнен вытер пот с лица и признался:
— Я всё-таки порядком устал. Не мешало бы водички попить…
— Трайче, — обратился к мальчику Горян, — не сбегаешь за водой?
Не говоря ни слова, Трайче схватил флягу и во весь дух припустился к лесному роднику.
Проводив его взглядом, Огнен повернулся к товарищу:
— Ну, Огнен, пиши скорей записку.
Горян вынул из сумки листок бумаги и написал:
Дорогой Тале,
у нас всё в порядке, но, к сожалению, не хватает лекарств и кое-каких других вещей. Поддерживать связь будем пока через этого мальчугана. Он регулярно приезжает в Стругу продавать дрова. Из него получится хороший связной, потому что вряд ли кто обратит внимание на какого-то там пацана. Всё необходимое укладывай прямо в седло, а потом аккуратно и незаметно его зашей. Будь крайне осторожен. Мальчонка пока ничего не должен знать. Заплати ему за дрова и непременно достань ему соли. Привет от всех.
— Готово! Давай-ка поспешим маленько, — рассмеялся Горян, складывая письмо.
Они подошли к лошади, ножом подпороли подкладку седла, положили туда письмо, зашили подпоротый край и как ни в чём не бывало снова уселись на поваленный бук.
Вскоре вернулся запыхавшийся Трайче и принёс целую флягу студёной воды. Горян опорожнил половину фляги, крякнул от удовольствия и, улыбаясь, проговорил:
— Ну и водичка! Не вода, а бальзам!
— Что верно, то верно, — добавил Огнен, забирая флягу из рук товарища.
Напившись, они поднялись с бревна, нагрузили Дорчо и стали осторожно спускаться вниз.
Когда они вышли на дорогу, Горян остановил Трайче и принялся ему объяснять:
— Добравшись до Струги, иди всё время по правую сторону Др има. Понял? Запомни: иди вдоль реки и нигде не сворачивай. В конце улицы увидишь на воротах табличку. На табличке написан номер «125». Ясно?
— Ещё бы! Это же очень просто, — пожал плечами Трайче.
— Вот и отлично! Увидев табличку, постучи в ворота, — продолжал Горян. — Из ворот выйдет мужчина средних лет, с усами. Ты ему скажешь: «Дядя Тале, меня прислали к тебе с этими дровами Горян и Огнен. За дрова ты должен мне дать соли, а заодно и заштопать седло». Понял?
— Ну конечно, понял…
— Хорошо. Когда вернёшься из Струги, приходи сюда. Надо же нам знать, достал ты соли или нет!
— Ладно, приду, — улыбнулся Трайче.
Они распрощались, и Трайче вместе со своим Дорчо двинулся в деревню.
Горян же с Огненом остались в лесу.
Маленький продавец дров
Едва забрезжил рассвет, как Трайче уже пустился в путь по дороге, ведущей от Караормана к Струге. Перед ним мерно вышагивала лошадка Дорчо, гружённая сухими буковыми поленьями. Внизу, у самой дороги, пенилась и гудела строптивая, бурная речка С атеска. Время от времени Трайче останавливался, вытряхивал из своих рваных опинок [3] песок и снова шагал дальше.
3
Оп инки— крестьянская кожаная обувь.
— Живей, Дорчо, живей! Пошевеливайся! Ведь до Струги-то ещё далеко, — поторапливал Трайче свою лошадку.
А та, будто понимая, о чём идёт речь, и в самом деле ускоряла шаг.
Уже совсем рассвело. Небо со стороны Ильиной горы слегка зарумянилось, словно где-то далеко разожгли огонь, потом стало золотисто-жёлтым и, наконец, окрасилось багрянцем. Крупные капли росы, рассыпанные по зелёной траве, засверкали переливчатыми жемчужинами. Защёлкал соловей, засвистел дрозд. Опустилась на верхушку высокого дуба кукушка, повертела своим длинным хвостом, и над лесом разнеслась её заунывная песня: «Ку-ку! Ку-ку! Ку-ку!..»